Владимир Сербский – Портфель точка два (страница 54)
— Ну ты монстр, — восхищенно пробормотал Коля. — Тройной экспресс сорвал, на удивленье мне и людям. По сделке все продумал! И главное, все проблемы на тещу перекинул. Какой красивый ход… Если срастется, с меня поляна. Ну что, еще по одной?
Степан поднялся.
— Извини, брат, дела. Если срастется — обмоем обязательно, — он выложил на стол картонку выигрышного билета. — А это за обед, вышло очень вкусно. Звони в любое время, буду ждать. Был рад встрече.
— А уж как я рад, — пробормотал Коля, глядя ему вслед. Затем махнул «еще одну». — Неужто этот головняк с меня упадет?
Справка. Правительство США предупредило свое население: после начала ядерной войны не следует применять кондиционер для волос. Это опасно для здоровья. Дело в том, что вещества, применяемые для нейтрализации шампуня и укрепления корней волос, фиксируют радиоактивную пыль на волосах и делают невозможным их очистку.
Конец второй книги.
Автор Владимир Сербский.
Россия, Ростов-на-Дону.
Продолжение здесь, на сайте
Портфель точка три
Эпизод 1.3
Дела житейские.
На лестничной клетке гремели железом сантехники, обустраивая квартиру напротив. А в углу площадки драный, битый жизнью кот смаковал бутерброд. Деликатно придерживая лапой добычу, он явно наслаждался процессом. Рыжий гурман повернул голову, заинтересованно блеснул желтым глазом и вдруг резво рванул под ноги, целя в открытую дверь. Беседин не сплоховал — пресекая проникновение на территорию, он мягко отфутболил наглеца к исходной позиции.
Кот кувыркнулся через голову, но решимости не утратил. Дернув спиной, бесстрашно бросился на новый штурм. Сантехники заржали — вторую попытку Степан отразил тем же техничным приемом.
— Наглая морда, — заметил ему Беседин, прикрывая дверь. — Кошку чуешь, демон? Но пасаран!
Прядая порванным ухом, кот проводил глазами удаляющуюся спину Беседина. Посчитав уход человека отступлением, он оккупировал дверной коврик, предварительно притащив за собой недоеденный хлеб. После восхитительной колбасы с сыром кот надеялся на продолжение чудес, когда дверь снова откроется.
Справка. Секретная служба, отвечающая за безопасность президента США, отслеживает сарказм в социальных сетях. Специальное программное обеспечение анализирует большие объемы информации и визуально представляет полученные результаты. Автоматизация мониторинга позволяет распознавать лидеров общественного мнения в социальных сетях, отслеживать наиболее важные проблемы, анализировать потоки информации в реальном времени и подключаться к архивным данным Twitter. Способность улавливать сарказм является одной из 18 целей программы.
Степан вышел из дома пораньше, до пробок. Однако попасть на работу опять не удалось.
— Степик, беда, — закричала теща из трубки. — Бабушка упала, ноги подкосились!
Всхлипы завершились громкими рыданиями и невнятными причитаниями.
— Этого нам только не хватало, — пробормотал Беседин, усаживаясь в машину. — Еще раз, и без крика. Так. Значит, она позвонила тебе сама. Лежит на полу? Ничего, не зима. Это не страшно. А вот что встать не может, это плохо. Я уже еду, а ты скорую вызывай. Да сейчас вызывай! Потому что быстро они не приедут. Сначала скорую, а потом таксистов зови. Эти-то как раз сразу примчатся.
На звонок бабушка ответила немедленно. Телефон оказался при ней, но путного он услышал мало — сплошной крик и плач. Ну что ты будешь делать? Посетовать на изгибы судьбы не дал очередной звонок.
— Степа, что у тебя там случилось? — озабоченно вопросила Ася.
— Ничего особенного, — спокойно ответил он. — Так, житейские хлопоты.
— Что-то мне тревожно стало, — вздохнула она. — Я волнуюсь, Степа!
— Не надо беспокоиться, — оборвал Беседин ненужные расспросы. — Кстати, вопрос: мне по делам надо в Швейцарию смотаться.
— Чего так?
— Хочу Сашке заводик купить, — честно признался он.
— Зачем ей завод, Степа? — поразилась Ася.
— Она сильно переживает, что денег нет, — припомнил он женские слезы. — Мечтает детишкам на молочишко заработать, и все такое. Вот пусть работает на заводе, и зарабатывает.
— Хм, — пробормотала девчонка. — Чудны дела твои, господи.
— Так отведешь?
— Конечно, Степа. Заодно заглянем в кондитерскую Баумана.
— Это где?
— В Цюрихе, неподалеку от Мечети Махмуда. Там чудесная выпечка и пирожные. А в кондитерской Шпрюнгли на Банхофштрассе подают очень вкусные люксембургерли с кремовой начинкой. И еще…
— Это потом, — прервал он кулинарный поток. — Все, что захочешь. Извини, у меня дела.
За разговором да по раннему городу доехал быстро. Припарковался у подъезда без проблем, выскочил из машины.
— Ого, какое море Лиза напрудила, — перешагнул он лужу в прихожей.
В квартире порядка тоже было мало — кресло перевернуто, занавеска на окне оборвана. Бабушка в голос рыдала, а ротвейлер Лиза металась по кругу. Поскуливая и подвывая, она вторила бабушке.
— Тихо обе! — пришлось рявкнуть, поддав в голосе металла. — Лежать!
Вывалив немалый язык, Лиза послушно улеглась. Бабушка, наоборот, рот закрыла. Даже руки вытянула по швам. Посчитав пульс, Беседин расстегнул халат, ощупал тощее тело. Тут не до церемоний.
Бедро ему не понравилось. Плохое было бедро — на легкое прикосновение бабушка отзывалась криком. Пошуршав в коробке с лекарствами, Степан выбрал анальгин, заодно накапал сердечных капель. Подумал, и выпил. Повторил для бабушки, подложил подушку под голову. Огляделся, стянул с дивана плед, укрыл бедолагу. Мало ли что, на всякий случай.
Все эти действия, а также успокоительное бормотание в адрес бабушки собака восприняла одобрительно, лизнув мимоходом руку. Тем временем с шумовым сопровождением влетела теща. Пришлось Беседину строить еще и ее, заставив быстренько заняться делом. То есть поправить занавески и убрать лужу в коридоре. Дверь в квартиру теща прикрыть забыла, но доктор позвонил все равно, стоя на пороге.
— Где больная? — скучным голосом вопросил он. И сразу преобразился, когда Беседин вложил денежку в замызганный карман синей робы. Скука сменилась оживлением: — Руки где помыть?
Доктор недолго щупал бабушку. Тем не менее, хмыкнул удовлетворенно. Он убедился, что «в паху болит, и это понятно», а потом постучал по пятке — бабушка тут же заплакала.
— И что у нас? — трагически вопросила теща, утирая слезы.
— Перелом шейки бедра, — ставя укол, вынес лекарь вердикт. — Однозначно в больницу.
Степан вложил еще одну купюру в тот же карман:
— Если приговор окончательный, то осталось понять, куда лучше ехать.
— В нашу больницу точно не лучше, — усмехнулся доктор. — Тем более, она сегодня дежурная. Вы собирайтесь пока, а я позвоню.
Степан вытащил свой телефон — эсэмэска пиликала уже несколько минут, нудным сигналом оповещая о проникновении врага в новое жилище. Меню предлагало два варианта: вызов полиции или просмотр кино. Он выбрал режим «видео» и сразу обалдел: в его новую квартиру вносили оконные стеклопакеты. Не выносили из дома, а
Делали это сантехники, что последние дни мелькали в квартире напротив. Ребята были шустрые и крепкие, они таскали стеклянные панели. Бойко, по двое. Широкоугольная камера позволяла видеть картинку не только в прихожей. Но и, через распахнутую дверь, часть лестничной площадки. Беседин вдруг узрел рыжего кота, который, ловко лавируя меж человеческих ног, злодейски устремился в его жилище. Вот это уже серьезное безобразие. Нельзя допустить изнасилование любимой кошки в собственном доме!
Однако успел одернуть палец от иконки вызова полиции — в последний момент наглеца выловили сантехники. Они без церемоний засунули рыжего диверсанта в кошачий контейнер, благо он здесь же, в прихожей, валялся. А когда в поле зрения камеры возник сотрудник ФСБ Илья Зимин, собственной персоной, Степан пробормотал:
— Все красавцы удалые, все равны как на подбор, — он избытка чувств он крякнул: — Мда… И с ними дядька Черномор.
Несмотря на темные очки, закрывающие породистое лицо, узнать его было нетрудно. Зимин огляделся, снял очки и прошел вглубь, пропав из вида камеры.
— Это диво, так уж диво. Везде ты поспел, шпион недоделанный, — прошипел потрясенный Беседин.
Досмотреть кино ему не удалось.
— Здрасте, — смутно знакомый мужчина с седыми висками тихо проявился на пороге, цепко оценивая обстановку. Был он при кобуре и облачен в форму капитана МЧС.
— И вам не хворать, — Степан окинул нежданного гостя недовольным взглядом.
— Я от Груздева, — сказал смутно знакомый пожарник с рукой на черной перевязи. — Капитан Краснов. Что случилось?
Пароль «от Груздева» снимал всякие вопросы. Поэтому Степан сменил тон более доброжелательным:
— Беда у нас случилась, бабушка ногу сломала.
— Ясно, — Краснов отвернулся, чтобы буркнуть в гарнитуру. — Отбой тревоги, «скорая» к бабушке. Работаем по плану.
Степан взглянул на экран: кино шло дальше, но как бы в обратной перемотке — стеклопакеты начали выносить. Ремонт он не заказывал, а зачем тогда в квартире устроили замену окон? Вопросы, вопросы.
Из туалета, деликатно покашливая, появился доктор с бумажным полотенцем в руках. Он доброжелательно улыбнулся: