Владимир Поляков – Реликт Межклановых войн (страница 50)

— С самими портальными артефактами сложнее всего, — посетовал Седрик. — Тут были резервные, их мы взяли, но… Кое-какие придётся восстанавливать — это если вообще получится подобное сделать.

— Документы должны помочь, когда мы их переведём.

— Когда она нам переведёт, — уточнила Мануэлла глада на совершенно потерянный от суеты вокруг и вертящий головой наш живой трофей. — И если что-то вспомнит.

— Заполнение накопителей для портала?

— Идет полным ходом, — ответил Ханна главе Рэдин. — Можно выставлять на дисках координаты. Хорошо хоть здесь сложностей не возникло.

Не возникло, как же! Сперва возникли, да ещё какие. Пока общими усилиями не сообразили, что древняя вампиресса вполне может сопоставить непонятные числа с египетскими. Вот таким вот образом спустя немалое время и ещё большее количества ругани сразу на нескольких языках, сумели всё ж разобраться.

Сумели и опять поразились тому, куда мы могли перейти порталом, если накопится достаточное количество энергии. Сотня километров? Мелко плаваете, господа и дамы, совсем мелко! Можно было оказаться даже за пределами Мексики, в тех же США. Это, к слову сказать, было как раз наилучшим вариантом. В один из тамошних доменов, где имелись приемлемые по силе представительства кланов Красного Рода. Оставалось выбрать такой, который в равной мере устраивал как нас, так и Рэдин.

Слушая эту своеобразную перебранку, я всё ж склонялся к тому, чтобы не упираться ногами и рогами, согласившись на Новый Орлеан. Портовый город, серьёзное представительство почти всех кланов Красного Рода, включая и Рэдин. Последние, ясно дело, присутствовали в числе малом, но вот в Новом Свете это был их самый серьёзный форпост. Их и одновременно входящих в Ордо Деус Хэлькригер. Отсюда и прочно вошедшие в тамошний фольклор истории про зомби самых разных видов. Что классические некроманты, что повелители Гнили — оба этих клана устроили в Новом Орлеане и окрестностях своего рода огромный испытательный полигон. Почему именно этот город-порт? Так уж исторически сложилось по целому ряду причин.

Как бы то ни было, а…

— Хорошо, — предварительно переглянувшись с Седриком и уловив его готовность согласиться на компромисс. — Пусть будет Новый Орлеан. Выставляйте координаты.

— Выставляю, — бывший Танцующий, не тратя время зря, крутил наборные диски, задавая нужное место как пункт назначения. — А вы пока тоже времени зря не теряйте. Запускать воющих на луну надо? — и сам себе ответил. — Обязателньо, сами они ещё не пойми когда разберутся, даже ворвавшись в первое помещение. А чтобы не оказаться в дураках, когда их сюда заманим, придётся преграду на подступах к этому залу выставить. Хорошую, чтоб немного продержалась, даже если какой Старейшина в гости пожалует.

— Ну это уж чересчур! — поёжился не кто-то, а сам Тавостаро, лучше многих представляющий мощь подобного противника. — Они от кеарнов далеко отходить не любят.

— Не любят, но могут, если сочтут происходящее серьёзной угрозой. Или очень большим оскорблением, — парировал Седрик. — А тут не город, тут их территория.

Ответное ворчание, смысл которого заключался в том, что противостоять такому противнику может оказаться не то что сложным, а почти невозможным нынешними то силами, даже объединёнными.

— Нам нужно будет лишь задержать противника, Гонсало, — мягко, чисто по-женски произнесла Мануэлла, поневоле заставляя главного среди Рэдин немного, но смягчиться. — И уважаемый Седрик вспомнил про Старейшин лишь как об очень плохом, но столь же маловероятном противнике. Просто из желания предусмотреть любой исход. Верно ведь?

И глазками в сторону гаар-гула хлоп-хлоп. Прямо как кокотка в парижском кабаре или ином, схожем заведении. Притворяется, конечно, но как выразительно. Седрик тоже подыграть не прочь, по нему видно. Дескать, если даже и из другого клана вампиресса, но так смотрит, это нельзя игнорировать.

— Почти невероятно, да. Преграду и вовсе лучше основать на артефактах, уже потом частью запитав от накопителей и добавив обычных заклятий. Совместных, на Хаосе и Гнили. Эта связка недавно показала себя крайне действенной.

— В атаке.

— Тогда в атаке, сейчас в защите, — тут и я счёл необходимым вмешаться. — И раз уж у единственной тут дамы так хорошо получилось стать «мостиком» между нашими заклятьями, то я прошу вас, как её командира, позволить ей принять самое деятельное участие.

В вежливой просьбе сложно отказать, особенно если она вполне аргументированная и ты не хочешь разжечь конфликт. Сейчас обстоятельства как раз не способствовали разжиганию оного, а потому Гонсало Тавостаро хоть и без энтузиазма, но согласился. Я с Мануэллой, Седрик и сопровождающая его хвостиком безымянная вампиресса. Плюс целая связка артефактов из числа наиболее подходящих именно для постановки барьеров и активной обороны. Остальные же продолжали возиться с накачкой накопителей и предельно удобной упаковкой и рассортировкой уже не самых ценных трофеев. Понимание, что всё взять всё равно не получится, вызывало довольно острые приступы жадности что у нас, что у Рэдин. Но ничего не поделаешь, тут и как хватало уникальнейших и непредставимой цены трофеев. По идее должно было хватить всем, однако…

Вот не было у меня никакой уверенности, что повелители Гнили не ударят в спину аккурат после того, как мы окажемся близ Нового Орлеана. Или самую малость позже. Расчёт несомненно будет на то, что все мы, помимо Седрика и в меньшей степени Карла фон Майтенфеля, по меркам Красного Рода и особенно Рэдин едва-едва из младенчества вышли. Ладно, у них есть козыри, у нас тоже не пустая рука. Справимся! Хотя и не хочется доводить до подобного.

Не хочется, а вероятность конфликта чересчур велика. Слишком велико может оказаться искушение у Тавостаро получить в единоличное пользование как безымянную вампирессу, так и ключик к воссозданию магии порталов. Ради подобного могут и настоящие войны разразиться, не то что устранение малой группы из ни разу не дружественного клана. Вдобавок же это Рэдин, а у них та ещё история относительно желания то чужие секреты под себя подгрести, то получить полную монополию на определённого рода магические услуги.

Ведь что мы им можем предложить как разумный, справедливый раздел трофеев? Как вариант — полный раздел того, что поделить реально. Отдать на условное хранение резервный комплект — хоть и с зияющими пробелами — артефактов для портальной системы, дабы потом вести совместное изучение в затем выбранном месте. На собственном же попечении оставить вампирессу, поскольку контакт то у Седрика с ней начал налаживаться. Разумеется, тоже с «совместным использованием» как насчёт бесед, так и возрождения новой-старой ветви Красного Рода. Обращение то можно провести и для сразу двух кланов, нашего и Рэдин. Как компенсацию — выдача тела цверга для полного и серьёзного изучения, поскольку мы с него мало что получить можем, а вот создание кадавра мастерами своего дела способно дать немалые дивиденты. Консервирующий сосуд, в котором находилось тело, он вполне мог оставить мозг мистического создания в состоянии, пригодном для получения оттуда ценных сведений.

В общем, почва для переговоров имелась, к тому же мы готовы были пойти на разумные уступки. Вопрос заключался лишь в том, готовы ли эти уступки воспринять правильно, а не как показатель слабости. И ведь ничего уже не поделать, оставалось только ждать и быть готовыми к любому, самому неприятному развитию событий.

— Всё, — Мануэлла. будучи действительно уставшей при состыковке заклятий Хаоса и Гнили, пусть и опирающихся на артефактную основу. Чуть было не потянулась вытереть пот со лба. Тут же остановилась, невесело улыбнувшись. — Сколько лет прошло, а некоторые ещё человеческие привычки так со мной и остались. У нас говорят, что это недостойная слабость.

— Или болваны или напыщенные снобы, — лениво отмахнулся Седрик. — Нет, второе. Дураков среди твоих очень мало. Зато с излишним самомнением в избытке.

— Почему?

— Рэдин… Не обращай внимания, сеньорита, я не со зла. Своё прошлое надо ценить, оно есть часть тебя. И чем дольше с тобой остаются его частицы, тем лучше, тем легче жить. Самое сложное — это если приходится прошлое скрывать. Тогда оно быстрее забывается. Проходят года. десятилетия, даже века. И постепенно замечаешь, что уже не можешь вспомнить вроде бы и мельчайшие, не особо нужные фрагменты. От этого становится сперва печально, потом жутко. Поверь, мне это не понаслышке знакомо. Единственное спасение — не просто стараться не забывать, но ещё и говорить о том, давнем прошлом, с теми, с кем говорить можно, кто готов тебя слушать.

Мануэлла слушала, кивала, на лице появилась робкая такая, но настоящая улыбка. Видимо и впрямь вспоминала нечто такое, что должно было быть дорогим, близким душе и разуму одновременно. Только всю суть сказанного бывшим Танцующим под Чёрной Луной она понять в принципе не могла. Просто не владела нужными частями мозаики. Пока не владела, поскольку в относительно скором будущем всё могло измениться. Клану Вер-Заррен не впервой идти против течения и чем дальше, тем эффективнее это получается.

— Как думаешь, сколько продержится этот барьер со всеми добавочными включениями?