Владимир Петрухин – Мифы о начале времен. От демиурга и хаоса до великана Имира и змеи-прародительницы (страница 3)

Поселив человека в Эдемском саду, чтобы он возделывал этот сад и берег его, ГОСПОДЬ Бог дал человеку такой наказ:

– Ты можешь есть плоды любого дерева в этом саду, кроме дерева познания добра и зла. Не ешь его плодов: если съешь – в тот же день умрешь.

ГОСПОДЬ Бог сказал:

– Плохо человеку быть одному. Я сотворю для него помощника, ему под стать.

ГОСПОДЬ Бог создал из земли всевозможных зверей и птиц и привел к человеку, чтобы посмотреть, как тот назовет их. Так животные получили от человека свои имена.

Адам дает имена животным. Нортумберлендский бестиарий, ок. 1250–1260 гг.

The J. Paul Getty Museum, Los Angeles, Ms. 100 (2007.16), fol. 5v

Всем домашним животным, всем птицам, всем зверям дал человек имена – но не нашел среди них помощника себе под стать. Тогда ГОСПОДЬ Бог погрузил человека в глубокий сон и вынул у него ребро, а место, где оно было, закрыл плотью. Из ребра ГОСПОДЬ Бог создал женщину и привел ее к человеку. Человек сказал:

– Это кость от кости моей,

плоть от плоти моей.

Женщиной названа будет она,

ибо взята из мужчины.

(Вот почему мужчина оставляет отца и мать, и живет с женою, и становится с нею единой плотью. – В. П.)

В целом этот текст Книги Бытия – самый знаменитый миф о творении. Им начинается «Книга книг» – Библия, рукописные тексты которой создавались в I тысячелетии до н. э. Библия почитается цивилизованным человечеством доныне. Записанный по-древнееврейски, этот миф был переведен на все языки. С Шестоднева – перечисления событий первых дней творения – начинались десятки хроник, посвященных всемирной истории; в русской Начальной летописи рассказывается, как князь Владимир в 986 году (накануне Крещения Руси) спросил у миссионера грека Философа о содержании христианской веры, и тот отвечал: «В начале сотворил Бог небо и землю…»

Переводчики и интерпретаторы спорят о смысле едва ли не каждого слова – верно ли оно передает суть рассказа, ведь этот рассказ почитался как богодухновенный и неточность понимания искажала замысел Божий. Задача перевода была не из легких: к примеру, по-древнееврейски слово «дух» – руах – существительное женского рода и может означать также «дуновение», «дыхание», «ветер», поэтому множество комментаторов Библии по-разному интерпретируют начальную фразу первой книги Библии – Книги Бытия.

Господствующим оказалось иное – «естественно-научное» отношение к Библии и ее мифологии. «Материалисту» не нужно было понимать и интерпретировать библейский текст: и так было ясно, что библейский миф, как и всякий миф, рассказ о чудесном, – бессмыслица; мир не мог быть создан за шесть дней, материя вечна, Вселенная бесконечна, эволюция разных видов животных и растений продолжалась миллионы лет, а человек произошел от обезьяны, а не из «праха земного».

Для комментаторов очевидно было, что Шестоднев с седьмым нерабочим днем связан с естественным лунным циклом. Правда, Филон Александрийский указывал на аллегорическое значение числа шесть как идеального числа – произведения чисел 2 и 3[11]: мир был создан в разуме Творца его Словом – Логосом – одномоментно. «Премудрость Божия» (София) предшествовала творению: согласно Книге Премудрости Соломона, мир был создан из вещества, лишенного образа, Духом силы Божьей, расположившей все мерою, числом и весом (Прем. 11:18, 21).

Но сама наука развивается, и то, что было всем ясно сто лет назад, вдруг оказывается «мифом». Антропологи долго выстраивали эволюционную цепочку, которая вела бы от человека к обезьяне, искали «недостающие звенья», но чем подробнее становилась картина развития видов, тем яснее было, что речь должна идти не об эволюции, а о «революциях» – творческих скачках в развитии предков человека. Наконец, данные генетики показали, что тот «очевидный» предок человека, который умел делать довольно сложные орудия и даже подобия жилищ, – неандерталец – не был предком человека современного вида, а жил одновременно с ним и был вытеснен «человеком разумным», Homo sapiens. Генетики полагают, что человек современного вида сформировался около 200 тысяч лет назад в Восточной Африке, которую в те времена можно было считать «Эдемом», райским садом, и что у истоков человечества стоял узкий коллектив родственников, так что можно говорить об условных «праотце» и «праматери» человечества. Как произошло это событие и что позволило человеку современного вида около 40–20 тысяч лет назад заселить почти весь Старый Свет, остается предметом научных поисков.

Сторонники божественного происхождения мира – творения (креационисты), изумленные гармоничным единством Вселенной – от структуры атомного ядра до Солнечной системы, оказываются в сложном положении, пытаясь cопоставить данные естественных наук и религиозного текста. Их изумление перед всемогуществом Творца продолжает собственно библейскую традицию: «От духа Его – великолепие неба; рука Его образовала быстрого скорпиона» (Иов. 16:13). В растиражированном американском издании это изумление касается места Земли в Солнечной системе: Земля по божественному устроению находилась на «правильном расстоянии от Солнца» – если бы расстояние было иным, температура была бы слишком высокой или низкой для возникновения жизни[12]. Получается, однако, что Солнечная система была независима от воли Творца, если он не мог создать жаро– или морозоустойчивые существа. Разнообразные мифы как раз повествовали о таких существах, недаром во многих традициях человека лепили из глины гончары-демиурги, а после грехопадения люди стали нуждаться в одеяниях, созданных для них Творцом. Впрочем, полемика о происхождении разумной жизни продолжается – сам Дарвин не решался прямо выводить человека разумного «из обезьяны». Выдающийся лингвист Вяч. Вс. Иванов замечал в предисловии к одной из последних книг: «Будущий разумный наблюдатель Вселенной как бы имелся в виду с самого начала <…> структурой Вселенной задана возможность того, что ее будущие обитатели и наблюдатели могут задавать вопросы о ее устройстве»[13].

В геологической истории Земли не раз возникали угрозы гибели всего живого. Выживание в экстремальных условиях стало основой теории эволюции. В эпоху антропогенеза неандертальцы с их большой массой тела имели преимущество и расселились в Евразии во время оледенения, но с отступлением ледника уступили место человеку современного вида[14].

Мы приводим эту полемику совсем не для того, чтобы обосновать «научность» библейского мифа о творении. Библейский миф – это не научный, а символический текст, нуждающийся в истолковании, и уже приводились ранние опыты такого истолкования. Но один эпизод библейского мифа о творении вспоминается в связи с самым началом человеческой культуры, точнее – с началом науки и искусства. «Господь Бог создал из земли всевозможных зверей и птиц и привел к человеку, чтобы посмотреть, как тот назовет их; так была создана зоология – животные получили от человека свои имена». Человек оказывается здесь соавтором самого Творца, ибо в древней мифологии назвать имя – значит принять участие в творении и иметь власть над тварью (знавший тайное имя самого Бога, которое передается в приведенном тексте как ГОСПОДЬ, получал власть над Вселенной). Мы вернемся к славянским легендам о том, как Адам назвал всех тварей, в конце книги.

Глава 2. Демиург и космогония. Поколения богов

Греческие слова «демиург» и «космогония» относятся, казалось бы, к знакомым всем образам творцов и мифам о сотворении мира. Но эти слова в греческом языке и мифологии имеют особое значение. «Демиург» означает не просто творца: это слово относится к «ремесленнику», который создает свои изделия для народа – «демоса». «Космос» – это не просто мир, а Вселенная, существующая в соответствии с неким порядком, планом: этим словом можно было обозначать и мироздание, и государственное устройство, и даже наряд, праздничное убранство, украшения, косметику. И ремесло, и космогония требовали, говоря современным языком, разработанной технологии. Такой подход и понятие самодовлеющего космоса чужды библейской традиции; даже косметика для этой традиции не более чем средство греховного соблазна.

«Первобытные» творцы – культурные герои «мифических времен сновидений», не обладали такой технологией, их творение спонтанно, они пользовались подручными средствами – самыми неожиданными, а иногда и малопривлекательными (вплоть до собственных выделений). Творить весь мир «в начале» им вообще не приходилось – он уже существовал до них. Человечество не сразу пришло к представлению о мире, созданном по плану неким демиургом, рассчитывающим, как совершить творение в пространстве и времени. Библейский Творец отличался от архаичных богов-ремесленников, ибо творил мыслью – словом («Да будет свет!»), его творчество со времен знатока Античности Филона принято сравнивать с работой архитектора, но главным оставался замысел и творческое слово («слова и числа»), а не ручной труд ремесленника. Следующие эллинистической традиции гностики стремились разделить функции духовного Творца и демиурга: первый создал человека по образу своему, второй – слепил из праха земного. Демиург создал семь небес и прочий материальный мир, наконец, человека. Ниспосланный Творцом Спаситель Иисус, наделенный особой духовной телесностью (сиянием), призван был очистить материю от телесного зла. Эти идеи, сформулированные гностиком Валентином во II веке н. э. и объявленные ересью на церковных Вселенских соборах, были до предела развиты в III веке пророком Мани, отождествлявшим библейского Творца материального мира с сатаной (см. главу 10).