Владимир Поселягин – Наемник - Наемник. Патрульный. Мусорщик (страница 163)

Когда я после процедуры очистки попал в бокс, сержант уже выбрался из капсулы и терпеливо меня ожидал.

— Как рана, на месте?

— Уже нет, даже шрама не осталось, — улыбнулся Айронс, похлопав себя по обнаженному бедру. Своей наготы он совершено не стеснялся.

— Вот и хорошо.

Перекинув параметры Клима с реаниматора на ближайшую лечебную капсулу, куда я заранее вставил картриджи, ту, что находилась слева, велел ему ложиться.

— Сколько будет продолжатся процедура? — поинтересовался он, укладываясь на мягкие валики ложа капсулы.

— Примерно полтора часа, но зато всё будет сделано качественно.

— Доусон на связь не выходил?

— Выходил. Песто доложил мне, что когда тот достиг границы пустыни, то вышел на связь. Потом она оборвалась, видимо, вышел за радиус действия передатчиков.

— Да, похоже, так.

— Ну всё, лечись, — велел я и активировал закрытие крышки капсулы.

Проследив, как сержант отрубился, я покинул бокс — больше мне тут быть не требовалось, потом только дистанционно открою её, чтобы сержант смог выбраться и покинуть медмашину.

Когда я вышел наружу, то заметил шлейф тонкой пыли, сразу же определив, что это летит байк, броневик так не пылил. Стоявший на часах Песто подтвердил, что это наши. Они уже выходили на связь, предупреждая о своём прибытии. Подумав, я решил подождать парней, вдруг что интересное доложат. Обычно мы общались через сержанта, командную единицу, так что пока он временно выбыл, я возьму на себя его обязанности.

Привалившись плечом к прицепу-бочке, я наблюдал, как байк, пыля, перевалился через охранный периметр и бойцы стали шумно покидать нагревшуюся технику. И хотя солнце почти скрылось, было достаточно светло, чтобы всё видеть.

Парни откидывали шлемы скафов и весело переговаривались, а старший группы, капрал Линч, командир второго отделения разведвзвода, поправив амуницию, направился ко мне. Что сержант пока не дееспособен, он уже был в курсе, я слушал переговоры десантников на открытой волне. Песто сообщил. Также он не упустил момента рассказать, как за пару часов был собран самолёт, который уже улетел с Доусоном на борту. Правда, последнее особой новостью для десантников не стало, оказалось, они засекли самолёт радаром на броневике и успели поболтать с Доусоном. Дальности хватило.

— Нур, разрешите доложить? — козырнул капрал.

— Докладывай, — кивнул я.

В это время дроид сообщил, что закончил с рамой для грузовика, и я, на миг отвлёкшись, отдал ему приказ собирать укороченную ходовую.

— За время патрулирования дальних территорий с западной стороны была обнаружена брошенная антарская спасательная капсула. Очевидно, кто-то благополучно покинул корабль и смог приземлиться.

— Что показал анализатор?

— Судя по коррозии и песку, анализатор выдал время посадки предположительно в шестьдесят три года. К тому же её частично засыпало песком. Мы её только по хвостовому оперению и заметили.

— Вычищена?

— Нет, всё оборудование на месте. Я пытался его проверить тестером, но не получилось, видимо, горелое. А так капсула явно покинута пассажирами, спассредств для выживания на планете на борту не осталось.

— Да это понятно, к тому же спаскапсула нам особо и не нужна… Ладно, отдыхайте. Потом доложитесь сержанту Климу, через час у него заканчиваются процедуры.

— Есть, разрешите идти?

— Да, свободны, — кивнул я и, оторвавшись от борта прицепа, направился в трюм.

Линч же стал сразу же отдавать приказы по организации отдыха. Двое бойцов, выбравшись из скафов, направились к бочке, явно собираясь помыться, правда, один из них повернул на полдороге к медмашине готовить ужины на всех, а третий побежал к «скворечнику». Кстати, с ним была забавная история. Чтобы парни не замусоривали территорию, я решил построить обычный земной туалет типа «скворечник». Тем более ни один из санблоков корабля я восстановить не смог, вернее, не пытался — всё равно зальет дерьмом, у меня просто не было времени восстанавливать магистрали канализации. Поэтому «скворечник» был единственным выходом. Дроид вырыл яму, а я подобрал уцелевшие декоративные настенные панели. Выбрал красные из каюты одного из техников, так как они единственные уцелели в том количестве, что мне было надо.

Вроде всё сделал, парни остались довольны, да и я успел воспользоваться, действительно гораздо удобнее, чем копать ямку и зависать над ней у всех на виду, после чего закапывать, утилизируя. Вроде как ничего в этом не было, но туалет я поставил после заката, и за ночь им успели воспользоваться все, опробовали, так сказать. Неожиданность случилась утром, когда встало солнце и я заканчивал работы, готовясь уйти к себе и поспать. В эфире раздался смех Линча и просьба ко всем выйти наружу.

Когда я вышел, то тоже не смог сдержать улыбки. Лучи поднимавшегося солнца насквозь просветили красные панели, но беда была в том, что в это время в «скворечнике» в позе атакующего орла находился один из бойцов, шкафоподобный рядовой Айра. Он слышал наши переговоры и недоуменно крутил головой, не понимая сложившуюся ситуацию, чем вызывал новые приступы хохота.

Потом подошёл сонный Клим и разогнал всех, попросив меня убрать это безобразие. Потом я дополнительно обшил туалет зелёным пластиком и того эффекта уже не было, но всех, кто направлялся к туалету, другие парни провожали насмешливыми взглядами. Такие случаи впоследствии перерастали в легенды, особенно когда интересных моментов мало.

Когда я зашёл в трюм, то обнаружил, что рама уже стоит на ходовой. То есть на колесах. Фактически осталось установить двигатель, кабину с системами управления и кузов, и грузовик будет готов. Кузов поставить нетрудно, тент под новые размеры дроид сошьет из обрывков, вернее, склеит, шить он не умел, поэтому я решил заняться именно им.

Когда дежурный боец сообщил, что на связь вышел Доусон, я уже установил кузов. Правда, после недолгого размышления не стал делать его тентованным, а решил обшить железом, взяв для этого тонкие межкомнатные переборки в каютах. Самое то. Причина корректировки планов была проста. Мне нечем было транспортировать самолёт, вот я и решил сделать посадочное место прямо на крыше кузова, укрепив его, чтобы держал полуторатонную крылатую машину. Даже вырезал люк и сделал лестницу, чтобы пилот мог из кузова попасть на крышу и забраться в самолёт. Кроме этого я решил совместить кабину и кузов, чтобы климатическая установка работала на оба отсека. Правда, та, что была в наличии, мало для этого подходила, будучи маломощной, но можно было совместить несколько. У меня их нашлось три, требовалось только заменить горелые платы, ну или перепаять, если нет запасных частей, а их не было почти всегда. Тут я в который раз похвалил себя за то, что машинально пристегнул к поясу блок синтезатора Древних. Без него мне бы тут не выжить.

В общем, с кузовом я закончил, дроид как раз заканчивал обшивать укреплённые дуги бывшими переборками, сваривая листы, а я к этому времени начал реанимировать горелые блоки системы управления. Для дроида было уже другое задание — закончит с кузовом, примется за мятую бронированную кабину, выправляя ту, что я выбрал для установки на грузовик. Дроид её должен разрезать пополам, а потом сварить, уменьшив объём наполовину согласно моему проекту. Ничего, пока Доусон летит, я успею установить новую кабину, правда, без стекол, и систему управления. Остальное потом доделаю. Да и что там осталось? Нарезать бронестекло по размеру, установить с уплотнителями и реанимировать кондиционер, за который я ещё не брался.

Через полчаса я вышел из трюма и направился к выходу, где меня уже ожидали Клим и капрал Линч. Так сказать, комитет по встрече.

— Как ты? — поинтересовался я у сержанта.

— Знаешь, после капсул как новенький. Ничего не болит и не тянет. Хорошо себя чувствую. Спасибо.

— Да ладно, свои же люди… Вон, кстати, слышите свист моторов?

Сержант дистанционно присоединился к комплексу связи, в который был встроен маломощный радар, я же пользовался своим разведчиком, так как пока продолжал держать ситуацию под контролем. Особо я не опасался прибывающих, на мне был только комбез, в отличие от сержанта и Линча, которые одеты в скафы. Причина такого поведения была проста: как я уже говорил, их комбинезоны, в отличие от моего, не работали, вот они и охлаждались в скафах. У меня же такой нужды не было.

«Призрак» находился в каюте капитана, где было моё логово. За последние четыре дня я его так ни разу и не использовал.

Так вот, разведчик указал в темноте приближающийся небольшой самолётик, который уже стал притормаживать двигателями. Да и без средств поддержки, визуально мы видели появившуюся темную тень над нами и неяркие всполохи в дюзах моторов, когда самолёт завис и стал садиться.

Рядовой Айра, стоявший на часах, включил прожектор, осветив посадочную площадку, точнее, место рядом с «Бебутом», так что Доусон спокойно посадил аппарат, хотя подсветка ему и не требовалась с тем оборудованием, что я оснастил самолёт. Как только свист мотора стал стихать, дверцы самолётика разом распахнулись и на песок спрыгнули двое. Оба были в комбезах. Неизвестный боец с нашивками рядового явно выполнял роль охраны, а вот другого я сразу узнал — это был взводный. Клим, когда мы беседовали, переслал мне на нейросеть сохранённую запись под протокол разговора с лейтенантом, так что как он выглядит, я знал отлично. Думаю, и Доусон отвез лейтенанту запись наших разговоров с Климом, более чем уверен, что Айронс сделал запись специально для взводного. По-другому и быть не могло.