Владимир Поляков – Инферно: Осквернитель (страница 18)

Ну а остальные посетители, им просто было забавно наблюдать за потугами бесятины изображать из себя «могучих и великих», которые сочетались с неплохим стриптизом, замаскированным под Архидемон ведает что.

Отпускает. Вот сейчас прямо чётко это чувствую. Организм Скользящего пусть с запозданием, но переборол тяжелые и печальные последствия сразу двух подряд экстремальных тренировок. Ну и относительно высокий достигнутый уровень однозначно сыграл свою роль. Зримый показатель достигнутого могущества, что ни говори.

Могущество, да. Находящийся на связи Флаэртус, за неимением амулетов дальней связи сейчас исполняющий роль личного представителя и моего «голоса» при Бехаридже, командующем экспедиционным корпусом, откровенно радовал достигнутыми войском результатами. Разгром очередной части ханского войска, опрометчиво выдвинутого с явной целью’разбить одни ударом', но сделано это было откровенно тупо, да ещё без прикрытия с воздуха, то есть без участия луу с их погонщиками. Тупость во всей красе! Хотя скорее всего тупость была вызвана переходящим в откровенную панику страхом уже битого Бахмут-аль-Баграма. Ему бы, откровенно говоря, следовало, как вариант, стягивать все имеющиеся войска в единый кулак, усиливаясь ещё и наёмниками, после чего искать счастья в генеральной битве. Либо, если очко ощутимо жамкает, садиться в осаду, опять же стянув туда все имеющиеся силы, параллельно через Гильдию Наёмников стараясь получить побольше новых войск, равно как и призывать союзников, обещая им… Там, понятное дело, специфика Золотого Каганата, но кое-что полезное выжать всё равно было реально. Для умного человека реально, только вот ум и Бахмут-аль-Баграм, как я успел понять, это словно две параллельные прямые — в обычных условиях ну никак не пересекутся.

Советники? Слушать то он их слушает, как я понял из откровений Бадри-аль-Баграма, но выборочно и далеко не всегда. Ведь самый большой его страх — лишиться власти, а следом и жизни. Хоть от руки внешнего завоевателя, хоть от одного из слуг-родственников-советников. Каганат, он такой Каганат, что то смех берёт, то омерзение, но в основном смесь этих чувств.

— Князь Хельги, — довольно неожиданно появившаяся поблизости от нашего столика громоздка фигура Лауруса несколько удивила. Однако не встревожила, поскольку вид у сокрушителя был довольный, почти что сияющий. Это означало одно — новости принёс. Да такие, которые и не особо спешные, и которые лучше передать лично, а не посредством магической связи.

— Присаживайся, — указываю на одно из свободных кресел, коих ещё две штуки имелось. — Чем порадуешь усталого от тренировок и навалившихся хлопот меня?

— Поведением орды у наших стен, князь, — присев с жалобно скрипнувшее кресло, произнёс демон. — Их вожак хочет говорить. Прислал мелкого гоблина-шамана в сопровождении пары волчьих всадников и чёрных орков. Тебе с ними встречаться незачем, они того недостойны.

— Это верно. Слишком большое искушение если не прирезать, ибо положение посланников тварей защищает, так поиздеваться нужными словами. А уж я знаю, как лучше всего взбесить этих каннибалов. Больших и самых мелких. Впрочем… Что конкретно они передали, чего хочет их Бальшой Босс?

Злобно-радостный оскал сокрушителя, любопытство на лице Рамоны, которая была полностью в курсе военных раскладов касаемо осады города и наших планов по её снятию и дальнейших действий.

— Вожак зелёных хочет уйти и чтобы мы его не преследовали. Готов дать выкуп словами и чем-то ещё, об этом парламентёр не сказал. Просто не знает по его словам, и не врёт, Чувством Лжи его проверили.

Оп-па. Нет, тот факт, что осадивший Новый Кадаф, но как следует получивший по своим выдающимся орочьим клыкам Скользящий по имени Грашш-Нак хочет уволочь своё малость побитое, но всё ещё достаточно сильное войско без лишних потерь — это явление естественное и насквозь понятное. А вот тот факт, что готов не просто поговорить, но ещё и дать выкуп ценной информацией плюс чем-то ещё — это гораздо любопытнее. Из естественных оркоподобных на такое мало кто пошёл бы. Однако он Скользящий, то есть в прошлом такой же человек, как и все мы. А это означает…

Действительно, что это означает? За прошедшее время о психопортрете этого конкретного Скользящего узнать удалось довольно много — как самому. так и с помощью моих друзей, особенно Огнёвки с её профильным образованием психолога. Такой как Грашш-Нак, явно выбравший соскальзывание в этом мир в орочьем теле и вольготно себя в нём чувствующий, он вполне может пойти на переговоры, если чувствует в этом выгоду. И откупиться вполне может, но только так, чтобы его войска, особенно обладающие высоким авторитетом нобы, варбоссы и шаманы не посчитали это слабостью.

Устраивает ли это меня? Зависит от ценности тех самых слов и «кое-чего ещё», наверняка также не имеющего материального воплощения. Откровенную туфту мне вряд ли предложат, психотип Грашш-Нака подобной дешёвой разводке категорически не соответствует. Посему надо соглашаться на переговоры, но лишь в том их виде. которые уже моего положения не заденут. И вариант тут по факту единственный, самый напрашивающийся:

— Хорошо, поговорить я согласен. Время хоть сегодня, хоть завтра у меня есть. Назначаем конкретный час, встречаемся между городскими воротами и лагерем орды. В сопровождении что его, что моём не более пяти бойцов или магов. В общем, стандарт как он есть.

— Лучше сегодня вечером или даже ночью. Завтра у тебя приём союзницы, князь. Нужно со всей торжественностью. Не для тебя, для обычных воинов. Пусть видят, пусть понимают, что мы становимся сильнее, а твоей поддержки ищут не отдельные изгнанники или предводители восставших, а и повелевающие целым доменом, вынужденные отступить из-за обстоятельств непреодолимой силы, как леди Огнёвка.

— Разумно. Передавай наши пожелания, после чего будем ждать ответа. тут недалеко, основное время займут шевеления мыслей под толстой лобной костью конкретного Бальшого Босса.

— Уже иду, князь. Леди Рамона…

Приложившись к протянутой кисти руки, сокрушитель, уже поднявшийся, утопал в сторону выхода из таверны.

— Переговорам быть. Это неплохо, — задумчиво процедил я, обращаясь не конкретно к сидящей рядом девушке, а просто так, к миру в целом, но и к ней в частности. — Пусть этот Грашш-Нак катится отсюда. Его время ещё придёт. А высвободившиеся ресурсы пустим не только на более мощную оборону границ домена, но и на иное. Например, на Хозяина Кукол, которого надо если не прямо достать, так посредством цепочки действий, выполненных не только своими руками. И не столько своими, ибо руки покамест коротковаты будут — дотягиваться через несколько доменов. Опять же, Хозяин мразь, его нужно уничтожить и непременно, но ядовитые посеянные им семена уже взошли по всему Единению, будь оно проклято и разорвано на множество хитиновых клочьев.

— Но сначала земли хана, да? И пробитие коридора, соединяющего части твоих владений?

— Добить хана? Бесспорно. Пробивать коридор? Вот эти действия можно будет до поры и отложить, благо слабенькие, специфические, но телепорты есть. И ресурсы для них имеются, благодаря некоторым, хм, особенным действиям, уже начавшим приносить отдачу.

Тут я, понятное дело, имел в виду сидящего на неизвлекаемом крючке Мерсье-старшего, всю правду о котором разве что Стелла с Ламитой знали из местных. Почти всю. Полностью, во всех нюансах, картину представляли только трое моих друзей. И одна из них… Печальная ситуация, но в то же время до чего я рад, что теперь можно будет не просто переписываться и обходиться короткими случайными встречами в Инферно, но реально быть рядом с близким аж по двум мирам человеком.

Совсем было собирался продолжить, но тут… Неожиданный вызов по магсвязи, по «командному заклинанию». И кто там у нас столь настойчиво пообщаться желает? Допуск на такое в постоянном режиме есть у очень узкого круга. Ага, Бастида проявилась, отправленная посланницей к Дому Тайр. Рад, что с ней всё в порядке, что не произошло ничего, за что пришлось бы жёстко и бескомпромиссно мстить, тем самым влезая в совершенно лишние разборки с Домом дроу. Разумеется, разрешаю связь, предварительно предупредив Рамону, что сейчас буду беседовать по важному делу. Дескать, без обид, но разговор временно прерывается, так что «поскучай, красивая, сама себя развлекая». Благо тут не чисто поле, а таверна, вдобавок сама она из числа привилегированных посетителей.

— Рад тебя слышать, Бастида. Надеюсь, что жива, здорова и не находишься в печальном положении, из которого придётся тебя вызволять?

— Вызволять не нужно, мой князь, — голос суккубы был дово-ольный, а одно это многого стоило. — Я только что оказалась на землях Теней Иннсмаута. Не одна, не со своими сопровождающими. Со мной Матрона Хиннэр и её старший сын Уллнир. Они желают говорить с вами, князь!

— Вдвойне рад и даже больше того, — ничуть не скрывал я своих эмоций. — Сюда её, причём не просто так, не привычным подземными путями, а через портал. Пусть видит и знает, что это вовсе не захудалый инфернальный анклав, но анклав, который совсем скоро станет маркграфством. Дроу это воспримут правильно. Как нужно мне… всем нам.