Владимир Поляков – Осколок империи (страница 57)
Что же до ее отъезда, то перед оным чуть было не случился большой скандал по совершенно ничтожному, на мой мужской взгляд, поводу. Елена должна была взять с собой некоторое количество документов и большое число негативов, а их, что логично, следовало хорошенько спрятать. Я слишком хорошо знал чекистскую братию, понимая, что хорошего такого обыска не избежать. Однако знал я и то, как эти самые обыски будут проводиться. Никогда я не видел, чтобы вся эта банда «товарищей» пыталась подергать девушек за волосы на предмет наличия/отсутствия парика, особенно если знали, что волосы натуральные. Следовательно, решение просто напрашивалось. Однако…
Логика одержала вверх над эмоциями, но во время процедуры бритья наголо на меня вываливались десятки обвинений в непонимания важности для девушки красоты и еще больше нелестных эпитетов по адресу «тупого, бесчувственного мужлана». Самым сложным было сдерживать даже малейшую улыбку, не говоря уже о смехе. Право слово, это выглядело действительно забавно! Не внешний вид, а то, что Елена говорила. Запомню я эти моменты очень надолго, тут нет никаких сомнений.
Зато результат налицо! Никаких проблем с досмотром у Елены не возникло при выезде. Легко проскочила вместе с немногими взятыми с собой вещами, украшениями, кошкой Мари, немного к тому времени подросшей, и с теми самыми документами и негативами. Я же остался тут, ожидая вестей. И непосредственно от нее, где могла быть лишь информация о благополучном прибытии и здоровье, и от тех, кому она должна была передать сообщения.
Работа в логове врага, то есть в ОГПУ… Она шла неплохо. Методика «повязывания кровью» агентов была не то чтобы поставлена на поток, но получила применение в некоторых случаях. Теперь, с благословения Артузова Артура Христиановича, через мои руки проходило немалое количество кандидатов на подобную «процедуру». И мнение Фомина Алексея, чью маску я давно носил, было отнюдь не пустым словом. Начальство на результаты работы не жаловалось, но вместе с тем дало тонкий намек на то, что почивать на лаврах не стоит. Иными словами, высказывалось пожелание, чтобы я выдвинул еще какую-то полезную для ОГПУ в целом и особенно для Иностранного отдела в частности идейку. Да такую, чтобы можно было быстро воплотить в жизнь и снять первые, особо жирные и полезные для карьеры результаты.
Ага, результатов требовал Артузов лично, в то время как непосредственное начальство в лице начальника третьего отделения ИНО Молотковского Михаила Григорьевича вело себя довольно пассивно. То есть просто не лезло ко мне с поручениями, позволяя находиться в своего рода «свободном полете», находясь под контролем лично у Артузова. Меня подобное положение полностью устраивало. Ну а новые идеи… Кое-что я действительно прорабатывал, но не хотел раскрывать карты раньше времени. Вот окончательно все оформлю – у себя в голове особенно, – тогда и начнем новый раунд. Тот самый, который внешне пойдет на пользу ОГПУ, а на деле подложит мину замедленного действия под многие планы чекистских физиономий…
К слову об игре. О той самой, которая была прямо связана с отрезанными головами сотрудников ОГПУ и притягиванием к этим делам троцкистов. Убийств больше не происходило… пока. Вот только несколько месяцев для подобного вовсе не срок, в ОГПУ это отлично осознавали. Да и руководители СССР во главе со Сталиным-Джугашвили тоже. Потому и не просто готовились к тому, чтобы снизить оставшееся влияние сторонников Троцкого, но и задумывались уже и о физическом их устранении, вслед за «Блюмкиным и Ко». Из этих самых мыслей последовало и категорическое нежелание предупреждать того самого Троцкого о готовящемся на него силами РОВС покушении. Организацией оного занимался генерал-майор Туркул, командир легендарной Дроздовской дивизии, при одном появлении которой у разного рода «товарищей» начинались острые спазмы и непроизвольное опорожнение кишечника, порой прямо в подарочные революционные штаны. Исполнители… Имена, как водится, оставались неизвестными, но наверняка все те же дроздовцы. Им Туркул верил безоговорочно.
И оно, покушение, состоялось. Хорошо состоялось, громко, качественно. Высланный из СССР Троцкий начиная с двадцать девятого проживал в Турции, на одном из Принцевых островов, что близ города Стамбула. Со всем комфортом проживал, принимая в своем доме сторонников из разных стран, плетя разного рода интриги за-ради возвращения некогда огромной власти.
Вот и допринимался. Боевикам РОВС удалось заранее начинить автомобиль, на котором к Троцкому приехали очередные гости, на сей раз из Германии, огромным количеством взрывчатки. И шофера своего поставить. Вот только узнать точное время для установки часового механизма бомбы было невозможно. Пришлось импровизировать. Решили, как я понимаю, что лучше пусть взорвется позже, когда гости и встречающий их Троцкий скроются в доме, чем впустую, раньше времени.
В итоге шофер активировал механизм подрыва и успел-таки скрыться. Взрыв произошел, но все же немного запоздал. К тому моменту сам Троцкий и его гости уже направлялись к дому, поэтому взрывная волна их догнала, но основная цель шла впереди и оказалась частично прикрыта от поражающих элементов телами других. Результат – оторванная левая рука, многочисленные раны, контузия. И слишком высокий уровень живучести. Теперь Троцкий Лев Давидович валялся в больничке, пытаясь хоть как-то поправить здоровье, причем под усиленной охраной. Зато сам факт покушения и его пусть не полный, но все же впечатляющий результат показали, что РОВС не стоит списывать со счетов, что гибель прежнего лидера, генерала Кутепова, не сломила волю к борьбе и желание вернуть свою Родину. О повышении влияния самого Туркула и говорить не стоило. А он, как ни крути, был наиболее жестким и последовательным после покойного Кутепова сторонником максимально активных действий против большевиков.
Зато здесь, в СССР, ситуация стала резко обостряться. Волнения среди троцкистов, лидера которых чуть было не разорвало бомбой на клочки – вернее, разорвало, но не до конца, – бурлили, но пока еще не вырывались на поверхность. Только вот всем понимающим и осведомленным было очевидно, что это может случиться в любой момент. А если будет повод, то особенно. Все подозревали всех. Троцкистов понятно в чем, а они, в свою очередь, искренне считали, что действиями агентов РОВСа управляли напрямую из Кремля. Великая «любовь» между Сталиным и Троцким лишь добавляла правдоподобности данной версии.
Просто прелестно! Воистину достаточно бросить несколько не столь больших камушков, чтобы вызвать лавину. Разумеется, бросать надобно умеючи, но ведь сам факт!
И еще были весомые поводы для радости. Елена добралась до руководства РОВС, сумела выйти с ними на контакт. Откуда я это узнал? Да из иностранных газет, которые для сотрудников ОГПУ были доступны наравне с советскими. А в них были такие новости, что у меня аж дух захватывало! Самоубийство бывшего командира Корниловской дивизии генерал-майора Скоблина… Причиной, по предсмертной записке, стала случайная гибель под колесами автомобиля его жены, известной в прошлом певицы Надежды Плевицкой. Ну да, конечно, знаем мы, как люди внезапно под колеса падают. Достаточно аккуратного толчка в спину. Про самоубийство совсем просто. Небось, дали револьвер с одним патроном и предложили уйти из жизни героем, а не жалким предателем. Такая смерть не опорочит РОВС, оставив память о храбром военачальнике, а вовсе не об агенте ОГПУ.
Дальше – больше. Спустя пару недель все европейские газеты обсасывали со всех сторон, словно дворняги мозговую кость, известие об убийстве советского посла во Франции, Валериана Сауловича Довгелевского. Его на территории посольства СССР застрелил из карманного браунинга бывший генерал Российской империи Дьяконов Павел Павлович. Застрелил, а следом застрелился и сам. Загадка на загадке для европейской прессы. Каким это образом белоэмигрант, да еще тесно связанный с великим князем Кириллом Владимировичем Романовым, мог оказаться на территории советского посольства, да еще толком не обысканным?
Загадка… Для них, но не для меня и не для посвященных чекистов. Хотя для них была другая тайна. Почему? А все просто. Похоже, на предателя сумели так надавить, что подобный исход показался ему лучшим, чем раскрытие его истинной сути. Убийство же советского полпреда было и громкой акцией, напоминающей «красным», что расслабляться не стоит, и неплохой интригой. Дьяконов ведь не состоял в РОВС. Он был одним из руководителей Корпуса Императорской Армии и Флота, где главенствовал великий князь Кирилл Владимирович. К этой организации и все возможные претензии со стороны французского правительства. А что РОВС? РОВС тихий, белый и непременно пушистый! Нет, кто-то явно провернул очень удачную интригу. И этот «кто-то» явно не Миллер, поскольку он компромиссная фигура. Своего рода почетный глава, хоть и с претензиями на настоящее лидерство. Генерал-майор Туркул? Бывшая правая рука Врангеля генерал Шатилов, склонный к подобного рода хитростям? Пока это и для меня тайна. В будущем же, вполне вероятно, ситуация и прояснится.
В любом случае два наиболее опасных агента ОГПУ в среде белой эмиграции были физически устранены. Это само по себе было большим достижением! Мало того, один из них еще и с неожиданным довеском в лице видного советского функционера, полпреда Довгелевского. А учитывая личность его убийцы, теперь ОГПУ просто не могло не снизить уровень доверия к докладам оставшихся агентов, рангом помельче. Тоже неплохой результат!