Владимир Тимофеев – Запутанные. Непроявленная реальность (страница 5)
Хорошо хоть, в гостинице заселение производилось без лишних проверок. Владельцы сети эконом-отелей «Радомир-плюс» предпочитали обходиться без «живых» служащих, не используя даже прим и репитов. Заказ, бронь и оплата происходили только он-лайн, личность прибывшего удостоверял автомат, ключ-карта привязывалась к любому физическому носителю, хоть к телефону, хоть к флешке, хоть к билету в метро. Удобно и почти конфиденциально. Хостел, он, в общем, хостел и есть. Для небогатого студента без родственников и связей самое то…
Комнату Леониду выделили на четвёртом этаже двадцатиэтажного здания. Можно даже лифтом не пользоваться. Само помещение – стандартный «пенал без излишеств». Размер – три на полтора на два с четвертью (последнее – высота). Кровать, откидной стол, антивандальное зеркало (чтобы хотя бы визуально расширить имеющееся пространство), панель вызова виртуального персонала, микро-санузел (куда только задом наперёд заходить, иначе не развернёшься) и… пожалуй, что всё. Ну, плюс ещё вешалка на стене, вентрешётка над дверью и противопожарный датчик. Условия, в общем и целом, спартанские, но за такую цену – два дит-койна в неделю – лучшее вряд ли отыщешь.
До вечера Леонид успел дважды перекусить в небольшой кафешке на первом этаже «общежития», разослал около ста резюме в крупные IT-компании, получил ясный и недвусмысленный отказ в половине из них, двусмысленный в трети и полный игнор от оставшихся. Нормально и вполне предсказуемо. На поиск работы в Москве (хорошей, а не «за так») как утверждали сетевые хедхантеры, уходило, как правило, не меньше недели.
О взрыве, случившемся в парке, Леонид читал в перерывах между рассылкой и перекусом. Вся сеть была переполнена домыслами, почему это произошло, кто виноват и что делать. Большинство, включая официальных представителей ДЧС, склонялось к тому, что имел место несчастный случай. Или, что правильнее, вопиющая халатность владельцев здания и коммуникаций. О том, что это мог быть теракт, говорили немногие. Ведь оповещение об утечке сработало и многочисленных жертв удалось избежать. Всего, как утверждали источники, погибло три человека (все сотрудники выставки), что при такой мощности взрыва выглядело едва ли не чудом. Раненых оказалось в десять раз больше, но только пятеро из них считались тяжёлыми.
К сетевым пересудам Леонид относился скептически. Ему-то как раз ничего объяснять не требовалось. Он видел всё своими глазами и в том, что причина взрыва отнюдь не в халатности, не сомневался. Вопрос заключался лишь в том, кто за этим стоял и на кого это было направлено. Вероятность, что взрывом собирались остановить самого Леонида, рассматривалась как невысокая, но исключить её полностью он не мог. Цель его приезда в Москву… настоящая цель… требовала тишины. По крайней мере, на начальном этапе. Поэтому выяснить, какое отношение к его миссии мог иметь этот взрыв, стало задачей первостепенной. И ночь для её решения подходила как нельзя лучше…
– Восемнадцать. Тридцать четыре. Семьдесят. Звёздочка. Слеш. Двадцать шесть. Решётка, – раздельно произнёс Леонид, глядя в зеркало.
Из зеркала на него смотрело чужое лицо.
«Привет», – поздоровалось изображение.
«Привет», – мысленно отозвался Сорокин.
«У нас проблемы?»
«Да, – кивнул Леонид. – Я описал их в планшете».
«Понятно. Будем разбираться».
«Хорошо. Тогда иду спать».
Изображение засмеялось.
«Не обещаю, что сновидения будут приятными, но всё же спокойной ночи».
«Спаси…»
Договорить Леонид не успел. Его сознание отключилось…
* * *
Со стороны могло показаться, что стоящий перед зеркалом человек не имел лица.
Обман зрения, и ничего больше.
Просто свет в помещении падал на стоящего так, что его лицо находилось в тени, а надвинутая на лоб шляпа только усугубляла иллюзию.
Удивительно, но его отражение в зеркале, напротив, лицом обладало, и это лицо выглядело лицом человека успешного, довольного жизнью и, вероятней всего, имеющего непосредственное отношение к высшим кругам современного общества.
«Похоже, ты перемудрил», – сказал тот, кто в зеркале.
«Если тебе не понравилось, могу повторить», – дёрнул плечом тот, кто снаружи.
Его визави засмеялся.
«Думаю, можно не повторять. За эти полдня котировки «ТехИнжСистем» упали на триста пунктов. А большего нам пока и не требуется. Даже если к ближайшему заседанию Комитета по космонавтике они немного поднимутся, наши позиции всё равно будут выглядеть предпочтительнее».
«Я в эти игры не играю», – буркнул негромко «Тень».
«Я знаю, – кивнул собеседник. – Поэтому предлагаю вернуться. Прямо сейчас».
«Нет, – покачал головой человек без лица. – Я, пожалуй, останусь тут ещё на денёк».
«Уверен, что это необходимо?»
«Да».
«Хорошо, – с видимым усилием над собой кивнул тот, кто в зеркале. – Но будь осторожен. Дольше чем нужно, задерживаться не стоит. Это опасно».
«Вся наша жизнь – это пляски над пропастью, – криво усмехнулся тот, кто снаружи. – И рано или поздно мы туда всё равно упадём».
«Согласен. Но мне бы хотелось, чтобы это случилось попозже».
«Мне тоже», – не стал спорить «Тень».
«Срезанная орхидея приносит беду, но даёт надежду», – раздельно проговорил собеседник.
В ту же секунду изображение с той стороны стекла изменилось. Теперь в зеркале отражалось лишь то, что было снаружи. Человек «без лица» ухмыльнулся и, сунув руки в карманы, двинулся к выходу.
У него действительно имелось в этом городе ещё одно дело.
Убивать он умел. Убивать ему нравилось. Но в тоже время он никогда в своей практике не злоупотреблял убийствами бесполезными и бессмысленными…
Глава 4
Индия. Окрестности Хайдарабада
Обратная дорога заняла семь минут. Медленно, но по-другому не получалось. Через каждые десять-пятнадцать шагов Эльза останавливалась и проверяла, куда идти. По факту, больше половины пути проходило теперь через завалы и разрушения.
По мере приближения к эпицентру перегрузка медленно, но верно росла – давали о себе знать остаточные явления гравиволны. Около станции компьютер показывал дополнительные 0,87g. Экзоскелет опять активировался, но идти было всё равно тяжело. Единственный плюс – пыль теперь оседала быстрее, и видимость немного улучшилась.
От объекта практически ничего не осталось, он разрушился до основания.
Рассматривать груду щебёнки было неинтересно, и Эльза уже собиралась покинуть площадь, но… радиосканер скафандра неожиданно зафиксировал какие-то слабые исходящие из обломков сигналы. Проанализировав сигнатуры, комп сообщил: параметры сигналов соответствуют аварийному спецпротоколу службы Альянса Наций.
Заинтригованная донельзя, «Лира» решила ещё раз пройтись вокруг разрушенной станции и тщательно всё осмотреть.
Первое тело она обнаружила через три десятка шагов. Следующие два лежали чуть дальше.
Немного подумав, Эльза всё же подала стандартный запрос Системе. Ведь, как известно, снаряды в одну воронку не падают, а охранять здесь уже фактически нечего.
Результаты её нисколько не удивили.
Имя: Джо Янг. Физическое состояние: первая смерть
Имя: Вальтер Шмидт. Физическое состояние: первая смерть
Имя: Кшиштоф Мазур. Физическое состояние: первая смерть
Картина более-менее прояснялась.
Коллеги из конкурирующей спецслужбы проникли на станцию (возможно, с тем же заданием), но опоздали. Затем, видимо, что-то почувствовав (или их тоже кто-то предупредил), рванули наружу, но вновь не успели и оказались практически в эпицентре гравиподрыва.
Эвакуировать их отсюда было бессмысленно. А вот найти четвёртого участника «экспедиции», зафиксировать его смерть, а по возвращении передать информацию о погибших в соответствующие структуры Альянса всё-таки стоило. Только последнее следовало, конечно, делать не напрямую, а через третьих лиц.
Четвёртого погибшего Эльза нашла на другой стороне разрушенного объекта. Стандартно бросив запрос, она наклонилась над телом и… вздрогнула от неожиданности.
Этого просто не могло быть.
Имя: Анна Риччи
Физическое состояние: человек
Профессия: библиотекарь.
Место работы: Туринский Университет.
Социальный статус: 562
Текущий возраст: 27
Индекс здоровья: 6
Обычная библиотекарша попадает в спецгруппу Альянса, идёт с ними в опасное место, а затем выживает при перегрузке больше двухсот «жэ»… Поверить в такое было действительно трудно. Однако это случилось, и с этим надо было что-то делать. В любом случае, просто оставлять её здесь умирать Эльза не стала бы ни при каких обстоятельствах.