Владимир Сударев – Президент (страница 8)

— Хорошо, — кивнул Сергей, — нужен хороший лес на стены, цемент и гравий на фундамент. А проектировщика не надо.

— Вот и добро, — председатель радостно кивнул, — можешь начинать делать разметку, а к концу недели будет цемент и гравий, кругляк сам выберешь на лесном складе. Экскаватор дать? А бульдозер? Делать планировку.

— Вообще-то надо, — согласился Сергей, — а как оплачивать?

— Как, как, в кассу и оплатишь в конце месяца, когда мужики сдадут путёвки. Думаю, мужиков не обманешь.

— Не приучен обманывать, — нахмурился Сергей, — а насчёт участка претензий нет? Нина говорила, что тот участок принадлежит колхозу, а не сельсовету.

— Какой разговор, всё равно там ничего не растёт, так голый пуп. Хотел бы тебе другое место посоветовать, там и земля, голимый перегной, и вода близко.

— Извини, но я место уже выбрал, — Сергей почувствовал, что председатель высказал все, за чем его вызывал и встал.

— Подожди Дмитрич, — председатель тоже встал.

Сергей вопросительно посмотрел на председателя.

— Дмитрич, тут такое дело, — председатель замялся, но решился на продолжение разговора, — я слышал, ты можешь каким-то образом влиять на погоду.

— Скажем так, некоторую информацию по данному вопросу я имею, — Сергей не понял, к чему клонит председатель, поэтому дал такой уклончивый ответ.

— Ты, наверное, уже в курсе, что у нас семь лет подряд была засуха, — председатель посмотрел на Сергея с такой надеждой, что он невольно смутился.

— Хочешь, чтобы я вызвал дождь? — спросил Сергей.

— Да, могу тебя ввести в штат как агронома, — предложил председатель.

— На должность штатного шамана? — рассмеялся Сергей, — погода, слишком неблагодарная работа, чтобы за неё браться.

— Наверное, ты прав, но я готов нанять хоть шамана, хоть колдуна, да что там говорить. Сам бы с бубном прыгал вокруг костра если бы знал что поможет, — председатель наклонил голову, рассматривая блестящую столешницу, — мы слишком много потеряли из-за этой бесконечной засухи. Впрочем, если не изменится отношение к сельчанам, деревни вымрут.

Сергей видел, как председатель переживает за судьбу деревни. Его грубоватые слова шли от сердца, но он говорил именно то, что думал. И неважно, что слог председателя был коряв и пестрел местными оборотами.

— Я, конечно, попробую, — заявил Сергей, когда председатель замолчал и вопросительно посмотрел на него, — но погода вещь очень сложная, тем более я не знаю, когда нужен дождь, а когда вёдро.

— Это не беда, — расцвёл председатель, — я сам тебе буду говорить, уж мне то, как не знать.

4

Как не отпирался Сергей, но в строительстве его дома приняла участие большая часть жителей деревни. Да и как он мог прогнать людей, желавших ему помочь от чистого сердца. Вечером, когда он уставший приходил в дом Олега, к нему приходила детвора. Начав свои занятия лишь с троими детьми Олега, через неделю он обучал уже человек двадцать учеников разного возраста. Он учил детей приёмам защиты без оружия, правильному дыханию, умению оказать помощь и многому другому, что составляет из себя знания настоящего воина. Днем, его часто отвлекали больные, многие из которых могли надеяться только на чудо. Чтобы не отвлекаться на хождение в дом Олега, Сергей принимал посетителей прямо на свежеошкуренных брёвнах. Правда, иногда он отправлял некоторых из пациентов домой несолоно хлебавши. Обычно такое случалось, если его просили избавить кого-либо от алкогольной зависимости. Он не считал это болезнью, а скорее слабостью. Стараясь быть сдержанным, однажды он не выдержал и "полечил" одного из таких, особо упорных, "больных". Показательной жертвой оказался местный запойный алкоголик Петруша. Ночью он залез в бытовку, сколоченную из горбыля возле строящегося дома, и украл инструменты. За ночь он умудрился не только продать, но и пропить все деньги. Утром, когда обнаружилась пропажа, он первым оказался под подозрением. Да он и не особенно отпирался. Когда на строительную площадку его привёл участковый, он болел с похмелюги и горько раскаивался, прося Сергея, чтобы он его вылечил. Хмуро улыбнувшись, Сергей уверил Петрушу, что он больше не выпьет и стопки без последствий. Никто не спросил Сергея о последствиях, а сам он больше не сказал ни слова. Но к обеду вся деревня хохотала, узнав последствия употребления спиртного.

Не слишком поверив Сергею, Петруша решил опохмелиться, а уж потом начать трезвую жизнь. "Что мне будет от одной стопочки?" — подумал он. Побывав не один раз в наркологических больницах, Петруша был уверен, что нет лекарства против его запоев. Первым свидетелем Петрушиного излечения стала его соседка, мягкосердечная женщина у которой он выпросил стопку самогона, уверяя, что иначе помрёт. Петруша ещё не успел поставить пустую стопку на стол, как женщина почувствовала страшную вонь. Из замызганных штанов пьянчужки на пол что-то потекло. Быстро сообразив, в чём дело, Петруша сорвался с места в карьер, стараясь выскочить из хаты раньше, чем его настигнет тётка Марьяна со шваброй наперевес. Одного раза Петруше хватило, потому, как он до самой ночи сидел в овраге, за огородом тётки Марьяны и пугал, гнездившихся там ворон, несусветной вонью. Вечером пастухи, гнавшие домой стадо коров, в четыре бича не могли прогнать бедных животных мимо смрадного места.

Строительство продвигалось сумасшедшими темпами, ведь в иной день на доме работало до пятнадцати человек. Дом рос как в сказках и был полностью готов меньше чем за месяц. Сергей самолично, не доверяя этого никому, выкопал колодец и обеспечил себя прекрасной, на удивление вкусной водой. Колхоз все же пошёл на некоторые траты, проведя линию электропередач к дому Сергея. Обустраивал дом Сергей самолично, он не торопясь, отделывал каждую комнату по своему вкусу.

Закончив с домом, Сергей всё своё время посвятил детям. Во время летних каникул его ученики занимались по два раза на дню, утром и вечером. Собирая в своей раздробленной памяти крупицы воспоминаний одного из своих дальних предков, Сергей рассказывал детям, как жили древние племена. Объяснял их верования, обряды и саму жизнь полную опасностей.

Олег, часто посещавший своего лекаря, поинтересовался:

— Сергей, почему ты столько времени посвящаешь детям?

— А чем мне ещё заняться? — искренне удивился Сергей.

— Ну, наверное, у тебя есть много других забот, лечение больных, например.

Гость и хозяин сидели на высоком крыльце хаты и любовались закатом. Лёгкий ветерок, дувший весь день, стих. Солнце, висевшее над самыми макушками деревьев, было похоже на большой медный таз. Над деревней стояла особая предночная тишина, когда смолкают птицы и насекомые. Было ещё достаточно тепло, но из ближайшего лога уже тянуло приятной прохладой и запахом воды.

— Ты не доволен, тому чему я учу ребятишек? — Сергей не отрывал своего взгляда от багряного горизонта, наслаждаясь покоем.

— Нельзя этого сказать, — Олег говорил медленно, подбирая слова, — кажется наоборот, дети стали более ответственными и почтительными.

— Разве плохо если дети смогут сами справляться с трудностями жизни?

— Наверно ты прав, — вздохнул Олег, — просто я ещё не привык. Раньше дети по любому поводу бежали к нам за помощью, теперь они стали гораздо самостоятельнее и серьёзнее.

— Знаешь друг, мне просто необходимо общаться с детьми, — улыбнулся Сергей, — только с ними я немного оттаиваю и чувствую себя полезным. Вдобавок тренирую свою память, правда, пока без нужного мне результата.

— Кстати, Рита передавала тебе горячий привет, — словно вспомнив забытое сообщение, произнёс Олег.

— Спасибо, как она там? — заинтересованно спросил Сергей.

— Она решила перевестись к нам в деревню, скоро Варвара Игнатьевна, наш врач, уходит на пенсию.

Ночью Сергея разбудил посторонний шорох. Даже во сне, он обладал отличным слухом и поэтому спал крайне чутко. Встав с кровати и надев трико, он, словно тень, вышел на крыльцо. Дверь в дом он оставлял открытой, чтобы в комнаты проникал свежий воздух. Ночь была безлунной, лишь звёзды пытались пробиться через дымку поднимающегося из лога тумана. Этого малого света оказалось достаточно для его глаз. Сергей прекрасно видел трёх человек, пытавшихся открыть дверь импровизированного спортзала, по совместительству использовавшегося как хранилище трав. Добротная дверь не была заперта, просто ночные гости, в потёмках, не могли найти рычаг задвижки.

Медленно ступая босыми ногами по, не успевшей остыть, траве, Сергей подошёл к незваным гостям практически вплотную. Лёгкое дуновение ветерка донесло до его носа запах свежевыпитого спиртного.

— Ребята, в чём дело? — спросил он, порывшись в своей памяти и поняв, что этих мужиков, видит впервые.

Мужики вздрогнули от неожиданности. Он увидел, как сверкнул ствол обреза.

— Иди, спи мужик, сейчас мы тебя маленько раскулачим и уйдём, — хриплым от волнения голосом прошептал один из мужиков.

— Зря вы это затеяли, — спокойным голосом произнёс Сергей, он чувствовал, лютую злобу, исходящую от мужиков, но надеялся на их разум, — там всё равно ничего нет кроме сухой травы.

Спиной, почувствовав движение, Сергей моментально среагировал. С испуганным и жалобным воем детина, пытавшийся сзади ударить его довольно большой дубиной, полетел на своих товарищей. Мужики попадали с ног, сбитые приличным весом своего друга, так неудачно напавшего на Сергея.