Владимир Сапрыкин – Ценности социализма. Суровая диалектика формационно-цивилизационной смены и преемственности системы общественных ценностей (страница 19)

2. Энгельс Ф. Принципы коммунизма. // Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 325, 330.

3. Энгельс Ф. Анти-Дюринг. // Маркс К и Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 305.

4. Маркс К. Капитал. Том первый. // Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 495.

5. Маркс К. Инструкция делегатам Временного центрального совета по отдельным вопросам. // Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 16, с. 197–198.

6. Энгельс Ф. Очерк теории // Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 278, 294–295.

7. Маркс К. и Энгельс Ф. Манифест Коммунистической партии. М., 2007, с. 74.

У В. И. Ленина смысловая категория «ценность» в ее сущностном содержании проходит через все его теоретическое и политическое наследие: в критике взглядов П. Б. Струве на ценность как понятие идеального; в разоблачении неокантианских спекуляций понятием ценности; в характеристике субъективизма оценочных положений швейцарского экономиста и историка Жана-Шарля Сисмонди; в классовой оценке либерально-буржуазной аксиологии авторов сборника «Вехи», который был назван «энциклопедией либерального ренегатства», выразившего «несомненную суть кадетизма»; в показе ценностно-смысловой роли богоискательства, стремившегося к «оглуплению народа более тонкими, более усовершенствованными средствами»; в разоблачении оппортунизма, являющегося «буржуазным врагом пролетарской революции» и т. д. Разрабатывая свое учение о социализме как первой фазе коммунистического общества, В. И. Ленин в конкретно-исторических условиях России сформулировал совершенно четкие и реалистические направления этого процесса, положив в его основу гуманистическую ценностную матрицу[121]. Социализм в ленинском ценностно-смысловом выражении предстает как:

• качественное новое состояние общества в его материальном и духовном развитии, т. е. «лучшее общество» по сравнению с капитализмом, у которого «нужно взять всю культуру, всю науку, технику, все знания, искусство», и из них «построить социализм»;

• формирование нового человека, усвоившего «всю сумму человеческих знаний, «все, что завоевало человеческая наука, человеческая техника», и, как результат, появление «всесторонне развитых и всесторонне подготовленных людей, людей, которые умеют все делать»;

• развитие социалистической демократии, установление нового типа государства, в котором произошла «полная передача управления страной и контроля за хозяйством ее рабочим и крестьянам, которым никто не посмел бы сопротивляться» и которые сами бы могли «правильно распределять землю, продукты и хлеб»;

• преодоление всех форм прежнего разделения труда и социального неравенства, противоположности между рабочим и свободным временем, постепенное превращение труда из обязанности в творческую деятельность;

• «живое творчество масс», на деле обеспечивающее утверждение свободы во всех областях жизнедеятельности человека, когда «ум десятков миллионов творцов создает нечто неизмеримо более высокое, чем самое великое и гениальное предвидение».

Понимая таким образом сущность нового мироустройства, Ленин постоянно говорил: победа социализма в России возможна лишь в том случае, если будут усвоены достижения всех предшествующих цивилизаций и культур, ибо Россия стояла «на границе стран цивилизованных и стран, впервые … втягиваемых в цивилизацию, стран всего Востока, стран внеевропейских». Иначе говоря, он ставил вопрос об усвоении тех ценностей, которые были созданы другими народами в ходе своего исторического развития и творчества. Никакой автаркии и даже намека на самоизоляцию от других народов и стран. Наоборот, В. И. Ленин, как никто другой в ХХ столетии, подчеркивал преемственность социализма в усвоении лучших, прогрессивных достижений, «которые выработало человечество под гнетом капиталистического общества».

Раздел второй. Советский социализм – историческая ценность, рожденная на путях раскрепощенного творчества народных масс

Когда беседуешь с людьми о социализме или коммунизме, то нередко обнаруживаешь, что твои собеседники по существу дела совершенно согласны с тобой и признают коммунизм прекрасной вещью: «но, – говорят они, – невозможно когда-либо осуществить что-нибудь подобное». Это возражение повторяется так часто, что автору этих строк кажется полезным и необходимым ответить на него описанием некоторых фактов, еще очень мало известных в Германии и полностью опровергающих подобное возражение. Коммунизм, общественная жизнь и деятельность на основе общности имущества не только возможен, но уже фактически осуществляется во многих общинах в Америке и в другой местности в Англии и осуществляется, как видим, с полным успехом[122].

…Социализм, с тех пор как он стал наукой, требует, чтобы с ним и обращались как с наукой, то есть чтобы его изучали[123]..

Слово «социализм»[124] присутствует в ценностно-смысловых представлениях многих людей, его употребляет почти каждый человек, только один с положительным значением, а другой – с отрицательным и даже враждебным. При этом в зависимости от личного (субъективного) отношения – позитивного или негативного – создается и соответствующий образ социалистического мироустройства: в первом случае очень часто в идеализированном виде, во втором, наоборот, в преувеличенно отрицательном, а сегодня – в окарикатуренном, нелепом, отвратительном. В действительности социализм как закономерная ступень в общественном развитии – не готовая «райская» система («где текут молочные реки с кисельными берегами»), способная немедленно облагодетельствовать все человечество, но это и не отклонение от магистрального развития цивилизации и уж тем более не «исчадие ада», а лучшее общество по сравнению с капитализмом. Оно не приходит само собой: за него надо бороться, его надо строить самим людям – упорным трудом, знанием, пониманием, что социализм – это достояние всего трудового народа, коллективная ценность совместной жизни.

Социализм как идея, форма организации и ценность общественной жизни, мечта и чаяние об иной – справедливой – жизни – явление вполне закономерное, выношенное и выстраданное многими народами. О лучшем обществе люди думали и мечтали давно. Мечтания, проекты и учения о коренном преобразовании общества на социалистических ценностных началах уходят в глубокую древность. Сама идея не является изобретением какого-то одного народа и как таковая представляет собой общечеловеческое достояние, общечеловеческую ценность. Первой, зародышевой формой был утопический социализм[125], представлявший собой у всех народов легенду о прошлом «золотом веке», рисовавшей в идеализированном виде общинный строй и господствовавшее в нем социальное равенство людей. Для становления идей утопического социализма большое значение имело социальное учение раннего христианства, проповедовавшего общечеловеческое равенство и братство людей, евангельский идеал общинного патриархального строя с потребительским коммунизмом в быту. Однако христианство, во-первых, направило наивную мысль в русло религиозной утопии: религиозная идея воздаяния обещала страждущим и обездоленным обретение счастья и свободы в царстве небесном. Во-вторых, раннее христианство, первоначально явившее элемент революционности (в I веке н. э. оно провозгласило равенство людей, отвергло существующие рабовладельческие общественные порядки, призывало к переустройству мира, давало надежду порабощенным и бесправным на свободу), со временем утратило этот заряд: требование равенства стало выступать как утверждение равенства в грехе и перед лицом всемогущего бога. Ф. Энгельс очень точно назвал это «отрицательным равенством»…

На различных этапах исторического развития общества среди представителей разных классов формировались и определенные типы социалистического мировоззрения. Истории известны, например, античный социализм, христианский социализм, буржуазный социализм, утопический социализм и, наконец, научный социализм. Различные виды социалистического мировоззрения имеют и свои особенные социально-экономические корни. Например, буржуазный социализм в своем историческом развитии принимал самые различные формы: государственный социализм, кооперативный социализм, муниципальный социализм, коммунальный социализм, синдикальный социализм и, наконец, анархизм[126]. При этом «чистых» форм буржуазного социализма не было: все они так или иначе переплетались между собой. В «Манифесте Коммунистической партии» К. Маркс и Ф. Энгельс выделяют реакционный социализм, к которому отнесли феодальный социализм, мелкобуржуазный социализм, немецкий, или «истинный» социализм. Они вскрыли природу и направленность консервативного, или буржуазного социализма. Все эти течения роднит главное: они отрицают революционный путь ликвидации буржуазных отношений с их сердцевиной – частнокапиталистической собственностью на средства производства и результаты труда эксплуатируемых народных масс. Социально-экономические корни буржуазных и мелкобуржуазных форм социализма заключаются в том, что «известная часть буржуазии желает излечить общественные недуги» только «для того, чтобы упрочить существование буржуазного общества»[127].

Выдающуюся роль в развитии мировой социалистической мысли выполнил утопический социализм и его великие создатели: английский гуманист Томас Мор (1478–1535); итальянский философ Томмазо Кампанелла (1568–1639); французский историк, утопический коммунист Габриэль Мабли (1709–1785); французский социолог Клод Сен-Симон (1760–1825); английский утопический социалист Роберт Оуэн (1771–1858); французский социалист-утопист Франсуа Фурье (1772–1837); французский утопический коммунист XVIII века Морелли (достоверных биографических данных не сохранилось) и другие мыслители. В России первыми социалистами были декабристы П. И. Пестель, М. А. Фонвизин, революционные демократы В. Г. Белинский, А. И. Герцен, Н. П. Огарев, Н. Г. Чернышевский, Н. А. Добролюбов, Д. И. Писарев, «пророк» анархизма М. А. Бакунин, народоволец П. Л. Лавров, идеолог русского и международного анархизма П. А. Кропоткин. Важную роль в разъяснении социалистических идей и защите русской крестьянской общины выполнил великий русский писатель и мыслитель-философ Л. Н. Толстой.