Владимир Торин – Няня из Чайноботтам (страница 14)
Хоппер осторожно придвинул горлышко флакона к носу.
– Пахнет морем. Тот же запах, что и в комнате.
– Давай дальше.
Далее были три небольших квадратных конвертика, подписанные:
–
– Наших близнецов зовут Джорджи и Бенджи, – сказал Хоппер. – Кровати были подписаны. К тому же вряд ли у близнецов может быть разный возраст. Ну, и тут еще волосы какой-то девчонки.
– Весомо. Значит, няня хранит волосы каких-то других детей – ее прошлые воспитанники? Доставай дальше.
Хоппер извлек сложенный план Тремпл-Толл. Такие продавались на вокзале, в книжных лавках и газетных будках.
– Тут крестиками отмечены все сигнальные тумбы, – хмуро проговорил Хоппер.
– Ну разумеется. Что там еще есть?
– Билет и фотокарточка.
– Начнем с билета.
Бэнкс придирчиво рассмотрел почти полностью выцветшую прямоугольную бумажку, которая, вероятно, когда-то была фиолетовой.
Бэнкс прищурился и поднес билет почти вплотную к глазам.
– Проклятье, затерто. Это единица или четверка? Могу разобрать только год… да-а… Этому билетику пятнадцать лет, Хоппер. Давай поглядим на фотокарточку.
– Я уже и так гляжу…
Фотокарточка была сделана на борту судна – судя по ее виду, давно. Плетеная ротанговая лавочка на прогулочной палубе. На ней сидят двое: миловидная девушка лет двадцати-двадцати пяти с чуть округлым лицом, большими глазами и забавными локонами, выбивающимися из-под шляпки, и джентльмен в светлом костюме – лица не разобрать, поскольку его сплошь исцарапали. Джентльмен держал девушку за руку, она легонько улыбалась, с трудом сдерживая – и это было видно – охватившее ее счастье.
– Кажется, мы узнали, как няня выглядит, – прокомментировал Хоппер.
– Вернее, как она выглядела когда-то. Но кто же этот тип и почему его лицо зацарапано? Она не хотела видеть это лицо? Потому что он разбил ей сердце? Или умер?
– Думаешь, она именно поэтому носит траур?
Бэнкс пожал плечами – лично он считал, что люди настолько бессмысленные существа, что не стоят того, чтобы ради них переодеваться. А потом вдруг поймал себя на том, что рассуждает, как его заклятый враг мизантроп доктор Доу, поморщился и поспешно занес в блокнот:
– О, а вот это уже интересно, – сказал Хоппер. В руках он держал конверт. – Никаких пометок – ни указания адресата, ни отправителя.
Под нетерпеливым взглядом напарника здоровяк открыл конверт и достал сложенный листок. Разгладив его, начал читать вслух.
Слушая, Бэнкс уже какое-то время стучал карандашиком по блокноту. Ему очень не понравилось то, что прочитал Хоппер.
– Ты что-то понял? – спросил тот, хмурясь. – Мне перечитать?
– Не стоит. Тут и правда все слишком загадочно, но кое-какие выводы сделать все же можно. Кажется, кое-что начало проясняться…
– Гм. Проясняться?
– Не перебивай, когда я разворачиваю рассуждения. Итак, что мы имеем? – Рассуждая, Бэнкс подошел к окну и уставился в него, глядя на «мусорный» проход и виднеющиеся в тумане очертания домов – где-то за ними, отделенный от Саквояжни каналом, располагался Блошиный район. – Няня эта – закоренелая преступница, которую поймали и отправили в тюрьму. Где ей, собственно, и место. Но кто-то помог ей сбежать и под носом у полиции добраться до гавани, а оттуда и до Габена. Попутно она похитила ребенка у какого-то судьи, чтобы не вызывать подозрений. Думаю, именно он в коляске. Это та самая «Зверушка». Няня действует не одна, а с хитроумным сообщником, который все просчитал.
– Но что это за тюрьма, из которой она сбежала? В письме множество названий, и ни одно из них мне ничего не говорит.
– Конечно, ведь это где-то за Пыльным морем. Впрочем, одно название мне знакомо. Гостиница «Плакса». Это в нашем уютненьком блошином Фли. Думаю, у нас появился след. Мы отыщем и поймаем беглянку, возомнившую, будто ей удалось ускользнуть от правосудия. Наша цель… Няня!
Хоппер кивнул.
– Ну да, это понятно, что Няня – наша цель.
– Нет! – воскликнул Бэнкс и ткнул рукой в окно. – Она там!
Хоппер шагнул к нему, выглянул и успел заметить, как в тумане скрылась черная фигура с коляской.
– Что делаем, Бэнкс?
Бэнкс, пытаясь совладать с внезапно охватившим его тремором, выхватил из кармана револьвер. Это было лучше любых слов.
Хоппер сделал то же.
В следующий миг они сорвались с места и бросились в погоню. Они схватят ее, чего бы им это ни стоило! Беглянка из-под стражи и убийца констеблей не уйдет!