Владимир Романов – Мёд мёртвых (страница 3)

Хохот разбудил Ивана: младший брат с его ватагой забрели в лес. Они прошли в десяти шагах от нашего молодца, но даже не заметили. Как и обещал старичок, в лесу Ивану ничего не грозило, и он всю неделю после этой интересной встречи проводил здесь время и чувствовал себя в безопасности. Несколько раз он видел старшего брата, который приходил проверять капкан и каждый раз, обнаруживая его пустым, громко ругался и проклинал кого-то.

Иван посмотрел на солнце – он долго проспал и уже опаздывал. Он вышел из леса и начал спускаться по холму в сторону реки. Здесь, в тени оврага, его ждала Бурёнка:

– Опоздал, – промычала корова.

– Прости, уморился и заснул.

Бурёнка была старой коровой из царского стада, возможно, она была старше Ивана. Иван, по крайне мере, помнил её с самого детства, когда он любил проводить время в поле с пастухами. Затем это занятие ему показалось скучным, и он только иногда приносил пастухам обед. Саму корову спросить о возрасте он стеснялся.

Бурёнка заговорила с ним на второй день после встречи с Хозяином леса. И теперь они общались каждый день. Она рассказывала о разных чудесах: о жар-птицах, что несут свет во тьме, о тридевятом царстве, стране с молочными реками и кисельными берегами, о говорящем коте, который знает сказок больше, чем сам Боян, о славном подводном городе Китеже и многом другом. Но самое главное, Бурёнка на удивление много знала о соседних государствах. Иван в свою очередь рассказывал ей о том, что узнал из книг и, конечно, о своих горестях. Теперь Бурёнка помогала выбрать, куда ему податься.

– Тебе, Иван, обязательно стоит посетить славный город Старая Кузня. Он на северо-востоке, около Кудыкиных гор. В этом городе живут умелые кузнецы, ты сможешь многому у них научиться, – сказала корова, продолжая вчерашний разговор.

– А как же тридевятое царство, где кисельные берега и молочные реки?

– А что тебе там делать, Иван? Это страна благодати и лени, там тебе учиться будет нечему. Помрёшь со скуки. Да и до неё ногами не дойти. Я всё же не пойму, почему ты непременно хочешь идти куда-то, если тебе сначала нужно выбраться отсюда?

– Должна же быть цель?

– Цель не обязательно должна быть местом. Твоя цель – выбраться из этого болота. Ты молодой и крепкий. Просто иди, куда глаза глядят. Зайди в один город, не понравится – пойдёшь в другой. Обойди весь мир, а когда устанешь, осядь там, где больше всего понравилось.

– Что это у нас тут? – раздался голос за спиной Ивана, – Ты что, брат, в корову влюбился? Поцелуя у неё выпрашиваешь?

Гурьба мальчишек сбила Ивана с ног и обступила корову. Младший брат продолжал:

– До меня уже доходили слушки, что мой брат с коровой милуется. Оказывается, это правда. Девки нормальной не мог себе найти? Ты же царский сын – к любой подойди, она подол и задерёт. Нет, братец, с коровой это неправильно, и чтобы отучить тебя от скотоложества, мы тебя сегодня ей накормим. А ну, ребята, тащите её на кухню.

– Иван, когда меня приготовят, ты за стол сядь, но моего мяса не ешь, возьми только две косточки: одну в земле похорони, а другую всегда носи с собой; когда тебе помощь понадобится, ты косточку разломи и прошепчи моё имя. Не грусти, Иван. Ты ни в чём не виноват, – промычала Бурёнка.

Но Иван чувствовал себя виновным. За то, что потерял бдительность, за то, что сидел сейчас в пыли и бессильно взирал, как его друга под хохот уводят на заклание. Иван знал, что ничего не изменит, что он не справится с это неистовой толпой. Но также Иван знал, что стыд будет мучить его до конца жизни, если он даже не попытается ничего сделать. Иван не выдержал, первый раз в жизни он решил дать отпор своему младшему брату, дать волю чувству над разумом.

– Оставь! – закричал он, поднялся и побежал за гоготавшими мальчишками.

Но первым же ударом Ивана снова сшибли на землю.

– Кто это у нас тут осмелел? – младшего брата разозлила эта храбрость. – Ну-ка, ребята, покажем, что за смелость причитается.

Толпа набросилась на Ивана, который пытался подняться на ноги.

– А чтобы в памяти всё хорошо закрепилось, нужно преподать хороший урок, – младший брат выбрасывал слова, словно змеиный яд, – давайте сюда корову.

Иван на мгновение увидел морду Бурёнки, а потом глаза залило кровью. Кровь кипела, кровь пенилась, кровь обжигала. Неужели кровь бывает такой горячей? Неужели она может выжечь всё тело до самой души. Ах, отчего так больно? Кровь выжигала все чувства, кроме ненависти. Иван ненавидел брата, семью, себя, за унизительное бессилие. Иван ненавидел весь мир. Он жалел, что нет у него с собой его булатного кинжала, что нет у него силушки богатырской, что не может он встать и перерезать брату горло, как тот только что перерезал Бурёнке. Иван перетерпел много насилия над собой, но ещё ни разу не думал о том, чтобы причинить насилие в ответ. Вся боль, что копилась столько лет, вырвалась в бесполезные мысли о мести. Всё это время его продолжали бить, но физической боли для него сейчас не существовало.

Когда Иван пришёл в себя, диск солнца, эта неудержимая огненная колесница древнего бога, если верить древним преданиям, уже почти касался вершин деревьев. Он поднялся и увидел кровавый след, который тянулся по дороге в сторону города. У Ивана уже не было мыслей о мести – только решимость. Из-за засохшей крови одежда стала жёсткая, рубаха натирала тело. Иван сбросил её. Он сбросил с себя всю одежду, пропитанную смертью. Он зашёл в реку и начал смывать с себя кровь, смешанную с грязью. Иван хотел заплакать, но слёз больше не было. В чём мать родила, наш молодец подошёл к домику рыбака и попросил одежду. Старуха – мать рыбака, – увидев побои, запричитала, пригласила в избу, чтобы обработать раны. Но юноша отказался. Старушка смущённо протянула такие же ветхие, как и она сама, портки да рубаху. Иван поблагодарил, поклонился в пояс и пообещал отплатить ей золотом за доброту.

Когда наш молодец вернулся в свои палаты, он проверил котомку, которую уже давно собрал. Всё на месте: булатный кинжал, деньги, еда, фляжка с водой и пара самых ценных его книг. Остальные книги он за прошедшую неделю раздал разным людям, к которым он был привязан. Не хотелось, чтобы хоть одна книга осталась на растерзание братьям. Иван лёг на кровать и стал ждать, когда его позовут к ужину. С детских лет всем было плевать, где он ужинает, но сегодня Иван был уверен, что его позовут. Вскоре в дверь постучали и сказали, что батюшка желает видеть его за столом, всенепременно.

Когда Иван заявил, что не будет есть мяса Бурёнки, то получил под адский хохот младшего брата от отца ложкой по лбу. Иван во второй раз отказался. Царь хотел было повторить свой аргумент, но увидел что-то странное в глазах сына, чего никогда раньше не видел, что его очень напугало. Отец так и замер с занесённой ложкой. И тут царю был нанесён второй удар, теперь старшим сыном: он сообщил, что собирается жениться на дочери царя Ярослава. Ложка выпала из отеческой руки. Ох, что тут началось. Таких разборок между отцом и сыном и в «Братьях Карамазовых» не было. Наш молодец под шумок вытащил две косточки и вышел из-за стола.

Этой же ночью Иван сбежал из дома.

Глава вторая. Печали и горести

Как занимательно порой складываются судьбы, как порой удивительно собираются генные конструкторы. Вот перед нами три брата. У них одни и те же родители, вопреки всем слухам смею вас заверить. Они жили в практически одинаковых условиях: в условиях глобальной отеческой нелюбви. Но какими же разными они выросли. Если старший и младший братья ещё схожи в своих повадках, то средний вышел полной противоположностью обоим, а также и родителям.

Разница в возрасте была небольшая: около двух лет. Хотя в отличие от большинства других детей в государстве братья ни в чём не испытывали недостатка, кроме родительской любви, их детские годы нельзя назвать беспечно-счастливыми. За ними следила одна и та же нянька, которая рассказывала одни и те же сказки, кормила одной и той же едой. Она выполняла свою работу усердно, но не то чтобы со знанием дела: своих детей у неё не было. Почему именно она стала нянькой? Может от того, что была сестрой повитухи, а может, из-за близких в то время отношений с царём, или просто потому, что первой попалась новоявленному отцу под руку – он всучил свёрток с запеленатым новорождённым сыном, сказав: «следи как за своим собственным». С тех пор так и повелось. Обучали братьев одни и те же люди, кроме учителя верховой езды: первый был раздавлен конём ещё до рождения младшего; и за исключением людей, что должны были учить ратному делу: они менялись очень часто, так как отчего-то долго на этом свете не задерживались.

Так как же так вышло, что братья оказались такими разными? И если младший и старший много вопросов не вызывают, то как Ивану удалось стать тем, кто он есть? Просто из-за того, что так удачно сложились гены в мозаике его тела? Или, быть может, мать в перинатальный период питалась как-то по-особому и испытывала меньше стресса? Или вовремя кем-то сказанное доброе слово позволило ему воспринимать этот мир иначе? А может это происки чужой воли, вмешательство извне?

Простите мне это маленькое лирическое отступление, но меня всегда поражало, восхищало, пугало, что в одной семье дети могут вырасти абсолютно противоположными. А теперь скорей вернёмся к нашему герою, к нашему доброму молодцу.