Владимир Сударев – Президент (страница 27)

— Дело не столько в нём, хотя это мне неизвестно. В регионе сложилась странная тенденция, на треть сократилось количество преступлений…

— Так это же здорово, — перебил собеседника Борис Григорьевич, отставив, пустую чашку на разнос.

— Это ещё далеко не весь букет, — нахмурившись, продолжил Степан Фёдорович, — людям президента не удалось в этом году сбить цены на продовольственную пшеницу.

— А по сводкам в регионе получили приличный урожай… — задумчиво произнёс хозяин кабинета, — или я не прав?

— Да, урожай больше чем хороший, — кивнул Степан Фёдорович, — но зерно поступает ровно в том объёме, который обеспечивает стабильно сложившуюся цену. Едва они пытаются снизить её хоть на рубль, поставки прекращаются. Должен заметить, что поставки из региона стоят процентов на сорок больше, чем зерно, отпускаемое для внутреннего потребления.

— Вы хотите сказать, что кто-то координирует действия крестьян? — Борис Григорьевич, озадачено посмотрел на собеседника.

— Именно так и получается, причём никто не сознаётся в сговоре.

— Да… — протянул Борис Григорьевич и почесал свои седые кудри, — а не пробовали продать в регионе зерно по заниженным ценам?

— Попробовали, — грустно усмехнулся Степан Фёдорович, — понесли колоссальные убытки, сотни тонн пшеницы исчезли, словно их и не было в природе, не повлияв на уровень цен ни на копейку.

— Интересный фортель, — Борис Григорьевич, вновь взял в руки листки доклада и начал перечитывать их, — задали вы задачку.

За время чтения, он дважды вызывал секретаршу. Она приносила горячий кофе, словно кофеварка не переставала работать. Гость и хозяин, пили кофе, курили, но сохраняли молчание.

— Так вы считаете, что за всем этим стоит шаман? — спросил Борис Григорьевич, отложив листки доклада.

— Признаюсь, считаю, хотя сам не могу до конца в это поверить, — кивнул Степан Фёдорович.

— А, устранить, его не пробовали?

— Делали попытки, потеряли восемь спецов, а не смогли добраться даже до райцентра. У меня создалось впечатление, что шамана охраняет вся организованная преступность региона, а может, и более могучие силы.

Степан Фёдорович мотнул головой в сторону одного из портретов.

— Не думаю, что президент способен на подобные игры, кроме всего прочего, ему это самому не понравится, — Борис Григорьевич постучал ладонью по листкам доклада.

— Кроме всего прочего в регионе появились адепты новой веры, вернее сказать старой ещё дохристианской.

— А это к чему? — удивился Борис Григорьевич, — зачем им возрождать идолопоклонство?

— Не знаю, — пожал плечами Степан Фёдорович, — а то, что я не могу объяснить, тревожит меня ещё больше, чем понятное.

— Может быть, это зашевелились коммунисты?

— Маловероятно, — Степан Фёдорович потушил в пепельнице очередную сигарету и потянулся за следующей.

— Среди коммунистов много наших людей, они бы сразу сообщили о готовящихся акциях.

— Фёдорыч, прекращай смолить, — попросил Борис Григорьевич, — кондиционер не справляется.

— А доклад Савчука требуется немедленно подать наверх, — добавил он, посмотрев в окно.

За окном стояла зима, на подоконнике, важно прохаживались взъерошенные голуби и с интересом поглядывали в тёмные окна кабинета.

— Ох, знал бы ты Фёдорыч, как мне не охота идти к президенту на доклад.

— Я же к тебе хожу, — усмехнулся гость.

— Ты, другое дело. Мы с тобой даже училище одно заканчивали. Ты, по-моему, на год позже меня, но разве это что-то меняет?

— Как будто сам не видишь, — съязвил Степан Фёдорович, — ты генерал-лейтенант, я полковник, и генеральские погоны мне уже не светят.

8

Другой кабинет, другие люди. На столе знакомый доклад.

— И что вы предложите? — спросил моложавый мужчина, занимающий центральное место за т-образным столом.

В нетерпении мужчина постукивал костяшкой пальца по столешнице. Его короткие чёрные волосы были тщательно причёсаны в косой пробор. Гладко выбритое лицо можно было назвать красивым, если бы не слишком тонкий нос. Взгляд серых глаз, из-под тонких бровей, изучал всех сидевших за столом мужчин.

— Но ведь ничего ещё не случилось, — заметил молодой, розовощёкий, мужчина с кудрявыми, огненно-рыжими волосами.

— Правильно замечено, ещё не случилось ничего необратимого, но если сейчас регион диктует свои цены на продовольствие, то, что последует за этим шагом? — в разговор вступил генерал, столь толстый, что едва помещался на предназначенном для него стуле.

— Мы всегда можем сделать там вторую Чечню, — заявил, рядом сидящий генерал, являвшийся полной противоположностью первого, — два, три теракта в Москве, соболезнование погибшим, и, для обеспечения безопасности страны, ввести в регион внутренние войска.

— Виктор Дмитрич, если мы так поступим, страна останется не только без дешёвого хлеба, но мы можем понести большие убытки и в других областях. Не забывайте, через регион проходит слишком много различных коммуникаций. Отморозков там ещё больше чем в Чечне, а обеспечить надёжную безопасность солдаты не смогут. Не поставишь же караул под каждую опору ЛЭП? — попытался образумить генерала мужчина в очках, сидевший напротив него.

Переведя дыхание, мужчина в очках спросил, обращаясь к президенту:

— А если к этому делу подключить местных губернаторов?

— Думаю, они нам не помогут, — президент говорил медленно, взвешивая каждое слово, что доказывало о его серьёзном отношении к данной проблеме, — получится с точностью до наоборот. Плюс к этому, вся информация попадёт нашим щелкоперам. Они, уж постараются раздуть эту акцию. Какой после всего этого разразится кризис, не мне вам говорить.

— Может быть, мы сумеем договориться с лидерами этой акции? — вновь подал голос Андрей Воронко, приглаживая свои непокорные рыжие волосы.

— Не хотелось бы, да и не идут они с нами на контакты, — негромко произнёс незаметного вида мужчина в сером костюме и непримечательным лицом.

— То есть, как это не идут? — удивился президент, он перестал постукивать пальцем по столу, положил ладонь на ладонь и весь подался вперёд.

— Мы не можем даже определить круг лиц, контролирующих политику региона.

— Илья Сергеич, разве может такое быть с вашей службой? — спросил президент, сверля взглядом человека в сером костюме.

Все остальные, за исключением прячущего ухмылку Бориса Григорьевича, бросили недоумённые взгляды в сторону начальника, службы безопасности президента.

— Как я полагаю, на территории региона действует хорошо законспирированная организация, — Илья Сергеевич встал со своего стула, считая что так ему сподручней наблюдать за реакцией собрания, — эти предположения основаны на анализе ситуации в сложившейся в трёх сибирских регионах. Прослушивание средств связи, сговора не обнаружило, но добавило вопросов относительно некоторых фигурантов. Создаётся впечатление, что каждый из членов организации чётко знает свои обязанности и действует согласно им в любой ситуации, не нуждаясь в корректировке из центра.

— А вы пробовали допрашивать, или другим способом добывать информацию? — заинтересованно спросил Виктор Дмитрич.

— Да, пробовали, — улыбнулся Илья Сергеевич, — каждый из тех, с кем имели дело мои люди, приводил весьма убедительные аргументы в пользу своих действий. Из бесед получалось, что каждый из фигурантов действовал строго индивидуально и даже не имел контакта, что подтверждено документально, с другими членами организации. Конечно, если попытаться, можно найти связь между отдельными фигурантами, но дальше эта дорога нас никуда не приведёт. Не дал результатов и тест на полиграфе.

После минутного молчания, встал президент.

— Даю неделю сроку. Разобраться с этой проблемой любыми методами. Единственное ограничение, чтобы слова не просочилось об этом на радио и телевидение, — высказал своё решение президент, по его лицу было видно, что он недоволен своим решением, но больше всего его бесила необходимость бороться с неизвестностью.

Присутствующие, поняли, что совещание закончено и начали выходить из-за стола.

— Илья Сергеевич и Виктор Дмитрич, останьтесь, — попросил президент и снова сел в своё кресло.

Когда в кабинете остались лишь трое, президент открыл дверь, расположенную за его спиной. Не произнося лишних слов, он указал рукой на неё, приглашая в так называемую комнату отдыха.

— Илья Сергеевич, расскажите всё, что вам удалось накопать по данному вопросу, — закрыв за гостями дверь, попросил президент и направился к своему любимому креслу, стоящему между двух окон.

— Как я понял, вы рассказали далеко не всё, — устроившись в мягком кресле, продолжил он.

Утвердительно кивнув, начальник службы безопасности положил свой коричневый кейс на журнальный столик, возле дивана на который он сел и щёлкнул замками. Проводив взглядом генерала, открывшего бар и перебирающего напитки, он достал из кейса несколько листков бумаги, и заговорил, время, от времени бросая на листки взгляд, словно боялся допустить неточность.

— Виктор Викторович, в регионе действует хорошо сплочённая организация. Сразу скажу, чтобы не возникали вопросы, это не коммунисты. Численность и влиятельность организации растет с каждым днём. Удивляет лишь одно, предполагаемый центр находится в богом забытой деревне и роль лидера выполняет пенсионер. Не то колдун, не то шарлатан, каких развелось немало…