Владимир Рудинский – Мифы о русской эмиграции. Литература русского зарубежья (страница 161)
Нельзя лучше определить взгляды, присущие русским националистам, – в трезвом и правильном понимании данного термина, – и особенно монархистам, за рубежом и, надо полагать, внутри России. Отметим, при сем случае, что никак не сочувствуем делающимся сейчас, в том числе в русской правой прессе в эмиграции, попыткам представить наше отечество как этнически русское государство, при умалении роли и прав национальных меньшинств.
Наша Россия есть именно, как говорит Зарубин, многонациональное государство. Теперешнее разделение ее, коему радуются все ее враги, есть, надеемся, явление временное, искусственное и неестественное.
С объективным чувством справедливости, применяя те же критерии к Германии, Зарубин констатирует, в статье «Наш общеевропейский дом», абсурдность идущих в этой стране процессов денационализации.
«Школа, печать, радио, кино, телевидение – все брошено против национальных чувств немецкого народа. Здоровый национализм не должен основываться на ксенофобии или на любых иных фобиях!»
К чему он добавляет в другой статье, «Германия на стыке тысячелетий»: «В обиходном языке у немцев нет больше детей – киндер, а нужно говорить "кидс", "сорри" вместо "извините" и т. д. Вот пример из газет: «Вбрасываетесь в "Weekend-feeling"! Вы так и сяк, что сегодня по-настоящему "relaxen" можете? Или же страдаете после "Saturday Night Event" вчерашнего после "Hangover"»?
Очень интересны картины жизни в Венгрии, нарисованные человеком, хорошо знающим венгерский язык и венгерские нравы, и к тому же – участником венгерской революции 1956 года. А также и целый ряд статей, посвященных событиям на Балканах («Вокруг Сербии» и др.).
Отметим еще, с полным сочувствием, отповедь Зарубина «нашим плюралистам», в статье «Они на меня ополчились».
В остальном – всего не пересказать и не прокомментировать. Отошлем читателя к самой книге!
Архипелаг в огне (к 8-летию Мальвинской войны)
Эта замечательная книга, – Nicolas Kasanzew, «Malvinas a sangre у fuego»[713], – попала в мои руки только сейчас, когда гром описываемых в ней событий давно затих. Кто в Европе помнит про войну за Мальвинские острова? Хотя она на время и занимала первые страницы мировой печати…
Героическая попытка Аргентины вернуть себе свое законное владение, захваченное Великобританией, оказалась, увы, неуспешной. Несмотря на то, что Британская Империя, разваливается не по дням, а по часам, ее силы покамест слишком еще велики: и в данном случае она крепко схватилась за клочки земли на далеком океане, и пустила в ход любые средства, – вплоть до явно недозволенных.
Наш интерес к боевым действиям аргентинцев возрастает, понятное дело, еще от того, что нам рассказывает трагическую эпопею их борьбы и страданий наш соотечественник, известный журналист Николай Леонидович Казанцев. Соотечественник… бесспорно да, хотя он и вырос в Буэнос-Айресе, и в процессе операций, о которых здесь повествуется, сражался на стороне южноамериканской республики, где живет, доблестно рискуя за нее жизнью. Ибо мы знаем Казанцева как русского патриота и монархиста, верного своей исторической родине, согласно завету Пушкина:
Опять же, мы употребили слово сражался. А он действовал не оружием, а скорее сказать, как военный корреспондент, или, еще точнее, работник аргентинского телевидения. Но опасностей он повидал, бесспорно, не меньше, чем любой солдат или офицер, принимавший участие в десанте на острова. И недаром англичане, одержав победу, со мстительной настойчивостью доискивались, не найдется ли он в числе пленных! И попадись он к ним в лапы, – верно уж, незавидная его ждала бы доля…
По счастью, он успел с огромным риском эвакуироваться на аэроплане, увозя с собою материалы.
Преимуществом латиноамериканской державы, – необъятной, но несомненно значительно более слабой, чем ее стареющий, но еще хищный и злой противник, – была географическая близость к территории, на коей разыгрывалась схватка. Мальвинские или Фолклендские острова, по-испански Мальвинас, лежат у западных берегов Южной Америки, а англичанам нужно было, чтобы туда добраться, пересекать пол-земного шара. Местное население, скудное числом и примитивное по развитию, состоящее из протестантов английского и шотландского происхождения, стояло, естественно, на стороне метрополии; но оно, так или иначе, не представляло серьезного веса в борьбе.
Война неожиданно выявила отличные боевые свойства аргентинских солдат, преимущественно молоденьких новобранцев, очутившихся внезапно в центре сражений на Фолклендским архипелаге, притом – граждан государства, которое уже много лет как не бывало втянуто в международные конфликты. А испытания перед ними стали как нельзя более тяжелые: высаженный на Мальвины десант оказался отрезан от своей метрополии, – на море и в воздухе. Англия господствовала и располагала гораздо большим, чем Аргентина, могуществом. Страшные бомбардировки, в условиях сурового климата, при враждебности местных жителей, могли бы поколебать моральное состояние даже и закаленных бойцов. Однако аргентинцев они не сломили ничуть.
Прижатые к земле обстрелом, мерзнущие, часто промоченные дождем рекруты обнаруживали в себе запас не только стойкости, но и юмора, поддерживавшего их бодрость. Казанцев, разделявший все их лишения и как любой из них бывший в течение 56 дней непрерывно на волосок от смерти, – передает нам ряд циркулировавших в их среде острот и анекдотов.
Приведем один образец: «Если увидишь сразу англичанина и американца, в кого надо стрелять в первого? – В англичанина; потому что сначала долг, а уже потом удовольствие».
Впрочем, не только на суше, а и на морских волнах, и среди небесных облаков, аргентинские моряки и летчики дрались с отвагою древних римлян и умели причинить врагу ощутимый урон. Их противник, британцы, те воевали главным образом чужой кровью, пустив в дело индийских наемников из племени гурок. Которые дрались как храбрые воины, и с полным пренебрежением к правилам европейской этики: пленных вообще не брали, раненых добивали; только-только, что не отрубали убитым головы. И это в то время как аргентинцы военнопленных в частности сбитых авиаторов, окружали заботой и вниманием, и, если требовалось, – наилучшим медицинским уходом!
Прикомандированные к аргентинской армии священники и медики вели себя под огнем с не меньшим хладнокровием и сознанием долга чем солдаты. Решительно, если Аргентина и потерпела фактическое поражение, она одержала в столкновении с британским Голиафом духовную победу, о каковой всегда вправе будет с гордостью вспоминать!
Николаю Леонидовичу Казанцеву суждено было сохранить для истории память о битвах и воспеть смелость своих живых и павших соратников.
Задача, с которою он с честью справился: книга его, вопреки своему чисто фактическому характеру, увлекательна, как роман. Прибавим, что приложенные к ней чудесные цветные фотографии позволяют читателю как бы своими глазами видеть все то, что он так ярко описывает.
Среди сплава народностей, – итальянцы, сирийцы, немцы, и, конечно, в первую очередь испанцы, – Казанцев занял свое почетное место и, без сомнения, завоевал себе широкую известность у публики. Чему от души порадуемся, ибо она входит в фонд репутации русского имени в Латинской Америке, которая уже утверждена многими эмигрантами из России и их потомками.
Он сам рассказывает о себе, что с детства любил поэзию Гумилева. Нельзя не признать, что и на деле он вел себя как один из любимых персонажей великого стихотворца: конквистадор в панцире железном.
N. Kasanzew, «La pasión según Malvinas» (Buenos Aires, 2008)
В роскошно изданном альбоме большого формата собраны фотографии в цветах, отражающие весь ход войны за Мальвинские острова, сделанные активным участником боевых действий, Н. Казанцевым.
Хотя Аргентина и проиграла войну, она ясно доказала свой вес в качестве военной державы и, в особенности, высокие достоинства человеческого материала, брошенного ею в сражение. Испанцы по природе народ бесстрашный. Это я могу сказать по опыту из первых рук, как солдат когда-то Голубой Дивизии.
Ну, а о конквистадорах, кто не признает, что какие бы у них ни были грехи и недостатки, а в смелости им не откажешь! И хотя население Аргентины представляет собой сплав самых разных национальностей, включая в немалом числе и славянские, традиции отваги и стойкости они все впитали и сохранили сполна.
Фотографии показывают нам тяжелые испытания, через которые аргентинские бойцы прошли и подвиги, которые они совершили.
Комментарии, приложенные Казанцевым, опровергают рассуждения о бесполезности войны, сфабрикованные после ее окончания, подчеркивая единодушие патриотического порыва, объединившее население аргентинской республики при ее начале. Как он резюмирует, бывают полные славы поражения и позорные победы.
Юные новобранцы и закаленные специальным обучением отборные военные проявили необычайную стойкость, порою в крайне тяжелых условиях, и сумели поддерживать неколебимую дисциплину в отношении к часто враждебным местным жителям. Пехота, авиация, артиллерия и флот выполнили свой долг с неизменным героизмом; но не меньшую твердость выказали медики и духовенство, разделявшие с ними опасности и лишения.