Владимир Тендряков – Расплата (страница 15)
Герцога Бретонского благодаря покровительству Эдуарда IV обязали только поклясться на кресте святого Лауда, что он будет помогать французскому королю против его врагов (Санлисский мир, 29 сентября 1475 г.).
Жак д'Арманьяк, герцог Немурский, не имевший могущественных союзников и владевший лишь мелкими разрозненными сеньориями, оказался в полной зависимости от воли короля. После войны Лиги общественного блага он только и делал, что интриговал. Очень обеспокоенный следствием, начатым против него, герцог заперся в своей крепости Карлà. Солдаты короля осадили ее, и 9 марта 1476 г. он сдался на милость победителя. «Бедного Жака» посадили в одну из клеток Бастилии, и Людовик XI приказал, «чтобы его оттуда не выпускали, кроме как для пытки». 4 августа 1477 г. в Париже ему отрубили голову. Владения герцога Немурского разделили меж собой фавориты короля, в том числе его зять Пьер де Божё.
Сир де Божё воспользовался еще и тем, что король был зол на герцога Бурбона, который в том самом 1475 г. хранил двусмысленную сдержанность. В апреле 1476 г. «по строгому и настоятельному повелению» короля герцог был вынужден уступить своему брату Пьеру баронство Божоле, соединявшее владения герцогов Бурбонского и Бургундского.
Глава Анжуйского дома, живший далеко в сельской глуши, в Провансе, тоже беспокоил Людовика XI. В 1474 г. король Рене составил завещание, по которому разделил свое наследство между внуком Рене II Лотарингским и племянником Карлом II, графом Мэнским. Людовик XI, сын сестры короля Рене, сочтя, что при таком раскладе несправедливо обделен, захватил Анжу и даже герцогство Бар, хоть оно и не входило в состав королевства. Тогда король Рене вступил в сношения с врагами Людовика XI и дал понять, что завещает Прованс Карлу Смелому. 6 апреля 1476 г. Парижский парламент принял решение: короля Рене следует вызвать в суд и даже арестовать. Эта угроза произвела эффект, на который была рассчитана: старый король, испугавшись, через несколько дней поклялся на кресте святого Лауда никогда не заключать союз с герцогом Бургундским и сдержал слово.
В то время как Людовик XI смирял вассалов, Карл Смелый продолжал борьбу с коалицией. Рене II 10 мая 1475 г. послал ему под Нейс вызов и отбил ключевые города, занятые бургундцами в его герцогстве. Карл заявил, что нашел в этом вызове «повод для радости». И в самом деле он, преодолев сопротивление эльзасских отрядов и швейцарских добровольцев, 30 ноября вступил в Нанси. Ему оставалось только заключить мир со швейцарцами. Но конфедератов тревожил его союз с герцогом Миланским, и они хотели, чтобы он отказался от Эльзаса; примирения старались не допустить и французы. Но на унизительный мир со швейцарцами Карл Смелый пойти не мог. Переговоры не привели ни к чему, и теперь он думал лишь о том, как бы наглядно отомстить швейцарцам.
11 января 1476 г. Карл вышел из Нанси с двадцатитысячной армией и многочисленной артиллерией. Он вызвался помочь герцогине Савойской отвоевать ее владения в земле Во, захваченные бернцами. Швейцарцы несколько раз обращались к Людовику XI с просьбами о помощи, но король довольствовался тем, что с армией в десять тысяч бойцов остановился в Лионе, чтобы наблюдать за событиями. 23 февраля герцог Бургундский отбил Грансон на южном берегу Невшательского озера; четыреста двенадцать швейцарцев, защищавших город, были повешены либо утоплены в озере.
2 марта герцога атаковала армия, которая была равна по численности его армии и которую выставили Конфедерация, Фрибур, Золотурн, «лесные города» и Нижний союз. Атака оказалась настолько яростной, что бургундцы бежали почти без боя; они рассеялись по земле Во, Юре, Италии. У горцев не было кавалерии, чтобы их преследовать — разграбив казну в бургундском лагере, победоносная армия разошлась.
Карл Смелый воспользовался этим, чтобы остаться в Лозанне, и приготовился взять немедленный реванш, не теряя времени ни на еду, ни на сон.
Просьбы Карла Смелого о субсидиях и войсках подданные восприняли очень плохо. Они устали от его нескончаемых требований, тирании, грубости. Дворянство раздражала строгость воинских уставов, духовенству пришлось отказаться от финансовых иммунитетов, бюргерство было разорено этой мегаломанской политикой[107]. Генеральные штаты Нидерландов, собравшиеся в Генте после сражения при Грансоне, отвергли чрезмерные требования, изложенные канцлером. Герцогу пришлось принимать любых авантюристов, являвшихся в Лозаннский лагерь. Таким образом он собрал двадцать пять тысяч человек, по преимуществу недисциплинированных. Карл попытался добиться союза с императором: 6 мая 1476 г. он дал клятвенное обещание, передав его через папского легата, выдать дочь за Максимилиана. Его, как всегда, провели: от Фридриха III Карл Смелый не получил ни солдата, ни монеты.
Изнуренный трудом, превышавшим человеческие возможности, в середине апреля герцог Бургундский слег. 8 мая он заявил, что выздоровел; но утратил выдержку — теперь это был просто неуравновешенный человек, одержимый идеей мести. В конце месяца герцог выступил в поход: он хотел разгромить бернцев прямо в Берне. Прежде всего он осадил городок Муртен. На помощь бернскому гарнизону, защищавшему эту крепость, подоспели конфедераты. Людовик XI, проводя свою неизменную политику, не послал войск, но не пожалел денег. Сражение завязалось 22 июня. Бургундская конница, неудачно поставленная перед лучниками, не выдержала натиска швейцарских копейщиков. Армия Карла Смелого была по большей части истреблена. Людовик XI покинул Лион и отправился в паломничество, чтобы возблагодарить Богоматерь «за то, что его труды были совершены не напрасно».
В апреле, узнав о разгроме при Грансоне, за оружие взялись сторонники Рене II в Лотарингии, негласно получавшие помощь от сира де Краона, занявшего именем Людовика XI герцогство Бар. После сражения при Муртене, где герцог Лотарингский храбро сражался в рядах швейцарцев, у бургундцев отбили Люневиль. Карл Смелый, остановившийся во Франш-Конте, чтобы собрать своих беглецов, поручил оборонять Лотарингию одному из помощников, неаполитанцу Кампобассо. А ведь этот Кампобассо был предателем, несколько раз предлагавшим Людовику XI свои услуги, чтобы убить герцога или взять его в плен. Он позволил Рене и страсбуржцам 7 октября 1756 г. захватить Нанси. Тогда Карл Смелый решил отвоевать герцогство с маленькой армией, которую только что с трудом набрал. Вследствие интриг Людовика XI ему еще раз пришлось иметь дело со швейцарцами. В самом деле, король Франции помирил бернцев с герцогиней Савойской, чтобы их боевой пыл не расточался без выгоды для него (Фрибурский договор от 14 августа 1476 г.); он дал конфедератам 24 тыс. флоринов и убедил их 7 октября заключить союз с Рене II. В то время как Карл Смелый осаждал Нанси, герцог Лотарингский, получив от Людовика XI 40 тыс. франков, объехал швейцарские кантоны и набрал семь-восемь тысяч наемников. Добавив к ним лотарингские войска и контингенты, присланные Нижним союзом, лотаринжец собрал под своим началом почти двадцать тысяч солдат. Карл Смелый, у которого было едва десять тысяч, упорно решил его дожидаться. «Если мне придется сражаться одному, — заявлял он, — я сражусь с ними».
5 января 1477 г., в третий раз за десять месяцев, великий герцог Запада был вынужден галопом покинуть поле боя. Но на сей раз он был убит в засаде — его труп нашли через два дня.
Причин неудач Карла Смелого было много: военное доминирование швейцарцев, политическое превосходство французского короля, а может быть, и неосуществимость мечтаний Бургундского дома. Могла ли сохраниться эта держава, порожденная стечением удачных обстоятельств, главным из которых был временный упадок французской монархии? Честолюбие великих герцогов Запада фатально внушало им идею создания Бургундского королевства, воплотить которую было трудно, если вообще возможно. Формирование государства между Францией и Германией стало одной из самых злополучных комбинаций во времена каролингских разделов. Желаниям Филиппа Доброго и Карла Смелого препятствовали сама природа, потом — существование уже сложившихся маленьких государств, Лотарингии и Савойи, которые надо было поглотить, и, главное, неизбежное противодействие Французского королевства и «немцев», которые, несмотря на слабость императора, были, по словам Коммина, «невероятно многочисленны и могущественны»[108]. Решить эту трудную задачу Карл был способен меньше, чем кто-либо. Его коварная и жестокая политика способствовала возникновению коалиций против него и не позволяла ему самому заключать прочные союзы; его гибельное тиранство внушало подданным ненависть к нему. Окруженный предателями, сомневаться в которых он не желал, пренебрежительно относящийся к любым советам и, кстати, посредственный полководец, он был обречен на поражение. Меньше чем за год он расточил ресурсы и уничтожил престиж своей династии; его смерть завершила ее падение.
II. Бургундское наследство
Мария Бургундская со смертью Карла Смелого оказалась в окружении опасностей и желающих захватить власть, без денег, без армии, без поддержки. Все политическое здание, возведенное ее отцом и дедом, было уничтожено за несколько дней. Генеральные штаты Нидерландов, собравшиеся в Генте, обещали ей верность, но присвоили право назначать сессии по своему усмотрению и возражать против объявления войны; органы управления, которые в Нидерландах создали Филипп Добрый и Карл Смелый, были упразднены, прежние местные вольности — восстановлены. Пожалование этой «Великой привилегии» 11 февраля 1477 г. не успокоило брожения, которое в городах вызвала смерть великого герцога Запада. Серьезные волнения вспыхнули в Генте, в Монсе, в Брюгге, в Ипре.