Владимир Тендряков – Расплата (страница 14)

6 апреля 1474 г. Сигизмунд сообщил герцогу Бургундскому о решениях, принятых насчет выкупа Эльзаса. Несмотря на эту непосредственную угрозу, 22 июня Карл Смелый со всеми наличными силами отправился улаживать ссоры между архиепископом Кёльнским и его подданными. Один из городов, восставших против архиепископа, Нейс, расположенный на острове посреди Рейна, был почти неприступен; его-то и осадил герцог Карл. Целый год он не желал отступать. Жители помнили, как он обошелся с Динаном и Льежем. Они энергично оборонялись при поддержке соседних городов, к которой после долгих месяцев ожидания подключилась и императорская армия.

В то время как Карл Смелый никак не желал отказаться от этого безумного предприятия, постепенно изнуряя армию, артиллеристов, растрачивая деньги, теряя престиж, Людовик XI «корпел над трудами». При помощи красивых слов, подарков и пенсий и благодаря ловкости своего представителя Никлауса фон Дисбаха он убедил швейцарцев объявить герцогу Бургундскому войну. Он обещал помогать им и выплачивать 20 тыс. франков в год, которые следовало делить между восемью кантонами, Фрибуром и Золотурном; по договору от 26 октября 1474 г. бернцы обязались поставить ему по первому требованию шесть тысяч наемников. В тот же день конфедераты послали герцогу Бургундскому письменный вызов на бой. В ноябре отряды Констанцского союза заняли Верхнюю Бургундию. Потом швейцарцы вошли во Франш-Конте. Савойя, объект их вожделений, тоже подверглась вторжению, хотя герцогиня Иоланда, сестра Людовика XI, до тех пор сохраняла нейтралитет.

30 апреля 1475 г. истек срок перемирия, которое король Франции подписал в прошлом году с герцогом Бургундским. Армия, собранная Фридрихом III, как раз приготовилась выйти из Кёльна, чтобы предпринять наступление на Карла Смелого. Это был удобный случай для Людовика XI, любившего войну без риска. Его войска вступили в Пикардию, в Бургундию, во Франш-Конте, в Люксембург. В обеих Бургундиях они «убивали, жгли, грабили, захватывали мужчин и женщин», а в Пикардии города Ле-Троншуа, Мондидье, Руа, Корби, Дуллан были сожжены.

Тем не менее у Карла Смелого было много союзников. Большинство из них, правда, не смогло или не захотело оказать ему эффективную помощь: противники Фридриха III в Германии, такие как король Чехии и Венгрии Матиаш Корвин или пфальцграф, равно как и Венеция, не выказали склонности подыгрывать Бургундскому дому. Герцогиня Иоланда, раздраженная вторжением швейцарцев в Савойю, приняла сторону Карла Смелого против своего брата Людовика XI, а герцог Миланский Галеаццо Сфорца по договору в Монкальери, подписанному 30 января 1475 г., пообещал прислать наемников, которые должны были получить свободный проход через Савойю и поступить на службу к герцогу Карлу; но у Иоланды не было ни денег, ни солдат, а Сфорца явно намеревался примкнуть к той стороне, которая окажется сильнее. Людовик XI и Хуан II, король Арагона, давно находились в состоянии войны — союз между Хуаном II и Карлом Смелым не создал для французского короля новых затруднений.

Часть высшей французской знати пришла в волнение. Граф Сен-Поль попытался воссоздать феодальную коалицию. Этот странный коннетабль изгнал из Сен-Кантена солдат, верность которых королю внушала ему опасения, и стал предлагать этот город то Людовику XI, то герцогу Бургундскому, чтобы «распоряжаться ими обоими»[99] и с намерением сохранить его для себя. В 1475 г. он попытался организовать новую Лигу общественного блага. Сен-Поль пообещал герцогу Бургундскому «служить и помогать ему и всем его друзьям и союзникам, как королю Англии, так и прочим»[100]. Он начал переговоры с герцогами Бретонским, Бурбонским, Немурским, с королем Рене, с графом Мэнским. «Сеньоры, — оповещал он герцога Немурского, — намерены позволить королю ездить на охоту и предаваться всем развлечениям, к каким он привык, но управление королевством перейдет в их руки». Ему не возражали, но шелохнуться никто не посмел. Что касается предложений самого Сен-Поля, Карл Смелый не был склонен их принимать. Он ненавидел коварного коннетабля: в 1474 г. он уже вел переговоры с Людовиком XI о том, как бы избавиться от него.

Только союз с королем Англии, казалось, может стать полезным герцогу Бургундскому. 25 июля 1474 г. Эдуард IV обязался высадиться во Франции до 1 июня 1475 г., чтобы отвоевать «свое королевство». Герцог должен был послать ему в подкрепление шесть тысяч бойцов; закончив завоевание, Эдуард IV обещал отдать ему Пикардию и владения графа Сен-Поля, Шампань и разные сеньории, чтобы Карл стал над ними полным властителем, как и над всеми остальными своими землями. В Англии еще оставались сторонники войны с Францией: Эдуард IV смог получить большие субсидии и собрать армию в тринадцать тысяч человек. Две тысячи лучников должны были направиться в Бретань, чтобы вовлечь в борьбу герцога Франциска II. Остальным предстояло двинуться в Шампань, чтобы соединиться там с бургундской армией и чтобы Эдуард IV получил в Реймсе помазание как король Франции.

Между тем бургундская армия все еще оставалась под Нейсом. Герцог Карл всю жизнь «стремился к тому, чтобы англичане высадились во Франции, — пишет Коммин, — а теперь, когда они были готовы и все складывалось благоприятно как в Бретани, так и в других местах, он упрямо продолжал добиваться невозможного»[101]. Наконец, после нескольких безрезультатных стычек между войсками Фридриха III и Карла Смелого оба монарха 19 июня 1475 г. заключили мир: герцог оставлял архиепископа Кёльнского на произвол судьбы, а император расторгал союз с Людовиком XI и конфедератами, заключенный в Констанце. 27 июня Карл Смелый ушел из-под Нейса. 6 июля Эдуард IV высадился в Кале; Людовик XI, который не был «искушен в морских делах так же, как и в сухопутных»[102], не сумел помешать ему переправиться.

Эдуард сразу же столкнулся с неприятными неожиданностями: герцог Бретонский не тронулся с места, а Карл Смелый теперь вбил себе в голову, что ему надо завоевать Лотарингию. Англичанам недоставало припасов, а у всех больших городов Восточной Франции были новые укрепления. В опасности оставался только Реймс. Людовик XI послал туда своего лучшего инженера Раулена Кошинара. Он решил, если надо, пожертвовать городом королевских помазаний: «...если вы не обеспечите своей безопасности, — писал он 4 августа жителям, — город необходимо будет разрушить, как это для нас ни прискорбно». С другой стороны, он передал королю Англии и его советникам: за исключением территориальных уступок, он склонен быть щедрым. «Учитывая бедность армии, приближение зимы и слабое содействие союзников», англичане прислушались к предложениям Людовика XI, несмотря на отчаянные предостережения герцога Бургундского. Они стали лагерем под Амьеном, и скоро на улицах этого города только и можно было видеть шатающихся и горланящих песни английских солдат, которые напились изысканных вин и наелись «вкусных и разнообразных яств, вызывающих жажду»[103], за счет Людовика XI.

29 августа оба короля встретились в Пикиньи; Людовик XI построил мост через Сомму и принял самые тщательные меры ради своей безопасности: посреди моста возвели прочную деревянную решетку, и оба короля «пожали друг другу руки через отверстия»[104]. Эдуард получил 75 тыс. экю наличными, и ему была обещана ежегодная пенсия в 50 тыс. экю; было подписано перемирие на семь лет; оба короля заключили соглашение о «совершенной дружбе», обязались помогать друг другу против мятежных подданных и договорились, что дофин женится на дочери Эдуарда IV. Фактически король Англии продал отречение своей династии от французской короны. Пенсии получили также лорд-канцлер и влиятельные советники. В сентябре английская армия пересекла Ла-Манш в обратном направлении.

13 сентября Людовик XI заключил в Сулёвре, в Люксембурге, перемирие на девять лет с Карлом Смелым. Акт не упоминал ни герцога Австрийского, ни Нижнего союза. Герцог Лотарингский и швейцарцы получали возможность примкнуть к договору, но король обязывался не помогать им, если они поведут войну с герцогом Бургундским. То есть он бросал союзников, рискуя, что ему когда-нибудь придется просить прощения за отступничество и восстанавливать коалицию. Пока что король хотел покончить с мятежными феодалами.

В предыдущем месяце, чтобы отбить у Карла Смелого всякое желание спасать графа Сен-Поля, Людовик разыграл комедию, свидетелем которой был Коммин. Принимая двух эмиссаров коннетабля, Сенвиля и Рише, он спрятал за ширму одного бургундского пленника, сира де Конте. Сенвиль, войдя в комнату, принялся рассказывать королю, что он приехал от бургундского двора и что герцог весьма гневается на Эдуарда IV. «Рассказывая это, [он,] желая угодить королю, начал изображать герцога Бургундского — топать ногами и клясться святым Георгием. [...] Король хохотал, просил его говорить погромче, поскольку стал якобы туговат на ухо, и велел рассказать все еще раз. Тот не пожалел труда и от души повторил все снова. Монсеньор де Конте. был необычайно поражен [...]. Король смеялся и был очень доволен»[105]. Конте рассказал своему повелителю о том, что услышал. В Сулёвре Людовик XI и Карл Смелый договорились погубить Сен-Поля. Коннетабль только что покинул Сен-Кантен и укрылся у герцога Бургундского, потому что «теперь не знал, какому святому вручить свою судьбу»[106]. Герцог нарушил охранную грамоту, выданную им, и Сен-Поль был передан людям короля. 19 декабря в Париже ему отрубили голову.