Владимир Торин – Лемони, или Тайны старой аптеки (страница 25)

После посещения аптеки доктором Доу накануне Джеймс был с ним согласен.

– Не потеряйте пилюлю, – только и сказал Лемюэль, после чего сам засунул ее Говарду Беку в карман пиджачка. – Я надеюсь, вашей маме станет лучше.

Кукла вскочила на ноги и неожиданно обняла Лемюэля. Тот выглядел невероятно смущенным.

– Ну-ну…

Говард Бек отпустил аптекаря, показал Джеймсу на прощание очень неприличный жест-«чайку» и, спрыгнув со стойки, опрометью бросился к выходу. Миг – и он скрылся за дверью.

– Почему вы его пожалели? – спросил Джеймс.

Лемюэль задумчиво глядел на дверь, за которой исчез маленький прохвост.

– Говард Бек – совсем как ребенок, Джеймс. Он наивен и простодушен. Живых кукол в Габене почти не осталось: этот малыш – нечто вроде ходячей достопримечательности Тремпл-Толл, отголосок времен, когда игрушки были чем-то… большим… Когда я был ребенком, я мечтал о таком друге, как Говард Бек, но отец и слышать ничего не желал. «У тебя нет времени на игры, Лемюэль, – говорил он. – Ты должен учиться. Игрушки не помогут тебе стать достойным продолжателем семейного дела Лемони». Сейчас кукольники испытывают непростые времена: они разорились, обнищали, больше никому не нужны живые куклы. Я понимаю, почему кукольница с улицы Мятых Роз страдает меланхолией. Ее яркая и шумная жизнь осталась в прошлом. После той трагедии все изменилось…

– Трагедии?

– Я не знаю, что именно произошло. Никто не знает всех подробностей. Известно лишь, что однажды спектакль на сцене кабаре-театра «Тутти-Бланш» пошел не по плану. Куклы-актеры обезумели и напали на зрителей. Было много жертв. После этого главный судья Сомм официальным указом запретил городским кукольникам создавать новых живых кукол, а едва ли не всех, что уже были созданы, схватили и…

– Что с ними сделали?

– Я не знаю. Одни говорят, что их сожгли, другие – что заперли в тюрьму для кукол.

– Что? Кукольная тюрьма?

– Это всего лишь сплетни, Джеймс. Всего лишь сплетни…

Дверь открылась, и звон колокольчика оборвал разговор.

В аптеку вошли двое. Джентльмены являлись обладателями шляп-котелков и скрывали лица под темно-синими платками. Джеймс узнал этих господ – судя по всему, именно о них говорил человек мадам Си.

Затащив в помещение большой аквариум со злобного вида зубастой рыбой, они поставили его на стойку.

– Добрейшей ночки, милый мистер Лемони, – сказал один из них настолько приторным голосом, что у Джеймса от него даже разболелся зуб.

– Здравствуйте, мистер Пенс.

Пенс стукнул костяшками пальцев по аквариуму, на что рыба клацнула зубами и ткнулась головой в стенку.

– Принимайте этого красавчика. Самая улыбающаяся рыбеха на Подметке.

Джеймс приблизил лицо к аквариуму: от плотоядной «улыбки» рыбы ему стало не по себе.

Лемюэль кивнул и сделал запись в книге учета.

– Это ведь еще не всё, – сказал он.

Мистер Пенс достал из-под пальто коричневый бумажный пакет.

– Вы знаете, добывать то, что вам нужно, становится все сложнее, мистер Лемони.

Аптекарь промолчал, ожидая продолжения: он догадывался, к чему этот тип клонит. Джеймс пока мало что понимал в «ведении дел», но тоже догадался – набивание цены ни с чем не спутаешь.

– Флики накрыли наш склад два дня назад, – сказал Пенс. – Знаете, что привело их туда?

– Не имею ни малейшего…

– Нас сдал некий добрый мистер клерк из Паровозного ведомства, с которым мы время от времени, так сказать, пили чай. Ненадежный оказался пройдоха.

– Я сочувствую… ему.

– Да уж, – хохотнул Пенс. – Бедолага стал ужином для канальных сомов, но речь не о нем. Мистер Меррик понес некоторые издержки из-за вашего заказа, мистер Лемони: наш человечек в Ведомстве сдал нас, когда узнал, что именно прибыло в Габен в двойном дне ящика с чаем из Хартума. Он испугался, что его свяжут с Серебряным Воском, и пошел на… хм… чаепитие к фликам.

– Мистер Пенс…

– Серебряный Воск входит в «Список Запрещенных Товаров Сомма». Мы знали об этом, но… Издержки, сами понимаете… Мистер Меррик произвел новые расчеты и решил повысить стоимость своих услуг.

– Сколько?

– Две склянки дополнительно…

– Это грабеж!

– …за каждую унцию Воска.

– Возмутительно!

Мистер Пенс демонстративно зашуршал пакетом.

– Ты слышал, Перечник? Мистер Лемони говорит, что это возмутительно.

– Я слышал, Пенс, – прорычал его спутник и достал из кармана пальто револьвер.

Лемюэль не шелохнулся, а Джеймс отпрянул, что вызвало у Синих Платков приступ смеха.

– О, не стоит горячиться, Перечник. Мистер Лемони – здравомыслящий человек и знает, что ему не стоит показывать зубки. Верно, мистер Лемони?

Лемюэль кивнул.

– Наши пузырьки, мистер Лемони. И поживее.

Аптекарь медленно повернулся и начал доставать из шкафа крошечные пузатые склянки с вязкой синей жидкостью.

– Думаю, мне придется отказаться от услуг мистера Меррика в дальнейшем, – сказал он, выставив последнюю склянку. – Я вынужден найти тех, кто сможет поставить мне нужные ингредиенты дешевле.

Перечник от этих слов дернулся, но Пенс остановил его, резко подняв руку.

– Вы намекаете на ржавоголовых? У нас был договор. Боссу это не понравится.

– Но вы подняли цену – этого в договоре не было. Наше сотрудничество с вашим боссом было весьма взаимовыгодным. Я напомню вам, что мистеру Меррику и вам самим, господа, жизненно необходимо лекарство, которое я готовлю.

Пенс молчал, раздумывая над его словами. Наконец он кашлянул и сказал:

– Пузырьки, Перечник.

Его подельник снял котелок и, перевернув его, сложил склянки внутрь, распихав их по крошечным кармашкам под подкладкой, после чего нахлобучил шляпу на голову.

– Я передам ваши слова боссу, мистер Лемони, – сказал Пенс. – Уверен, мы с вами сможем договориться и пересмотреть старый договор так, чтобы все были довольны. Думаю, для следующей поставки цена будет прежней. Мистер Меррик, скорее всего, уступит, если вы не будете горячиться и не пойдете на чаепитие к ржавоголовым. Им нельзя доверять, мистер Лемони.

– Я не буду горячиться, мистер Пенс. К тому же почтенный мистер Меррик знает, что только я во всем Габене могу сделать для него лекарство. Это очень старый семейный рецепт, и Медоуз из «Аптеки Медоуза» им не обладает.

– Верно-верно, – кивнул Пенс. – Никто не будет горячиться, и наше сотрудничество продолжит быть взаимовыгодным.

– Я жду следующую поставку через месяц? – уточнил аптекарь.

– Разумеется. Доброй ночи, мистер Лемони. Перечник, отчаливаем.

И они «отчалили».

– Вы можете перестать дрожать, Джеймс, – сказал Лемюэль, когда за бандитами закрылась дверь.

– Они едва нас не застрелили!

Кузен хмыкнул.

– Ну что вы, Джеймс. Мистер Пенс, или, как его называют на канале Брилли-Моу, Ржавый Пенс, не случайно является правой рукой мистера Меррика. Он прекрасно знает, когда пуля решает дело, а когда она может лишь все испортить. Думаю, это был спектакль – господа Синие Платки отличаются тем, что никогда не упустят возможности загнуть цену за свои услуги. Они не могли не попытаться – я догадывался, что так будет.

– Кажется, они не знают, что вы ведете дела и со Свечниками.