Владимир Сударев – Президент (страница 41)

Слушая абонента в пол уха, Савва удивился:

— Какая такая Марийка?

Вошедший в комнату Борис, имел весьма грозный вид.

— Савва, давай вынесем дверь на кухню, — предложил он, другу.

Выслушав собеседника, Савва улыбнулся.

— А, Марийка! — вспомнив свой визит в эту деревню, произнёс Савва, не обращая внимания на Бориса, — ну, привет. Гутен морген или гутен абен? Как дела амиго?

Послушав собеседника, Савва прикрыл микрофон ладонью.

— Быстро вызывая Дмитрича, — бросил он Борису, с удивлением наблюдавшему за изменениями в выражении лица друга.

— Говори друг, говори, и извини меня, — серьёзным голосом попросил Савва.

— Да, — выдохнул он, слушая собеседника.

— Дела, говоришь человек двести? — уточнил Савва у неслышимого собеседника.

— Понятно. Вы ребята, сильно не высовывайтесь. Думаю, что мы сможем вам помочь, — обнадёжил он в конце разговора и выключил телефон.

Из прихожей раздались голоса вошедших людей, Савва встал и пошёл навстречу, запахи из кухни его уже не тревожили.

— Нас просят о помощи, — заявил он, вошедшему в переднюю, Сергею.

— Кто? — заинтригованно спросил Борис, — что случилось?

— На деревню Марийка, помните, мы туда ездили в начале осени, напали военные в количестве двухсот человек. Есть убитые и раненые, творится насилие и полный беспредел. Как я понял, имеют своей целью выгрузить запасы зерна из деревенских амбаров.

— Давайте объявляйте общий сбор, — коротко произнёс Сергей, поняв, что Савва сказал далеко не всё, что услышал.

На, расчищенной от снега, площадке перед зданием конторы колхоза собралась практически всё население деревни.

Выйдя на балкон, Сергей, скупыми словами, поведал людям о происшествии в Марийке. С балкона было хорошо слышно как недовольно загудели люди. Обсуждая событие.

— Нас попросили о помощи, не зная, куда обратиться в поисках защиты от распоясавшихся преступников, — повысив голос, чтобы покрыть ропот людей, произнёс Сергей.

— Конечно, поможем! — ответил нестройный хор голосов.

Люди начали расходиться по домам. В принципе каждый знал своё дело. Молодые парни из Савиной группировки, вернулись через несколько минут, с оружием и боеприпасами.

К Сергею подошёл Олег Загорулько.

— Сергей, есть предложение, — Олег сглотнул слюну, — в Марийку можно попасть с двух сторон, по трассе и напрямик. Километров за пятьдесят до деревни, если мерить по шоссе, речка Марийка делает страшно много петель, чтобы не строить лишних мостов, дорога делает большую петлю. Я знаю место где до деревни меньше семи километров, в тоже время по трассе будет все шестьдесят. Есть один минус, машина там зимой не пройдёт.

— Отлично, — Сергей одобрительно хлопнул Олега по плечу, — покажешь на карте это место.

— Лучше на месте, — возразил Олег.

— Не возражаю, — кивнул Сергей, и, заметив школьного физрука, окрикнул его, — Никита Матвеевич, штук тридцать пар лыж можно сообразить?

— Легко! — заявил физрук и остановился, ожидая, кто с ним пойдёт за лыжами.

— Борис, отбери лёгких на ногу ребят и получи лыжи.

Отдав это распоряжение, Сергей вместе с Борисом покинул балкон и вышел на улицу.

— Сергей Дмитрич, — окликнул его капитан Симоненко.

— Да, — Сергей остановился на крыльце под балконом.

— У нас есть белые маскировочные комбинезоны, думаю, вам они будут кстати.

— Спасибо, — кивнул Сергей и газами начал искать, кого послать с капитаном.

— Я пошлю за ними Данилу, — капитан понял затруднение Сергея, — он где-то здесь болтается.

— Хорошо, — согласился Сергей, — только пускай поторапливается, мы через пятнадцать минут отчаливаем.

Тем временем, на площадке перед конторой всё было в движении. Подъезжали джипы, и, из них выгружалось различное оружие от автоматов до станковых гранатомётов. Подходили люди и получали оружие и припасы. Всё делалось без лишних указаний и суеты, словно подобные мероприятия проходили в деревне с регулярностью нескольких раз в неделю. Отправив Данилу за комбинезонами, Олег вернулся на площадку.

Подъехали три военных Урала.

— Капитан, ты не будешь возражать, если мы немного поэксплуатируем твои машины? — спросил Сергей, появившись из-за спины.

— Я бы и сам поучаствовал, но вижу, у вас людей хватает, — усмехнулся капитан.

Подбежал Данила, одетый в белый комбинезон, он тащил на плече огромный мешок.

— Капитан, отпусти с ними, — попросил он, увидев, как посмотрел на него ротный.

— Я не возражаю, если Сергей Дмитрич тебя возьмёт, — пожал плечами Симоненко и посмотрел на Сергея.

— Сергей Дмитрич, я неплохой сапёр, думаю, мой опыт пригодится.

— Хорошо, — кивнул Сергей, и, заметив низкорослого паренька в накинутом на голову башлыке комбинезона тащившего две объёмистые сумки, спросил, — а это кто с тобой?

— Мой второй номер, специалист по диверсиям, — гордо заявил Данила.

Капитан захлебнулся кашлем, пытаясь скрыть от Сергея своё удивление. Он отлично знал, что Данила всегда работал в одиночку, не доверяя взрывчатку никому.

— Отдай маскировочные комбинезоны Борису, а сами поедите с нами, — распорядился Сергей, — взрывчатки хватит?

— Взрывчатки хватит поднять на воздух пол деревни, если грамотно заложить, — заверил Данила, ища взглядом Бориса.

Капитан стоял с краю площадки и размышлял: "Не прошло и тридцати минут с момента получения сигнала о помощи, а колонна из трёх Уралов скрылась в снежной пыли. Причём, три джипа с разведчиками укатили минут десять назад. Неплохое время даже для боевого подразделения. Собрались, вооружились, разработали черновой план операции. Да они организованны гораздо лучше, чем многие войсковые части".

Майор Ащеулов был зол на всех и вся. За три дня операции потерять почти треть батальона, это что-то. Притом не на войне, а в самом сердце России. Он не одобрял поступков своих подчинённых, но хорошо понимал их состояние. Потерять своих друзей, тут поневоле начнёшь искать виновного в их гибели. Кроме всего прочего майор не мог понять этих сельчан, готовых сжечь себя вместе с амбарами, но не отдать пшеницу. Заняв под штаб здание конторы сельхозкооператива, майор оттуда руководил изъятием зерна. Правда, пока безуспешно, но в этом он не признавался даже себе. С улицы раздавались выстрелы, то затихая, то возобновляясь с новой силой в другом месте деревни. С зерносклада позвонил старший лейтенант Харатов и сообщил, что машины начали загружать при помощи механического погрузчика. Потому что местные электрики умудрились вывести из строя всё электрооборудование деревни, хотя об этом майор знал и без Харатова.

В кабинет вошёл начальник штаба.

— Андрей Степаныч, на данный момент мы потеряли ещё пятнадцать человек, столько же выбыло из строя из-за ранений различной тяжести, — доложил капитан Гормов.

— Р-р-р, — зарычал майор и с размаху ударил по крышке стола, от чего с него слетел телефон, жалобно тренькнув.

— Выгоняй из домов этих сраных колхозников, пускай сами грузят зерно, иначе до темна не управимся. А в темноте они могут запросто подпалить амбары, как в Зуевке.

— Слушаюсь, — капитан развернулся и выскочил за дверь, в приёмную, где сидел радист.

Майор встал из-за стола и начал расхаживать из угла в угол. Уже четыре часа как они вошли в деревню, а не смогли загрузить ни одной машины.

— Это просто задница, — прошептал майор.

Словно подтверждая его слова, где-то громыхнуло. Открыв дверь, он рыкнул связисту, сидевшему у рации, передавая, последний его приказ.

— Узнай в чем там дело.

Вернувшись в кабинет, он и без доклада услышал, что на окраине деревни завязался нешуточный бой. Гулко молотили крупнокалиберные пулемёты БТРов, оставленных на въезде в деревню. Раздалось ещё несколько взрывов и пулемёты замолчали.

В кабинет заглянул связист.

— Товарищ майор, со стороны шоссе на нас напали неизвестные, силами до полуроты.

— Свяжись с командирами рот, пускай, подкинут туда людей, — приказал Ащеулов, начав одевать бронежилет.

Когда он вернулся в приёмную, связист сообщил: