Владимир Сергеев – Инженер своей судьбы. За Союз (страница 9)

— Спасибо, — крикнул я вслед и заглянул в пакет: бутылка сока, несколько яблок и пачка печенья.

Ну вот, первое моё имущество в этом мире. Вообще парень мне понравился, вроде и простой и в то же время далеко не глуп. Как он вопросик ввернул, о моих дальнейших планах, я чуть в рассуждения не пустился о получении документов, о поступлении в институт. Странно бы это звучало от человека потерявшего память. Надо быть осторожней. А с Антоном можно дружить, он какой-то правильный, настоящий и цель у него есть в жизни, в «универ» собрался поступать. Я ещё погулял по больничному двору и поднялся в палату.

Вечер прошёл спокойно.

Воскресенье тоже не принесло никаких сюрпризов, всё в штатном режиме: приём лекарств, завтрак, обед, ужин, между ними прогулки во дворе больницы, да чтение прессы. В комнате приёма пищи, был старенький чёрно-белый телевизор, который в выходные дни работал целый день, а в рабочие только вечером — после 17.00. Я с интересом смотрел разные передачи, включая новости. Зрителей было не так уж много, больные предпочитали прогулки на свежем воздухе, иногда я оставался совсем один и самостоятельно переключал каналы взад-вперёд.

Жалко, что показывало всего два канала, меня это очень удивило. К вечеру меня стало немного «потряхивать» в предчувствии завтрашнего понедельника, думаю, день будет насыщенный.

Утро началось с врачебного обхода. Ко мне подошёл уже знакомый Иван Сергеевич.

— Здравствуйте Максим, как вы себя чувствуете?

— Здравствуйте Иван Сергеевич. Нормально, рука почти не болит, да и бедро тоже практически в норме, — бодро ответил я.

— Ну и отлично. Заведующий отделением назначил меня вашим лечащим врачом и просил пригласить вас к нему, сам он, к сожалению, не смог присутствовать на обходе — планёрка у главврача. Сей час, я обойду своих больных и зайду за вами, как раз у главного планёрка закончится, договорились? — он внимательно посмотрел мне в глаза.

— Хорошо, я буду вас ждать, — я спокойно выдержал его взгляд, хотя сердце учащённо колотилось.

— Отлично, отдыхайте, — и он вышел из палаты, а я с облегчением уселся на кровать. Надо успокоится, иначе запутаюсь в ответах и что-нибудь ляпну не по теме.

Примерно через полчаса Иван Сергеевич заглянул в палату, нашел меня взглядом, и, не переступая порог позвал.

— Пойдёмте, Максим.

Я поднялся и вышел в коридор. Постучав в дверь с табличкой «Заведующий отделением травматологии», доктор, не дожидаясь ответа, отворил дверь и жестом пропустил меня вперёд. В кабинете, за небольшим столом, сидел пожилой мужчина в белом халате.

— Здравствуйте, — я остановился недалеко от двери.

— Здравствуйте, проходите, присаживайтесь, — мужчина жестом показал на ряд стульев стоящих возле стены слева от стола, — я так понимаю, что вы Максим, правильно?

— Да, верно, — ответил я усаживаясь на стул, Иван Сергеевич уселся напротив у противоположной стенки.

— Меня зовут Андрей Фёдорович, я заведую этим отделением. Как вы себя чувствуете молодой человек, голова болит? — он переложил на столе какие-то бумаги и внимательно посмотрел на меня, сквозь очки в тонкой золотой оправе.

— Да вполне нормально я себя чувствую, плечо ещё немного побаливает, а голова сегодня вообще не болит с утра, — осторожно ответил я.

— Ну насчёт плеча, вам Иван Сергеевич, наверное, рассказал, что вывих вам выправили, а теперь нужен только покой, руку не нагружать и повязку не снимать три недели, а лучше месяц, чтобы последствий не было, — он глянул на моего лечащего врача, и тот слегка кивнул.

— Вообще по нашей части с вами никаких проблем нет, можно хоть завтра выписывать, а вот что с вашей памятью делать, вернее её отсутствием — вот это задача. Вы, что совсем ничего не помните? Родители-то у вас есть или другие родственники, где работали или учились? — с тяжелым вздохом произнёс зав. отделением и с надеждой уставился на меня.

— Андрей Фёдорович, я, правда, кроме имени ничего не могу вспомнить, полный вакуум в голове, даже где и с кем жил не помню. Мне самому тяжело, как будто и не жил до того момента как очнулся в вашей больнице, — мне стало искренне жаль этих людей, задал я им задачку.

— Ладно, понятно. Сегодня к тебе придёт следователь, уже звонили из УВД, сам с ним разбирайся. А я постараюсь пригласить специалиста по психиатрии и нейрохирурга, есть у меня один знакомый, вместе учились. Ну, а больше я даже не знаю, чем тебе помочь Максим, не было в моей практике подобных случаев. Главврачу я уже доложил, он тоже не встречался с подобным, только теоретически. В общем, пока мы тебя выписывать не будем, пускай специалисты тебя посмотрят, наверняка какие-то обследования назначат, поживёшь у нас, всё равно тебе идти некуда. Ну и милиция поработает, может родственников твоих найдут, — подвёл итог Андрей Фёдорович.

— Спасибо вам. Я буду стараться, может, что-нибудь вспомню, — поблагодарил я его.

— Ну, всё, иди в палату Максим отдыхай, скоро следователь должен подъехать, тебя позовут, постарайся надолго не выходить. Да и мозг сильно не мучай, пусть вначале специалисты посмотрят, — переходя на «ты» закончил он разговор.

Я поднялся и пошёл в палату, надо успокоиться, привести мысли в порядок и подготовится к визиту следователя. Около одиннадцати заглянула медсестра, имя которой я ещё не знал, и сказала, чтобы я шёл в кабинет зав. отделением, там меня ждут.

Я мысленно собрался и пошёл, постучавшись, я вошёл и увидел, что хозяина кабинета нет, а за его столом сидит молодой мужчина, лет тридцати пяти. Слева от стола на стуле сидела светловолосая женщина, в строгом деловом костюме, возрастом тоже далеко за тридцать, на соседнем стуле лежал небольшой чемоданчик чёрного цвета.

Мужчина поднялся и, одёрнув пиджак, вышел ко мне навстречу,

— Вы Максим? — Да, — промолвил я, невольно напрягаясь.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — он показал на ряд стульев справа от стола заведующего. — Я следователь УВД Свердловского района — Антипов Игорь Иванович, а это наш эксперт-криминалист Семенова Наталья Владимировна, — указал он на женщину, — так как железнодорожный вокзал находится в нашем районе, я буду заниматься вашим делом.

— Итак, начнём, — он снова уселся за стол и взял какую-то бумагу.

— В пятницу, шестнадцатого июня 1983 года, около двадцати четырёх часов по местному времени, в районе железнодорожного вокзала, патрульным автомобилем линейного отдела милиции, за рулём которого находился сержант Снегирёв Антон Витальевич, был совершён наезд на неизвестного мужчину. Неизвестный в результате наезда потерял сознание и вызванным экипажем скорой помощи был доставлен в первую городскую больницу. При осмотре пострадавшего никаких документов обнаружено не было. Водитель Снегирёв А.В. и его напарник рядовой Филиппов М. Ю. утверждают, что неизвестный выскочил из-за автобуса и буквально налетел на их патрульный автомобиль. Проведённая экспертиза следов алкоголя в крови водителя Снегирёва не обнаружила, — следователь закончил читать и посмотрел на меня, слегка прищурившись, — я так понимаю этот загадочный неизвестный — вы?

— Да, скорей всего, — секунду помолчав, я продолжил, — понимаете, товарищ следователь, в результате наезда я ударился головой об асфальт и ничего из произошедшего не помню. Да, если честно, я вообще о себе ничего не помню, кроме имени. В кабинете повисла пауза, они оба не сводили с меня глаз.

— Совсем, совсем ничего не помнишь? — поняв, что пауза сильно затянулась, спросил Антипов.

— Абсолютно, — привычно сказал я.

— Да… — протянул следователь, — здесь есть для вас работа, Наталья Владимировна.

Женщина молча кивнула и, открыв свой чемоданчик, достала оттуда фотоаппарат и отдельно мощную фару, когда она присоединила её к аппарату, я понял, что это вспышка. Подойдя к розетке и воткнув фотовспышку заряжаться, она взяла один из стульев и поставила его возле белой двери.

— Максим, садитесь, пожалуйста, я вас сфотографирую.

Я пересел на стул возле двери, и женщина приступила к работе: она сняла меня несколько раз спереди, затем попросила сесть правым боком, затем левым, короче извела на меня половину плёнки.

Закончив с фотосессией, она убрала фотоаппарат назад в чемоданчик, и достала какой-то валик, плоскую коробочку и пачку бумаги.

— Подходите к столу, — обратилась она ко мне, надевая резиновые перчатки, — сейчас отпечатки пальцев снимем.

Она намазала мне руки специальной краской, и поочерёдно прижимая к бумаге, сняла отпечатки всех пальцев по отдельности и ладошек целиком. Закончив, она кивнула мне на раковину в углу кабинета, — идите руки отмывайте, пока не засохло.

Я пошёл отмывать краску, а она принялась укладывать свои инструменты. Следователь, тем временем оторвавшись от своих бумаг, где он что-то записывал, с любопытством уставился на меня, — знакомая процедура?

— Нет, не помню, чтобы когда-нибудь приходилось проходить, — намыливая руки, ответил я.

— Максим, сплюньте ещё в эту баночку, — подошла, тем временем ко мне эксперт-криминалист.

— Ну всё я закончила Игорь Иванович.

— Хорошо Наталья Владимировна, я тоже скоро закончу, и поедем, — продолжая задумчиво смотреть на меня, ответил он.

— Итак, Максим свою фамилию вы не помните, вас здесь в больнице записали как Максим Непомнящий. Я у себя в протоколе тоже пока воспользуюсь этой фамилией, — дождавшись пока я помою руки и сяду на стул продолжил он.