Владимир Поселягин – Путь истребителя (страница 9)

— Хорошая идея, только ты не учел один момент. Маму.

— Да, действительно, нужно сократить время на сутки. Главное, чтобы в этот раз «окно» сработало.

— Ладно, двигаем дальше, надоело уже в этой грязи купаться. Жрать охота, ели-то мы утром, семь часов прошло. Скоро стемнеет, видишь, солнце заходит?

На берег мы выбрались через час. Тяжело дыша, я вылез на твердую землю и простонал:

— Как мы будем обратно к «окну» добираться? Сил никаких не хватит.

— А как ты прошлый раз добирался? — прохрипел рядом Степка, у него еще хватило сил стянуть «рюкзак».

— Ну здрасьте, у меня немцы на хвосте висели. Я туда чуть ли не на крыльях долетел.

— Мы там две протоки переплыли, помнишь? — перевернувшись на спину и выравнивая дыхание, спросил Степка.

— Ну? — подтолкнул его, вспомнив, как мы преодолевали камыши, растущие по берегам этих проток.

— Думаю, туда на лодке добраться можно.

— Хорошая идея, нужно поискать лодку, — согласился я. — Дыхание не сбивай. Ща отдохнем минут двадцать, простирнем одежду, почистим оружие и двинем к обжитым местам. Нужно харчей добыть и нормальное оружие.

— А это тебе чем не угодило?

— В воде было, значит, ненадежное.

— Угу.

— Короче, задача на ближайшее время — это добыть оружие, еду и лодку.

— Угу.

Отдохнув и надев мокрую, только что постиранную одежду, держа почищенные высохшим платком пистолеты в руках, мы направились в глубь леса.

— Вот тут я прошлый раз вылез из болота, — рассказывал я.

Степка слушал с интересом: одно дело на словах, другое — подкрепленное доказательствами.

— А хутор где?

— Там, — махнул я рукой, добавив: — Часа два топать.

— Заглянем?

— Можно. Только осторожно, сам знаешь, как к нам местное население относится.

— Помню, рассказывал.

В принципе, было все равно, куда идти, в той стороне тоже встречались отдельные хутора и деревни.

— Пошли.

Шли мы осторожно, замирая от каждого шума или подозрительного шевеления. Наконец, обойдя малинник, мы вышли на наезженную лесную дорогу.

— Ты про нее ничего не говорил, — удивился Степка, оглядываясь.

— Когда я тут был в прошлый раз, ее не было, да и сам посмотри, недавно накатали.

— Зачем, как думаешь?

— Может, склады какие тут понастроили? Откуда я знаю?

Тут наше внимание привлек гул авиационных моторов. Подняв головы, мы стали искать источник звука.

— Вон инверсионные следы, — показал Степка в сторону большого облака, рядом с которым было несколько длинных белых стрел.

— «Тройки». Далеко идут.

— Почему ты так решил?

— Вылетели затемно, смысл сейчас? Значит, над целью будут ночью. Стемнеет через час, получается, куда-то в Германию, ну накрайняк в Польшу.

— Понятно.

— Раз… два… семь… одиннадцать… Пять звеньев.

— Почти две эскадрильи, — пробормотал Степка. — Почему не полк отправили?

— А это и есть полк. Не забывай, поставки новой техники для замены выбывшей в боях, да и летного состава тоже, идут не так быстро, как тебе кажется. Бывает в полку и десять машин. Это еще достаточно боеспособный полк.

— Тебе виднее.

— Почему виднее, я просто знаю. Пошли, надо затемно уйти подальше.

Еще метров через двести мы обнаружили обломки самолета.

— Чей? — жадно спросил Степка.

Судя по тому, как он быстро стал протискиваться в салон, пока все не осмотрит, не успокоится. Турист.

— Да наш. Тэбэ-три. Давно лежит, с сорок первого, не меньше. Вон уже зарос весь.

Я обошел и осмотрел смятую кабину. Судя по зарастающей просеке, его сажали.

— Кабина всмятку, тел нет, — слышался изнутри голос Степана.

— Один снаружи, вернее, костяк. Кобура пустая, документов нет. Кто-то тут до нас побывал, — ответил я, вставая, у моих ног лежал скелет в летной форме.

Подошедший сзади Степка наклонился и отодвинул ворот комбинезона. На истлевшей гимнастерке сверкали рубинами лейтенантские кубари.

— Младший лейтенант… Кто это его так?

— Звери, насекомые… — ответил я рассеянно. — Пошли, у нас не осталось времени. Смотри, как быстро темнеет. Нужно к реке идти, там и еды добудем, а если повезет, то и лодку.

— Идем… Ха, все-таки не зря мы сюда провалились.

— Почему?

— А ты представь, как мы тут появляемся со всеми вещами?

— Там две лодки, дернешь за веревочку — в секунду надуются. Но ты прав, нужно лодку найти, с нее удобно груз поднимать, только хорошую, плоскодонку, чтобы по болотам на ней можно ходить было.

Мы повернули и направились параллельно краю болота. Я знал, что дальше в него вливается река и есть несколько прибрежных деревень.

До темноты мы, понятное дело, не успели — стремительно стемнело, и нам пришлось искать место для ночлега. Идти ночью в лесу опасно, можно свалиться в овраг или наткнуться на ветку.

Разбудили меня близкие голоса, почти сразу почувствовал прикосновение к плечу. Осторожно открыв глаз, увидел сонного Степана, который, приложив палец к губам, глазами показал куда-то мне за спину.

— Кто? — одними губами спросил я, приготавливая оружие к бою.

— Не знаю, сам только проснулся, — так же тихо ответил он мне. «Беретта» уже была у него в руке.

Место для ночевки мы выбрали в ельнике, с трудом наломав лапника и сделав подстилку. Сил хватило только чтобы пожелать друг другу спокойной ночи. О часовом даже речи не шло. Во-первых, устали. Во-вторых, лежанка была под большой елкой. Ее лапы-ветви в виде шатра скрывали нас от чужих глаз. В-третьих, да кто тут ходит? Оказалось, ходили.

— Тихо, не шуми, ждем, когда они уйдут. Мы не знаем, кто это и сколько их, — велел я.

Степан молча кивнул, нервно поглаживая затворную раму пистолета. Положив свою руку поверх его, молча отрицательно покачал головой.

Мы были хоть и близко от беседовавших, но разобраться, на каком языке идет разговор, не могли, различимы были только интонации. Судя по ним, кто-то перекидывался ленивыми фразами, второго было плохо слышно, он просто поддакивал, больше говорил первый.