Владимир Свержин – Детективное агентство Шейли-Хоупса (страница 7)

– В этом нет нужды, – заметив и по достоинству оценив движение безутешного родственника, сказал Сэм Смит. – Проходите, джентльмены, вас ждут.

Кабинет мистера Кларка настолько сильно походил на сотни других таких же кабинетов, что любой посетитель мог заранее сказать, что за мебель там будет расставлена и какие книги будут лежать на полках. Разнились только мелочи, вроде цвета и рисунка обоев, но и они были настолько непримечательными, что обычный человек, не привыкший наблюдать и делать выводы, пожалуй, не смог бы уверенно сказать, были на стенах обои, или нет.

Сэр Уэсли Кларк, высокий, подтянутый, с легкой проседью на висках и лицом, одинаково хорошо подходящим как к обстановке Букингемского дворца, так и к джунглям далеких колоний, уверенным жестом указал посетителям на кресла.

– Насколько я понимаю, – настороженно осматриваясь по сторонам, хмыкнул частный детектив, – я являюсь единственным наследником бедной миссис Хоупе?

– Должен вас разочаровать, сэр, – усаживаясь за стол, объявил нотариус. – Поскольку эта дама никогда не существовала, то ее наследство составляет кругленькую сумму. – Он сложил большой и указательный пальцы. Ноль фунтов, ноль шиллингов, ноль пенсов.

– Нечто подобное я и предполагал, – не меняясь в лице, кивнул «убитый горем племянник». – Не стану возмущаться по поводу идиотских шуток, однако потрудитесь объяснить, с какой целью вы устроили этот нелепый спектакль?

Уэсли Кларк, выдерживая паузу, смерил гостей долгим взглядом, словно решая, можно ли им доверять. Похоже, наблюдения удовлетворили его, и в конце концов он прервал молчание.

– Вам ли не знать сэр, что для всего на свете существуют свои веские причины. Как я уже сказал, никакой миссис Агаты Хоупе, насколько мне известно, не существовало, но вместе с тем у вас есть неплохой шанс, согласно завещанию бедной одинокой тетушки, получить тысячу фунтов.

Частный детектив криво ухмыльнулся:

– Нна каких же условиях?

– Во-первых, если вы получите эти деньги, то будете придерживаться именно такой версии их происхождения. Никакие сведения о самом деле или его деталях не должны просочиться за пределы этого кабинета. Можете не сомневаться, вы получите все необходимые документы о праве на наследство, а другие наследники не объявятся вплоть до Судного дня.

– Стало быть, мне предстоит работа на правительство?

– Угадали.

– Это многое объясняет. Но почему бы вам тогда не пригласить меня…

– Потому что официально, – перебил его нотариус Кларк, – никакого дела нет.

– Забавно. Возьмете ли вы на себя труд объяснить, в чем заключается моя будущая работа, или мне следует самому обо всем догадаться?

Хозяин кабинета молча кивнул, должно быть, обдумывая, что надлежит утаить, а о чем можно рассказать.

– Нам известно, – наконец заговорил он, – как быстро и успешно вы раскрыли дело с призраком коммодора Улфхерста. Признаюсь, я впечатлен. И не только я. Пожалуй, на сегодняшний день во всей Британии не найдется другого детектива, который умеет так ловко работать с призраками. А учитывая ваш боевой опыт…

Стивен Шейли-Хоупс оглянулся на своего молчаливого спутника, чтобы скрыть от собеседника страдальческое выражение лица.

– Во-вторых. Должен сразу предупредить: вас ожидает встреча с, как бы это выразиться, существом не менее эфемерным, но куда более гнусным, нежели покойный коммодор.

– Вы меня заинтриговали. Давайте ближе к сути дела.

– Скажите, мистер Шейли-Хоупс, что вам известно о ханстве Канджут?

– Не много. Когда я служил в Кашмире, местные жители называли те места пристанищем самых отъявленных негодяев, основным ремеслом которых были разбой и торговля рабами.

– Так и есть, – подтвердил любезный нотариус. – Крайне неприятное место. Справедливости ради следует отметить, что в тех краях издревле куют отменные клинки. При этом, согласно древнему обычаю, выковав новый меч, канджутцы немедленно стремятся напоить его кровью врагов, каковыми испокон веков считают всех чужаков. Иначе сталь будет страдать от жажды и потребует крови хозяина.

– Да, я слышал об этом обычае и связанном с ним поверье, но не воспринимал их всерьез.

– И напрасно. Это чистая правда. Сам Бог велел нашей стране положить конец бесчинствам свирепых дикарей, попирающих все людские и божьи законы. Но, увы, на сегодняшний день это невозможно, поскольку любое вмешательство извне может повлечь нежелательные политические и стратегические последствия. Дело в том, что Канджутское ханство расположено в узкой долине между Памиром и Гималаями, на берегах одноименной реки, которая является одним из притоков Инда. И сегодня, как бы это ни было нам противно, мы вынуждены поддерживать дипломатические отношения, пока что тайные, с правящим домом этой варварской страны.

Если вы следите за политическими новостями, то должны хорошо знать, что для России, активно расширяющей свои границы на востоке, Канджутское ханство – отличная калитка в нашу Северную Индию. А тот факт, что канджутцы испокон веков совершают набеги на Бухару, ныне присоединенную к России, дает русскому медведю отличный повод кованым сапогом выбить упомянутую «калитку», и с удобствами расположиться прямо на нашей границе. Недавнее восстание русского выкормыша, Исхак-хана, в Афганистане отлично демонстрирует, чем нам это может грозить.

– Все это весьма познавательно и интересно, однако не могли бы вы перейти к делу?

– Я вам рассказываю все это, – поморщился «нотариус», – чтобы вы поняли, что сегодня поставлено на карту. И, будучи человеком неглупым, к тому же офицером, вы должно быть сами уже догадались о причинах абсолютной секретности расследования. Каждому британцу, который хоть немного интересуется проблемами колоний, известно, что мы враждебно настроены по отношению к Канджутскому ханству. И потому общественное мнение неоднозначно воспримет сообщение о гибели наследника тамошнего престола, генерала Алаяр-хана, или принца Алаяр-хана, если так вам больше нравится. Это может привести к грандиозному скандалу в Парламенте и даже к правительственному кризису!

Неделю назад этот предводитель разбойничьих банд прибыл в Лондон на переговоры. Чтобы не привлекать лишнего внимания, ему была предоставлена резиденция Оукбридж неподалеку от столицы. Предварительные консультации только начались и продвигаются крайне медленно из-за мерзкого нрава его генерала, пожелавшего всласть отдохнуть за счет британской казны.

Но сегодня за полночь он был найден мертвым там, в имении. Одиннадцать его наложниц подняли такой вой, что разбудили привратника. Тот сообщил в Форин-офис. Слава богу, не в Скотланд-ярд!

– Причина смерти? – Стивен Шейли-Хоупс напрягся, как борзая, взявшая след.

– У него проломлен затылок.

– Вот как? Интересно. Найдено ли орудие убийства?

– Да. Оно находится там, на месте. Это мраморная колонна.

– То есть кто-то ударил Алаяр-хана головой о колонну?

– Возможно, но следы крови находятся на высоте шести с лишним футов. Словно некий гигант поднял мужчину внушительного сложения и хорошенько приложил его затылком об камень.

– Очень интересно. Насколько я понимаю, свидетелей нет?

– Напротив. Почти целая дюжина свидетелей, вернее, свидетельниц.

– Но они испуганы и молчат?

– Вовсе нет, они лопочут без остановки, как сороки.

– Что же они рассказывают? Видели убийцу?

– Почем мне знать?! Я не владею сорочьим наречием. Эти одиннадцать прелестных, конечно по восточным меркам, гурий, что-то твердят, не умолкая, однако никто из наших специалистов по хинди не может понять ни слова из той околесицы, что они несут.

– Если мне будет позволено, саиб, – тихо проговорил Раджив. – в Канджуте говорят на языке бурушаски. Нм владеют всего несколько тысяч человек, которые живут в самом ханстве и на севере Кашмира. Этот язык ни на что не похож. Сами канджутцы утверждают, что они являются потомками солдат Александра Македонского и, в отличие от индусов, считают себя белыми людьми. По их словам, именно так переводится самоназвание буруши.

– Все это весьма занятно, но мало что нам дает. Не сомневаюсь, что у принца был переводчик. Ведь как-то он намеревался вести переговоры с представителями Форин-офис. Где этот человек сейчас?

– Да, – грустно подтвердил мистер Кларк, – действительно, был. Тамошний переводчик, специально приехавший с Алаяр-ханом. Но он куда-то пропал, в спешке бросив все свои вещи. Полагаю, этот тип напрямую причастен к убийству. Но это уж вам предстоит выяснить.

– Час от часу не легче. Но позвольте узнать, причем здесь мой опыт общения с призраками?

– Видите ли, дражайший мистер Шейли-Хоупс, всю прошлую ночь и сегодняшний день призрак этого чертова разбойника, нисколько не смущаясь своей проломленной головы, носится по Оукбриджу, потрясая острой саблей и выкрикивая на своем тарабарском наречии что-то непонятное, но крайне недружелюбное. Коронеры едва не отправились на прием к святому Петру, пока забирали бренные останки. Дух проклятого туземца какое-то время отсутствовал, потом вылетел невесть из-за какого угла и начал рубить все на своем пути. Так что пока один коронер тащил на спине труп, другой прикрывал его стулом от сабельных ударов.

– Его можно понять, – хмыкнул сыщик. – Смерть – достаточный повод для обиды.

– Его нужно понять, – тоном, не терпящим возражений, подчеркнул нотариус. – С прискорбием должен сообщить, что мы уже потеряли двух констеблей. Их оставили в доме охранять место преступления, и оно немедленно стало местом новых убийств! Причем тут, увы, мы вряд ли сможем предъявить кому-либо обвинения. И нельзя исключить, что это только начало. Мы представления не имеем о намерениях этого проклятого призрака. Могу вам сказать лишь одно – от него необходимо избавиться. Да, да, избавиться, не привлекая ненужного внимания. Чем скорее, тем лучше. По официальной версии, Алаяр-хан погиб в результате несчастного случая.