Владимир Тимофеев – Запутанные. Непроявленная реальность (страница 6)
Шесть единиц здоровья – это почти ничего, но, пока шестёрка не превратилась в ноль, надежда ещё оставалась. Главное – донести эту Анну Риччи хотя бы до электролёта. Аварийный бортовой комплекс для стабилизации тяжелораненых в «Штиле» имелся.
Экзоскелет в скафандре библиотекарши функционировал процентов на двадцать – крупные «кости» гравиудар выдержали, средние – изогнулись и сплюснулись, мелкие – развалились, шарниры – из строя вышел каждый второй. Шлем, хотя и покрылся трещинами и деформировался, но голову спас. Батарея и управляющий блок, как ни странно, остались работоспособными. Все прочие системы, включая охладительную, были, увы, уничтожены.
Уровень заряда батареи показывал 34%. Внешние разъемы компьютера, к облегчению Эльзы, оказались стандартными унифицированными. Соединив и синхронизировав два управляющих блока, она быстро перенастроила «дополнительный» экзоскелет в «режим удержания» и осторожно подняла раненую с земли. Скафандр Риччи теперь напоминал саркофаг. Жизнерадостности это, конечно, не добавляло, но лучшего способа транспортировки агент выдумать не смогла.
Перекинув ранец на грудь и закрепив вместо него на спине «груз 300», она вытащила из разгрузки координатный планшет, установила на нём желаемый темп и двинулась по маршруту. Маскировку включённый прибор не нарушал. Связь со спутником у планшета отсутствовала. Он «ориентировался» только по уже пройденному пути, сохранившемуся в инерциальной памяти гаджета…
Восемь километров до места посадки электролёта растянулись на три с половиной часа. Остаточное тяготение, завалы вместо проходов, значительный перегрев всех систем, повышенный расход хладагента, ноги, внезапно превратившиеся в чугунные тумбы, багровый туман в глазах, едкий пот, льющийся не переставая, неистребимое желание упасть наземь и никогда больше не вставать…
Упрямство. Простое упрямство. Наверное, это было единственное, что ещё как-то удерживало Эльзу Штайнер от того, чтобы наконец признать своё поражение в борьбе с собственной слабостью и чуждой природой. К концу пути на востоке уже алела заря, облака понемногу рассеивались, температурный датчик показывал плюс 65 по Цельсию.
За полтора километра до «финиша» суммарный заряд двух батарей упал ниже критического. Система охлаждения уже не справлялась с нагрузкой, температура внутри скафандра поднялась до 39, обезвоженный и смертельно уставший организм требовал передышки. Воды во флягах-контейнерах оставалось всего на пару глотков, а разум шептал предательское: «Брось эту дуру! Она всё равно не жилец».
«Имя: Анна Риччи. Индекс здоровья: 2, – услужливо сообщила Система и тут же, без перерыва. – Имя: Эльза Штайнер. Индекс здоровья: 34».
Умом агент понимала, что библиотекарша действительно не жилец и, чтобы не умереть самой, надо просто оставить её где-нибудь здесь, добраться до электролёта и передать сигнал SOS в службу спасения.
Ближайшая пограничная фактория располагалась в четырёхстах километрах к северу. Час лёта на «Штиле» или час двадцать на «Робинсоне». Плюс ещё, минимум, четыре часа на согласование и оплату спасательной операции. Никакая даже самая полная и навороченная страховка не покрывала расходы, относящиеся к «путешествиям» в тропическом поясе. Все, кто сюда прибывал, действовали на свой страх и риск. Поэтому оставить здесь раненую с индексом «2» означало убить её, без вариантов. А не оставить, вероятней всего, приводило к гибели ещё и спасительницы. Шанс выжить, по прикидкам компьютера, составлял меньше 5%.
И, тем не менее, Эльза упрямо переставляла непослушные ноги по песку и камням в надежде на чудо. Её так учили. Иного варианта она для себя просто не представляла…
Чудеса начались примерно через полкилометра.
Агент неожиданно почувствовала резкий прилив сил. Словно бы у неё внезапно открылось второе дыхание. Идти стало легче, груз за спиной перестал прижимать к земле, а жажда уже не казалась такой нестерпимой, как раньше.
Всё это было достаточно странно и интересно, но ещё интереснее выглядели поступающие от компьютера данные. Цифры на внутришлемной панели показывали невероятное: температура в скафандре опустилась до относительно комфортных 28 градусов, а заряд батарей без всяких причин увеличился до 22%.
Ещё через полкилометра состояние оборудования полностью стабилизировалось, а новый запрос Системе вдруг выдал такое, от чего Эльзе волей-неволей захотелось поверить во всякую чертовщину:
Имя: Анна Риччи. Индекс здоровья: 8.
Раненая библиотекарша восстанавливалась сама по себе, без чьей-либо помощи.
Как и почему это происходило, агент разбираться не стала, отложив все размышления на потом. Сейчас ей требовалось просто дойти до электролёта.
Оставшиеся полкилометра пути она преодолела за восемь минут. За это время индекс здоровья Анны не изменился. Экспериментировать с ним агент не рискнула – втащила раненую на борт, подключила к аппарату жизнеобеспечения и ещё раз проверила состояние себя и спасённой.
Имя: Анна Риччи. Индекс здоровья: 8. Социальный статус: 537.
Имя: Эльза Штайнер. Индекс здоровья: 65. Социальный статус: 7414.
Неприятно, но факт. Соцстатус обеих понизился сразу на 25 единиц. Почему? Фиг знает.
За тридцать минут полёта над пустошами никаких корректив от Системы не поступило. Характеристики остались теми же самыми, включая здоровье.
Решив, что маскировка больше не требуется, Эльза подняла «Штиль» на высоту две тысячи, передала управление автопилоту и включила канал связи с факторией.
«Форт Дели слушает», – отозвался диспетчер.
«Прокат 7-16. Мне нужен медфонд. У меня на борту раненый».
«Понял. Переключаю на 123…»
«Фонд «Открытое сердце». Филиал Дели. Дежурный», – прозвучало в эфире после короткой паузы.
«Я – Эльза Штайнер. Специальный агент ТНК «ТехИнжСистемы». У меня на борту пациент. Требуется медицинская помощь. Примите пакетные данные».
«Вас понял. К приёму готов».
Передача данных заняла пять секунд.
«Готовы оказать первую помощь. Для полноценного лечения требуется перевезти раненую в её страховую клинику», – сообщил спустя полминуты дежурный.
«Пункт назначения – филиал Москва», – быстро ответила Эльза.
«Страховкой не подтверждается», – возразили в наушниках.
«Кто может отдать распоряжение о перевозке в Москву?»
«Любой из руководителей фонда».
«Си Линг подойдёт?»
«Распоряжение госпожи Линг мы выполним незамедлительно», – в голосе дежурного оператора чувствовалось благоговение.
«Отлично. Распоряжение полу́чите по КЗ в течение часа».
«Вас понял. Ждём подтверждения. Роджер».
Сеанс завершился.
Эльза посмотрела на лежащую без сознания Анну, потом мельком глянула на часы. Девять тринадцать по местному, шесть сорок три по Москве. Прямо сейчас «Дед» должен был ждать её вызова. Девушка прикрыла глаза и настроилась на нужную частоту:
«Это я».
«Я понял. Какие успехи?»
«Объект полностью уничтожен».
«Способ?»
«Орбитальный удар»…
Глава 5
Москва. Крылатское
Леонид проснулся после полудня, совершенно разбитый. Как и пообещало отражение в зеркале, хорошие сны ему в эту ночь не снились. А что до плохих, об их содержании Сорокин не помнил. При пробуждении все они выветрилось из головы без следа, оставив после себя какое-то тяжёлое чувство – как будто он должен кому-то что-то неизмеримо ценное, но что и кому, непонятно.
Планшет «номер два» валялся в ногах. Ночью с ним явно работали. И хакерскую программу для связи с Системой использовали. Целых два раза. А ещё в специальном файле появились очередные инструкции.
После прочтения текст исчез. Неудивительно. Леонид в своё время сам настраивал этот файл на самоочистку. Удивительным ему показалось другое.
Зачем Систему запрашивали о тропиках, а именно, о Хайдарабаде?
Что ж там такое случилось, если на это не пожалели программный ресурс и рискнули быть вычисленными?
Ответов на эти вопросы у Сорокина не было.
Зато появились другие. Для предстоящего дела более важные. Гораздо более важные. На порядок…
Главное, стало понятно, зачем был организован взрыв в павильоне НИИ биосинтеза. Теракт не касался впрямую поставленных перед Леонидом задач. Истинной целью являлся назначенный на сегодня Конгресс биотехнологий, организуемый ТНК «ТехИнжСистемы», который вполне мог не состояться, если бы жертв оказалось больше и взрыв признали бы именно террористическим актом, а не техногенной аварией.
К счастью, отменять давно запланированное мероприятие власть не решилась. Но меры безопасности в столице усилили, поэтому проникнуть теперь в Клоноцентр, где должен был состояться Конгресс, стало намного сложнее. Конечно, если бы дело касалось лишь одного Сорокина, он бы на эту тему не заморачивался. Обман охранных систем – это его конёк. Обойти их, когда они не настроены на кого-то конкретно, высококлассный хакер (а Леонид не без оснований считал себя в этом деле одним из лучших), безусловно, сумеет. Проблема заключалась лишь в том, что сегодня проникновение на охраняемый объект требовалось обеспечить для целой толпы и разными способами – кого-то по наглому, кого-то втихую, а кого-то, вообще, не впустить, а выпустить, но так, чтобы он сам не понял, что ему помогли.
Обдумывать обновившиеся условия Леонид отправился вниз, в кафешку при хостеле. Народу там в этот час было не много, свободных столиков – предостаточно.