Владимир Сударев – Президент (страница 43)

— А ты молодец. С установкой минного поля здорово придумал, — похвалил он Данилу.

— Я не один работал, — улыбнулся в ответ Данила.

— Ну да, второй номер помогал, специалист по диверсиям, — вспомнил вслух Сергей.

— Ага, — кивнул Данила, — вместе с Катей, она прирождённый диверсант.

Сергей замер с открытым ртом. Видя реакцию друга, рассмеялся Борис. Савва лишь ухмыльнулся, как бы говоря: "Мне бы ваши проблемы".

— Но когда вы успели спеться? — удивлённо спросил Сергей, справившись с собой.

— Успели, — опустив взгляд, ответил Данила.

— Ты успел осмотреть и всё другое? — полуутвердительно спросил Борис, поняв натуру старшины как никто другой.

— Да, — кивнул Данила, — и немало удивлён их запасам. Словно они собирались вести небольшую войну.

— Так много? — спросил Сергей, вернувшись на свой стул.

— Полный Урал: оружие; боеприпасы; амуниция и сухпаёк, — доложил Данила.

Едва Данила вышел, Готфрид Эрихович спросил:

— Сергей Дмитриевич, я так обрадовался вашей победе, что даже не поинтересовался потерями.

— Есть потери и у нас, — вздохнул Сергей, — один человек убит, пятеро раненых.

Молча, открыв потайной ящик в столе, необнаруженный солдатами, управляющий достал из него пачку банкнот достоинством сто Евро каждая и положил перед Сергеем.

— Думаю, что никто не будет возражать, если я, от имени всех жителей Марийки, выплачу некоторую сумму родственникам погибшего и раненым бойцам, — пояснил он в ответ на взгляд Сергея.

— Ну что вы, мы сами… — начал Сергей, отодвигая деньги.

— Извините, но я вынужден настоять, — перебил его управляющий, — иначе я сам себя перестану уважать, не говоря о всех наших людях. Деньги, конечно, не заменят родным потерю, но позволят его достойно похоронить, а раненым нормально питаться и поправлять здоровье.

— Хорошо, — кивнул Сергей и убрал пачку в карман.

— И ещё, не могу сообразить, как к вам обратиться, — медленно заговорил управляющий. Помолчал, подыскивая правильные, по его мнению, слова, и, собравшись с духом, продолжил. — Не знаю, как вы учите своих ребят, но, посмотрев их в сегодняшнем бою, хочу вас попросить заняться нашими молодыми парнями.

Грустно вздохнув, Готфрид Эрихович произнёс:

— Никогда не думал, что настанут такие крутые времена и придётся кого-либо просить о подобной услуге.

— Я всегда рад новым ученикам, — произнёс Сергей, — присылайте парней к нам в деревню. Пускай поживут зиму, поучатся, а к посевной вернутся домой. Конечно, ассами они не станут, но всему необходимому, для защиты деревни, мы их научим.

— Сколько человек я могу прислать? — перейдя на деловой тон, спросил управляющий, и добавил несколько поспешно, — конечно их содержание деревня полностью оплатит.

Сергей вопросительно посмотрел на Бориса.

— Думаю, человек двадцать мы принять можем, — заявил Борис и добавил в полголоса для Сергея, — только с Семёнычем говорить тебе.

Кивнув, Сергей согласился.

— Вот и хорошо, я поговорю с ребятами, и, дня через три, они приедут, — заверил Готфрид Эрихович.

Глубокой ночью колонна техники выехала из деревни, шедшие впереди БТРы придавали ей весьма внушительный вид. Вернувшись в деревню, Сергей переложил все заботы на плечи Бориса и Саввы и отправился домой. Зная, что Рита будет находиться с ранеными, в дом заходить не торопился, усевшись на крыльце. Не замечая мороза, он рассматривал звёзды, такие близкие из-за морозного воздуха. От бездумного созерцания его отвлёк скрип снега под чьими-то ногами. Присмотревшись в темноту, он узнал Данилу и Катю.

— Сергей Дмитриевич, к вам можно? — спросил Данила, войдя в ограду, он заметил, сидящего на крыльце Сергея.

— Заходи, коль не шутишь, — слабо улыбнулся Сергей, и добавил, когда гости приблизились к крыльцу, — может, в хату пройдёте?

— Пройдём, если чаем угостите, — улыбнулась в ответ Катя.

— Конечно, конечно, — произнёс Сергей, вставая с крыльца.

— Дядь Серёж, вам помочь? — спросила Катя, раздевшись, она прекрасно знала, что Рита находится в больничке, где осматривает раненых.

— Нет, не стоит, я справлюсь сам, — ответил Сергей с кухни.

Данила, в сопровождении Кати, прошёл в переднюю комнату и осмотрелся. Он не думал, что Сергей живёт так просто, но Катю нисколько не смущала простота дома учителя.

— Катерина, веди гостя на кухню, нечего посреди ночи таскаться с чашками по комнатам, — прервал осмотр голос Сергея.

— Не знаю с чего начать, — заговорил Данила, устроившись за столом. На плите начал закипать чайник, Сергей выставил на стол чайные приборы и присел на табурет, ближайший к плите.

— Не знаешь с чего начать, говори по порядку, — посоветовал Сергей, — нас так учили в своё время.

Хмыкнув, Данила подумал: "Интересно, где он научился так прекрасно руководить людьми". В слух же, он произнёс следующее.

— Вернувшись в роту, я рассказал ребятам об увиденных мной в Марийке вещах. Рассказал всё, без утайки. Как мы бились с омоновцами, что рассказали жители деревни, как Катя вовремя перерезала верёвку, на которой хотела повеситься девушка, изнасилованная солдатами.

— Как у ребят реакция? — поинтересовался Сергей, заваривая чай.

— Реакция превзошла все мои ожидания, — усмехнулся Данила и добавил, — только не смейтесь надо мной, и так чувствую себя достаточно глупо в роли парламентёра.

— И не думал смеяться, — заметил Сергей, присев на свой табурет, — мне самому выпадала подобная роль, и я не вижу причин для смеха.

— Ребята: солдаты, сержанты и офицеры решили послать меня к вам, потому что я был с вами в одном бою, — продолжил Данила.

— Мудрая мысль, — согласился Сергей, он встал и начал разливать чай.

— Так вот, — Данилу несколько сбивал запах исходивший из чашек, — наша рота в полном составе хочет присоединиться к вам.

Собираясь садиться, Сергей замер от неожиданности, переводя взгляд с Данилы на Катю.

— А причём здесь Катерина? — задал он неуместный вопрос, будучи неготовым, к подобному предложению.

— Дядь Серёж, вы, наверное, забыли, Данила не местный и не знает где вы живёте, а ночью спросить особо не у кого, — пояснила Катя.

— Фу, — выдохнул Сергей и сел на табурет, — тогда ладно.

— А вы что подумали? — спросила Катя.

— Честно сказать? — спросил Сергей с усмешкой во взгляде, отпив глоток чаю.

— Конечно, я же не маленькая, — Катя гордо подняла свой носик.

— Я подумал, — медленно начал Сергей, — что сей достойный парубок, пришёл просить твоей руки.

— Да вы что! — возмутилась Катя, слегка покраснев.

Данила промолчал, опустив свой взор, он внимательно разглядывал узор на скатерти.

— А вы ребята подумали, что вас всех объявят дезертирами и начнут искать? — спросил Сергей, первое, что пришло ему на ум.

— Да, — кивнул Данила, довольный возвращению разговора в прежнее русло, — об этом мы подумали в первую очередь.

— Ну, и, — Сергей отпил пару глотков чая и вопросительно посмотрел на Данилу.

— Мы, сверхсрочники роты, были на первой чеченской войне, все вместе, мы были и на второй. Всем нам надоело, что правительство постоянно подставляет кого-либо, списывая на погибших свои промахи. Нам непонятна война, когда приходится драться неизвестно за что.

Данила замолчал, удивляясь, как это ему удалось за один раз сказать столько много умных слов.

— Крутые времена настали, — вздохнул Сергей, — вы не подумали, что, оставаясь с нами, можете погибнуть?

— Сергей Дмитрич, о таком командире как вы мечтает любой солдат. Провести такую сложную операцию и потерять лишь одного человека, подобное даётся не каждому командиру.

— Но ведь есть ещё родители, жены и дети. Как мне смотреть в глаза матери Сашки Колёсникова? Что ей сказать? Какими словами утешить её горе? Ведь она по моей вине потеряла сына.