Владимир Посмыгаев – Элирм VIII (страница 16)

— Надеюсь, тебе хватило мозгов прокачать «Поглощение Сущности»? — обратился ко мне генерал.

— Так точно.

— Хорошо. Сколько заклинаний сможешь унести?

— Два.

— Тогда возьми эти.

Сосредоточившись, Гундахар поочередно скастовал две способности, которые в следующее мгновение я «поглотил». Первая — замораживающий все вокруг «Обелиск Холода». Вторая — «Тропа Забвения». Нечто вроде портала для внезапного нападения или скорее атакующего «блинка» с весьма оригинальным описанием: «руки забытых душ уносят рыцаря смерти сквозь тьму и пепел к новой цели».

Интересное заклинание. Да еще и классовое, а значит, недоступное для меня в обычных условиях.

— Поможет отыскать Файра. Или свалить при опасности, — подмигнул генерал, хватаясь за перекладину спущенной лестницы.

— Удачи.

— Себе оставь. Уж я-то всех одолею и без нее, — фыркнул игв, поднимаясь все выше. — Велнарин, прекращай палить во все стороны! Живо вперед!

— Между прочим, я только что сбил два вражеских судна, господин Гундахар!

— Мои гребаные поздравления. А теперь заткнись и делай, что говорят. Иначе разберу на запчасти.

Рев реактивных двигателей, затягиваемое вслед за цеппелином белоснежное облако, и мы с титанидой остаемся вдвоем.

Правда ненадолго — пользуясь случаем, я материализовал перепрограммированных Августом боевых големов: Каридин, Шейла, Бейрус, Нексус, Холигер и Манн. Считай наши помощники и ударная группа, только что усиленная «Кибернетической Эволюцией».

— Ну что, готов? — поинтересовалась Ада.

— Далеко до Германа?

— Около семисот метров. И целая бригада солдат.

— Чудесно. Значит, будем прорываться, — ответил я, ускоряя шаг.

Следующее столкновение не заставило себя долго ждать — спустя сотню метров из тумана показалось несколько десятков врагов.

Превосходя меня в скорости, титанида первая вступила в бой. Без толики страха вклинилась в золотисто-фиолетовые ряды, где и закрутилась среди них убийственным вихрем.

Я же тем временем продолжал калибровать новый билд.

«Цепная Молния». Выстрел бомбарды. Масштабная иллюзия раскола твердой поверхности и затопления, частично нивелированная Кристаллом Прозрения. Затем короткий бой на мечах. Разрывающий грудную клетку рыцаря «Стихиалиевый Шип». Усиленный «Обелиском Холода» «Направленный Поток», превращающий каждого второго противника в глыбу льда, и аккомпанирующий ему «Телекинетический Удар» — атака с дистанции, чья волна не только разбила всех замороженных, но и приоткрыла завесу на сокрытую в тумане огневую точку.

Навскидку, еще несколько ударов сердца, и оттуда хлынет шквал стали и заклинаний — враги нас заметили, — но я не дал им этого сделать. Активировав «Ступени Ветра», я, словно взбираясь на холм, пробежался по воздуху и, достигнув высшей отметки, бросил «Шаровую Молнию» сверху вниз. Уничтожил отряд, да и в целом остался доволен, но немного пожалел, что способность сапог нельзя было улучшить руной Сбережения — каждый шаг стоил мне порядка сотни единиц маны. Для подобных акробатических пируэтов, разумеется, ничего, но для длительных прогулок уже не годится.

Впрочем, грех жаловаться. Тем более сейчас, когда уцелевший воин Доминиона, совсем еще юный новобранец с весьма неплохими показателями скрытности — видимо, класс ассасина — напал на меня со спины. Полоснул клинком, легко отброшенным «Искровым Доспехом» — сработала руна Автоматизации, — получил парализующий разряд тока в ответ и «Призрачную Гильотину», разрубившую дурачка пополам.

Мне даже делать ничего не пришлось. Разве что сам слегка вздрогнул от неожиданности, заодно почувствовав, как «Щит» самостоятельно выкачал из меня необходимое количество маны.

— Ух-х, а вот это мощные у меня лапищи, однако… — подивился я, параллельно определяя для себя новую цель — бронированную тушу «Шагохода», преградившую путь.

Формирующиеся в глубине стволов плазменные завихрения, разбитая в его ногах башня с лебедками и валяющаяся неподалеку монструозная цепь. Не целая — лишь небольшой огрызок в пару сотен метров длиной и весом до двенадцати тонн, но для родившейся в моей голове задумки — более чем.

Увы, я не горел желанием вступать в прямое столкновение с этим «колоссом. А потому поступил в привычной манере: орудуя 'Телекинезом» вонзил лезвие гарпуна «Шагоходу» в конечность, тогда как другой конец цепи сбросил в прорубь. Считай, вновь положился на гравитацию — старую знакомую времен «России-17», чья непреклонная сила выручала меня не одну сотню раз.

Утягиваемый в бездну, механизм резко дернулся. Со стоном накренился, завалился на бок и начал медленно скользить по льду, набирая скорость.

К чести солдат Доминиона, они отреагировали быстро — не желая умирать, враги выбросили наружу длинные крюки-зацепы, но все они были срезаны в полете «Ветряными Лезвиями».

— Класс, — вновь улыбнулся я, наконец-таки услышав в глубине громкий «плюх».

Поставил себе галочку за сообразительность и заодно отметил, что после применения ряда способностей мои многострадальные ладони даже не обгорели.

Судя по всему, Ада не соврала — я действительно стал одним из сильнейших магов своего уровня. Но и выдумывать о себе лишнего явно не стоит, ибо, как говорится, все познается в сравнении.

Помнится, еще в «яслях» Август упоминал, что двадцать единиц ловкости — эквивалент самого быстрого человека на Земле со скоростью реакции в районе сотни миллисекунд. Мои триста сорок единиц улучшили этот показатель в семнадцать раз. Казалось бы, круче некуда. Но самое смешное, что даже этого не хватит, чтобы гарантированно поймать пулю. Причем обычную, а не ускоренную зачарованием в десятки раз.

То же касается и всего остального.

К примеру, мои двести семьдесят пять единиц силы позволяют поднимать и удерживать две тысячи семьсот пятьдесят килограмм без вреда для костей, суставов и сухожилий. Спрашивается: что можно сделать? Как вариант — сдвигать и частично переворачивать легкие танки. Еще поймать брошенный автомобиль, если его скорость не превышает физические возможности по гашению импульса. Или на худой конец вырвать крупную сосну при условии, что почва не слишком каменистая, а корни дерева не уходят глубоко. Более того, при тяге по земле с коэффициентом трения в пять десятых можно сдвинуть груз массой до пяти с половиной тонн. Но вот прикол: обычный африканский слон своим телом может перетащить шесть.

Следовательно, пусть я и стал героем комиксов, но до по-настоящему крутых парней еще далеко. Причем как в краткосрочной, так и долгосрочной перспективе. Ведь именно сейчас я начал понимать, насколько на самом деле щедрым был Диедарнис.

Незадолго до похода в «подземелье» генерал пояснил, что после пятисотого уровня скорость набора опыта резко падает. Завершив испытание, особой разницы я не заметил — уровней отсыпало много. Больше, чем у Аргентависа. Однако теперь — около сорока побежденных врагов и примерно на столько же процентов заполненная шкала опыта.

Медленно? Не то слово. И тем обиднее подыхать просто так.

— Хорошие новости, — отозвалась впереди Ада. — Гномы Аполло вступили в бой. Выслали несколько цеппелинов с десантом и продвигаются основными силами на восток. Плюс Гундахар вот-вот отыщет Эстира.

— Славно. Стало быть, наши шансы значительно возросли. Но надо ускориться. Ситуация с Германом меня беспокоит.

— Знаю. За мной.

Удивительно, но всего пару минут назад шаману мистическим образом повезло: когда Глас материализовался у точки возрождения, его появление поразительно точно совпало с опустившейся на орочий лагерь ледяной завесой — густым белоснежным облаком, благодаря которому он и смог уйти незамеченным.

Хотя, справедливости ради, Эстир и не пытался скрываться — он вообще не понимал, где находится. Спокойно прошагал мимо закутанных в меха вражеских спин. Похлопал по плечу одного, затем другого. Не дождавшись ответной реакции, попытался задать пару вопросов, старательно перекрикивая грохот падающих обломков, пока наконец не понял, кто именно возвышается перед ним.

— Матерь божья…

Вздрогнув от ужаса, шаман пулей сиганул в первую попавшуюся пустую палатку.

И если внутрь забегал трусливый актер, то спустя полминуты обратно вышел Джеймс Бонд.

Человек, который только что принял боевую трансформу, однако менять физиономию на костяную маску «Эстиргрин» почему-то не стал. Вместо этого Глас дополнительно закинулся ампулами с перламутром, пихнул за щеку корень Йора и едва ли на залпом осушил бутыль «Мозгобойни». Добился эффекта, благодаря которому мог снова прогуливаться с той детской беззаботностью, убереженный невидимыми крыльями госпожи удачи.

Честно — любо-дорого смотреть. Не на пьянство, конечно — на то, как нелепые движения и странная придурковатость становятся синонимом божественной импровизации.

Вот он беспрепятственно преодолел четверть лагеря, резко остановился. Испуганно отшатнулся от «летающей задницы» — мимо головы просвистел осколок брони, а на шатер позади него рухнул искореженный аналог «Пыхтящего Адмирала». Затем постоял, подумал. Поддавшись непреодолимому желанию себя развлечь, разбежался и ловко запрыгнул на щит, намереваясь прокатиться на нем как на скейте. По сути, совершил максимально безобидное действие, которое для бросившегося за ним отряда Плетей оказалось фатальным — сорвавшись в погоню, орки не сразу заметили, как лед под их ногами треснул и огромный участок «земли» рухнул в пропасть.