Владимир Сухинин – Барон поневоле (страница 40)

— Ее видел.

— Как же так? Как убивала, не видел, а бородатую бабу видел. Непонятно.

— Я ее видел днем. Она прибежала и спряталась в подлесок. Я проследил за ней и хотел схватить, а она…

— Так что она?

— Она меня избила… — Парень набычился.

Хохот продолжался минут десять. Поселок стал пробуждаться, и у причала стали собираться люди.

— Вы чего орете как оглашенные? Спать не даете. Сначала вопли были словно кого-то пытали на протоке, потом вы ржете…

— Да беда вот случилась на восточной заставе. Гонец прибыл.

— Что за беда? — послышалось из толпы.

— Вот он принес весть, пусть и расскажет, — показал рукой на парня воин с факелом, — а то я могу что-то напутать.

— Люди, да поверьте мне! На заставе беда! — закричал парень. — Там бородатая женщина ищет мужика красивого и убивает воинов. Там помощь ждут!..

Теперь уже смеялись все — и мужики, и бабы.

— Ведите меня к вождю! — закричал юнец. Он сорвал голос и тонко пискнул: — Иначе я за себя не ручаюсь!

И снова хохот огласил пристань у протоки.

Люди окружили гонца и спрашивали, что случилось. Молодой парень, впав в ярость, уже бесновался.

Артем не стал ждать конца представления и направился к дому, в котором находился живой мертвец. Уже на пороге он понял, что произошло нечто непредвиденное.

Хойсира после схода вместе с отцом пошла домой. Старика вождь на совет не позвал.

— Иди домой, отец. Без тебя решим, как быть, — со вздохом озабоченности сказал он.

Старик молча пожал плечами и пошел рядом с дочерью.

— Ты чего, отец, не рассказал мне, что видел коротышку? — тихо, но возмущенно спросила Хойсира. — Меня там обвиняли. Стояла как дура, не знала, что сказать. Он же, маленький негодник, и одежду мою украл.

— Ага! — равнодушно согласился старик. — Женскую украл, а мужскую подбросил. Только она на твоего мужа не налезет. — Он не стал продолжать и невозмутимо пошел дальше.

Хойсира прикусила язык.

— Ты хочешь сказать, отец, — помолчав, сказала она, — что у нас у каждого есть свои тайны?

— Ты молодец, все правильно поняла. Расскажешь о своей?

Женщина поколебалась и тихо заговорила:

— Вчера я проведала наш с Хойшаном дом и увидела, что у очага сушится одежда… Мужская. В темноте я не разобрала чья. Подумала, что Хойшан вернулся…

— Так это ты из-за него огонь в очаге поддерживала?

Женщина шмыгнула носом.

— Да, отец, — созналась она.

— Было бы из-за кого, — фыркнул старик. — Осел безголовый.

— Я зашла в спальню, — продолжила женщина, пропустив мимо ушей укол отца, — и увидела спящего мужчину, разделась и легла к нему…

— Вы, бабы, все таки дуры, — хмуро буркнул старик. — Привязываетесь к тем, кто вас предает и бросает. И дальше что? — поторопил он ее.

— Это был не Хойшан.

— Не Хойшан? А кто?

— Не знаю. Он чужак… но ласковый и красивый.

— Ты что, не разобрала, кто в постели лежит? — не поверил старик.

— Темно было.

— Но что красивый, ты заметила? — засмеялся он. — Хочешь, расскажу, как он выглядел? — И, не дожидаясь ответа, начал говорить: — Русый, молодой парень. Твой ровесник. С бородой, которую он давно не брил, лицо полноватое, простецкое, но сам крепкий, не толстый, высокий. И губы пухлые, как у девушки.

— Откуда ты знаешь, отец?! — пораженная его словами, вскрикнула женщина и стала оглядываться по сторонам. Но их никто не слышал.

— Он со мной разговаривал. Это некромант, которого все ищут. Я его послал в твой дом. А ты, значит, пошла за мужем и нашла мужчину.

— Ты пригрел врага, отец?! — воскликнула женщина.

— А ты с ним переспала и пришла такая вся счастливая. Так что мы в расчете. И он не враг. Он пришел, чтобы заставить наших дурней заключить союз. Я ему рассказал, что этому мешает шаман, и он решил его убрать.

— Хойрока?

— Да. А в подручных у чужака, видимо, коротышка. Его многие видели. Ты забрала его одежду, он забрал твою. В чем-то ему надо ходить… Сейчас бегает в твоей юбке. — Старик коротко хихикнул.

— Но он убивает наших воинов!

— Только тех, кто на него нападает. Хойрок пока не доказал свою силу, убил шестерых. Остальные враз поумнели.

Они зашли в дом. До поздней ночи Хойсира занималась хозяйством и с темнотой направилась к себе домой. Она хотела встретить ночного гостя и поговорить. Запал он ей в душу. Лег на сердце тяжелым, но сладким грузом, и она не могла это скинуть и забыть. И скучала по нему, и ненавидела одновременно. Чужак, убивающий ее соплеменников! А она делила с ним постель.

«Какой ужас!» — думала она и млела от мыслей, убегающих в прошедшую ночь.

На причале громко гомонили и хохотали люди. Там собралось треть поселка. Хойсира постояла, отстраненно послушала, вся погруженная в свои мысли и, не задумываясь о том, что плели люди, пошла к себе в дом. Подкинула в очаг дрова и повесила котел с едой. Несколько раз возвращалась в дом к отцу и таскала снедь. Она верила, что ночной гость вернется. Наконец сделав дела, положила его одежду и зашла в спальню. Зажгла масляные светильники, затем открыла крышку подпола, хотела посмотреть, осталось там что-то или нет. Нагнувшись, она вскрикнул и обмерла от ужаса. Там лежал и смотрел на нее ее муж.

— Хойшан! — справившись с первым страхом, обратилась к нему женщина. — Ты чего тут прячешься? С ума сошел? — Она несмело засмеялась. — Боишься, что тебя Хойника найдет?

Мужчина заворчал и зашевелился. Он неуклюже поднялся, и вдруг его руки метнулись к ней. Ее спасла мгновенная реакция. Она держала в руках светильник и не раздумывая бросила его в мужа. Масло пролилось на него, и он загорелся. Не обращая внимания на огонь, разгорающийся на его голове и плечах, он еще громче заворчал, и ворчание превратилось в рык. Глаза блеснули зеленым огнем, и мужчина полез из ямы.

Хойсира пятилась и не знала, что делать. Она схватила маленькую скамеечку и прикрылась ею.

«Да что же тут происходит?» — подумала она.

— Хойшан! Не лезь ко мне! — попыталась она убедить мужа. — Ты горишь! Сбей пламя!

Но горящий муж, рыча и шатаясь, шел на нее и тянул руки.

Решившись, женщина бросила в мужа скамейку и бросилась вон из дома, но в дверях с кем-то столкнулась. Уперлась ему в грудь.

Сильные руки крепко обняли ее, и прозвучал повелительный голос:

— Живо в подпол и закопайся!

Хойшан остановился, поворчал, но послушался и полез обратно в яму.

Хойсира с силой высвободилась из объятий и отошла на шаг, потянула за руку человека и закрыла за собой входную дверь. В свете светильников она смогла рассмотреть бородатую женщину. Пухлые губы, по-детски наивное лицо с умными глазами и длинными ресницами. Во всколоченной бороде застрял мелкий мусор, пожухлые травинки, крошки еды. Не в силах справиться с собой, она рассмеялась.

— Точно, бородатая женщина. Это про тебя говорили на пристани? Что ты ищешь красивого мужика? Да, выглядишь ты, конечно, не ах. Как женщина… — Она перестала смеяться. — Ты зачем пришел?

— Дела у меня тут.

— Убивать пришел?

— А ваши воины к огунам зачем ходят? Подарки отнести детишкам? Я видел больше десятка воинов, что скрытно подошли к их землям.

— То огуны, а я хойда. — Женщина гордо вскинула голову. Пышные волосы ее взметнулись и упали на лицо.