Владимир Сударев – Президент (страница 6)

Опасения Нины, что статуя, выставленная возле крыльца, вызовет насмешки деревенских острословов, не оправдались. Сельчане отнеслись к чудачеству Сергея по-житейски. Раз поставил, значит, это для чего-то нужно.

Прослышав о чудо-лекаре, в дом Олега стали приходить односельчане. Сначала, люди пытались сделать вид, что зашли в гости по причинам совсем не связанным с Сергеем, но по мере роста доверия к нему росло уважение. Сергей старался помочь каждому посетителю, лишь изредка просил придти в другой день. Его рецепты сначала вызывали недоверие, но, видя, что даже самые смешные, на первый взгляд советы оказывают помощь, люди ему доверяли.

Молва великая сила, к Сергею начали приезжать жители соседних деревень. Конечно, встречались пациенты, больные скорее от своего убеждения, но иногда приходили и приезжали такие, кому помочь современная медицина просто не могла. Благодарные пациенты, излеченные Сергеем, часто пытались отблагодарить его деньгами, но он всегда отказывался. Правда, многие делали хитрее, привозя с собой подарки: мед, масло, мясо. Сердясь на таких посетителей, Сергей вынужден был принимать дары.

В середине апреля, когда солнце начало ощутимо припекать и как следствие побежали первые ручьи, Олег в первый раз вышел из своего заточения. Конечно, ещё оставались уродливые шрамы от ожогов. От резких движений лопалась тонкая кожица и выступала сукровица, но Сергей требовал от своего пациента двигаться, даже, несмотря на боль.

Сидя за ужином, Олег спросил Сергея:

— Чем я могу отплатить за своё лечение?

Зная, что упоминание о деньгах обижает Сергея, он не рискнул их предложить на прямую.

— Твоё лечение ещё не закончено, — ответил Сергей, прожевав солёный огурец, — но я уверен, дело осталось за малым.

— Шрамы украшают мужчину, — заявил Олег, но в его словах не было уверенности.

— Потерпи, ещё немного и не останется у тебя шрамов, конечно, если не считать душевных, — Сергей подмигнул Лёшке, для которого незаметно стал самым главным авторитетом.

— Сергей, я серьёзно хочу что-либо для тебя сделать, — Олег не желал уходить от разговора о своём долге.

— Знаешь, всегда мечтал о своём доме, — Сергей повернулся к Олегу и улыбнулся ему. — А сейчас есть такая возможность, но боюсь нарушить ваши законы.

— Брось, с такого рода проблемой справится даже Настя, — Олег не всегда понимал шутки Сергея, иногда ему казалось, что его лекарь слишком прост, а во время следующего разговора создавалось обратное впечатление.

— Делов то, сходить в сельсовет и попросить участок под застройку, — вступила в разговор Нина, — а почему не хочешь купить готовую хату? Сейчас продают совсем неплохие.

— Хочу построить своими руками, — Сергей показал Олегу свои руки.

— А место где присмотрел? — поинтересовался Олег.

— Как въезжаешь в деревню, на ветер холм есть. Вот на нём и хочу построиться. Как думаешь, дадут разрешение?

— Но там нет ни воды не света, — удивлённо заметил Олег, — кроме всего прочего на том холме не растут даже лопухи.

— А это неплохо, одним сорняком меньше, — рассмеялся Сергей.

В середине мая, когда землю покрыла зелень травы, а воздух был наполнен ароматом цветущих яблонь, Сергей разрешил Олегу выйти на улицу. Об ожогах, перенесённых им, говорили более светлые участки кожи и остатки струпьев от шрамов. Олег сидел на парадном крыльце и наслаждался свежим ветерком, трепавшем листья берёзы росшей рядом с домом. Категорически запретив ему участвовать в посадке картошки, Сергей сам принял в этом самое активное участие.

Напротив крыльца остановилась машина скорой помощи. Вышедшая из неё врач спросила Олега:

— Не подскажете, где тут у вас лежит мужчина с ожогами.

— Это я, — ответил он.

— Вы шутите, — женщина вошла в калитку, и, непонимающе уставилась на Олега.

— Нет, — мотнул головой Олег, — видите, ещё кожа до конца не восстановилась.

Войдя в дом, врач приступила к его осмотру. Видя, как хмурится женщина, осматривая его торс и вслушиваясь в биение сердца, Олег спросил:

— Что-то не так?

— Нет, всё в порядке, — озадачено ответила врач, — но именно это мне и непонятно. С такими ожогами как у вас редко выживают. Ведь у вас даже легкие были затронуты. Ничего не понимаю.

— Я здоров? — поинтересовался Олег, наблюдая, как женщина собирает свою сумку.

— Бывает лучше, но очень редко, — женщина вопросительно посмотрела на него и спросила, — как вам это удалось?

— Друг помог, — улыбнулся Олег, одевая майку.

— Он наверно кудесник, ваш друг, — недоверчиво улыбнулась врач, направившись на выход.

— Наверно… — протянул он, сопровождая её на крыльцо, — он работать мне, не разрешает.

— Что могу сказать? — женщина спустилась с крыльца и обернулась, — очевидно, он знает что делает. А насчёт работы он прав, ваш кожный покров ещё не совсем восстановился.

Уже садясь в машину, женщина задумчиво прошептала: "Но это необъяснимо…"

Сергей в это время был в огороде, вместе с Ниной и детьми садил картофель. Солнце чувствительно припекало, и он разделся по пояс. Подставляя своё тело солнечным лучам.

— Дядя Серёжа, а на войне было страшно? — спросила Настя, наблюдая, как перекатываются его мышцы под смуглой кожей.

— Настя… — возмутилась Нина, считая, что подобный вопрос обидит Сергея.

— Всё нормально, — Сергей кивнул Нине.

Не переставая работать лопатой, Сергей заговорил:

— Если честно признаться, я не помню войну. Но не думаю, что не боялся. Страх, совершенно нормальное чувство, оно близко к инстинкту самосохранения. Важно этот страх перебороть, заставить его стать своим союзником.

— Разве такое возможно? — Настя, со своими вопросами, не отставала от Сергея, что не сказывалось на её работе.

— Конечно, — улыбнулся Сергей.

— Вам легко говорить, вы вон какой — высокий и сильный, — вступился за сестру Лёшка.

— Физическая сила, не главная составляющая победы, — Сергей разговаривал с детьми, и ему становилось легче. Ведь от молчаливого копания в "непутёвой башке" проку было мало.

— Ну не скажите дядя Серёжа, вон на Никитку давеча насели двое Рысаковых и отобрали у него рогатку, которую он смастерил своими руками, — высказала своё мнение Настя.

— Никитка, можно тебя спросить?

— Дядь Серёж, я с рогатки стрелял только по банкам, — попытался оправдаться Никитка, учившийся во втором классе.

— Рогатка, это плохо, — Нина строго посмотрела на сына, — ведь ты мог попасть в своих друзей.

Сергей улыбнулся:

— Никита, ты боишься Рысаковых?

— Конечно, ведь они на год старше меня, — как о чём-то само собой разумеющемся, ответил Никитка.

С минуту Сергей работал молча, только шелест лопаты о землю нарушал тишину.

— Знаете, я хочу вам рассказать одну историю, — Сергей поразился, ещё мгновение назад он не знал, как рассказать детям о важности победы над страхом, но теперь в его голове всплыла история на эту тему.

Усмехнувшись своей дырявой памяти, он заговорил:

— В незапамятные времена жила семья: отец и три сына. Чувствуя что, скоро придёт старость, и он уже не сможет достойно оберегать семейный очаг, собрал он сыновей и сказал: "Сыновья мои любимые. Я стал не так проворен как раньше. Дрожит рука, и начали подводить глаза. Чтобы сберечь наш род вам следует научиться искусству воинов. Хорошо если оно вам не пригодится, но нужно быть готовым к любому повороту судьбы. Тот из вас кто покажет себя наиболее искусным воином, станет старшим нашего рода. На учёбу даю вам три года".

Собрались молодцы, и, не устраивая долгих прощаний, отправились каждый в свою сторону.

Минуло три зимы, и в один день, как уходили, вернулись все трое.

"Отец, мы обучались у лучших мастеров воинского искусства и теперь готовы к испытанию", — объявил старший сын.

Отец мудро улыбнулся, любуясь статью сыновей, и попросил: "Хорошо, покажите мне своё умение".

"Но с кем нам биться? — удивился средний брат, — ведь мы братья!"

"Молодцы, — кивнул отец и предложил, — давайте поедем на ярмарку".

Как раз на следующий день, неподалеку, собиралась ежегодная ярмарка, куда съезжалось много народу. Продать свой товар, купить необходимые вещи, или просто пообщаться.

Только начался базар, как на площадку в центре торговых лотков вышел старший брат и грозно крикнул: "Гей добры молодцы! Кто хочет помериться со мной силами, размять кости, разогнать кровь по жилам?"

В ответ на этот призыв вышли двадцать молодцев, один сильнее другого. В честном поединке старший брат победил всех своих соперников.