Владимир Тихонов – Глаза (страница 2)
Эллиас, оставшийся у двери, ответил:
— В коридоре камера отключилась в двадцать три сорок восемь. Включилась в два семнадцать.
— Неисправность?
— Система показывает плановую перезагрузку.
— Ночью?
— В журнале стоит служебное подтверждение.
— Чье?
— Пока выясняют.
Марк поднялся. Колени отозвались тупой болью. Двадцать лет назад он мог просидеть возле тела час, не замечая неудобства. Теперь организм напоминал о возрасте при каждом резком движении.
— Личность установили?
— Август Рейн, — сказал Эллиас. — Пятьдесят два года. Специалист по налоговому сопровождению. Женат. Двое взрослых детей. Нарушений нет. Приводов нет. В базе благонадежности — зеленая категория.
— Что он делал здесь?
— Пока неизвестно.
— Здание кому принадлежит?
— Муниципальному архиву. Часть помещений закрыта на ремонт.
Марк снова посмотрел на покойника.
Август Рейн.
Обычный человек с обычной работой. Такие редко оказывались в заброшенных кабинетах после полуночи. Еще реже их душили, а затем открывали лицо.
На лбу мужчины блестела тонкая полоска пота, хотя тело давно остыло.
Марк наклонился чуть ближе.
— Здесь что-то есть.
Лея подошла.
Над правой бровью покойника виднелась едва заметная черная точка. Не родинка. Не грязь.
Медик провела над ней сканером.
— Чернила.
— Знак?
— Возможно.
Она взяла стерильный тампон и осторожно провела по коже. Черная точка размазалась, превратившись в короткую линию.
— Нанесено недавно, — сказала Лея.
— После смерти?
— Скорее всего.
Марк почувствовал знакомое движение внутри. Не страх и не азарт. Что-то более холодное. Так начиналось каждое настоящее расследование: одна деталь выпадала из общей картины, и мир уже нельзя было собрать прежним.
— Сфотографируйте.
Лея повернула к нему голову.
— Лицо целиком?
— Только участок кожи.
— Уже лучше.
Марк ничего не ответил.
Из коридора донеслись быстрые шаги. В кабинет вошла женщина в форме отдела внутреннего контроля. По знакам на воротнике Марк определил старшего комиссара.
Она остановилась, увидев лицо трупа, и почти сразу отвернулась.
— Почему до сих пор не накрыто?
— Фиксация места преступления, — сказал Марк.
— Фиксация завершена?
— Нет.
— Тогда ускорьтесь.
— Мы не будем ускоряться.
Женщина посмотрела на него. Глаза у нее были светло-карие, почти желтые.
— Инспектор Вейнер?
— Да.
— Старший комиссар Таль. Управление общественной этики.
— Не знал, что управление выезжает на убийства.
— Мы выезжаем на демонстративные нарушения.
Она снова бросила короткий взгляд на труп, стараясь не задерживаться на лице.
— Кто еще его видел?
— Технический сотрудник, двое патрульных, медик и я.
— Эксперты?
— Работают в защитных визорах.
— Хорошо. Все материалы с изображением лица будут переданы нам после завершения следственных действий.
— Нет.
В комнате стало тихо.
Эллиас у двери перестал дышать. Даже Лея оторвалась от прибора.
Комиссар Таль медленно повернулась к Марку.
— Что вы сказали?
— Материалы останутся в деле. Это убийство.
— Это еще и тяжкое этическое преступление.