Владимир Охримец – Иллюзия снова (страница 4)

Казалось бы, они находились почти в центре самой страшной песчаной пустыни, редко когда осчастливливаемой дождями. Но, один раз Ник все равно заметил следы траперов, и по его спине прополз жгут страха. Что они здесь делали, громадные броненосцы, убийцы всего живого, слишком большие, чтобы выжить в этих местах? Как они забрели так далеко от родных лесов? Скорее всего, это война выгнала их с привычных мест. Теперь они, гонимые жаждой мести, злые и голодные, убивали всех, кого увидят, пока не попадутся на пути тяжело вооруженного отряда. А уж люди не будут церемониться. При первой опасности они сразу бьют из пушек, и даже природная броня свирепых убийц не могла остановить такой снаряд.

Нику было жалко невинных животных. Он вообще был против бессмысленного убийства. Однако, сейчас его очень беспокоили эти следы совсем по другому поводу.

Спастись от бешеного трапера здесь было негде. В песок они закопаться просто не успели бы, даже если могли делать это так же проворно, как кайтары. Оставалось надеяться на удачу. Однако, она, в последнее время, что-то стала его подводить.

Спустя еще пару часов идти стало еще тяжелее. Во рту и горле все спеклось от сухоты. Усталость и обезвоживание давили на психику. Ему очень не хотелось остаться здесь навсегда.

Над ними в последнее время летал хищный кунарь, делая над огромные круги с центром прямо над их головами. Падальщик чувствовал. Воспитанный суровым небом, тот упорно и терпеливо ждал, пока точки на песке остановятся и можно будет приступить к пиршеству. Они всегда знали, когда следует ждать. Очень хорошо чувствовали. Иногда он раздавал по сторонам резкие гортанные звуки, похожие на скрип пластика по стеклу. Наверное, выказывал свое нетерпение. Или призывал на помощь собратьев по перу, полагая, что два тела ему придется долго обклевывать. Он был так высоко, что Ник, не особо в них разбиравшийся, не стал тратить время и нервы на его разглядывание. Да, и стрельба тут была бесполезной.

Они старались не пить. Впереди был самый трудный переход, без оазисов. И нужно было экономить воду. Вернее, старался не пить Ник. Не пил сам и не позволял пить Айро. Тот только жалобно смотрел на старшего и страшного напарника, но пока подчинялся.

Селона, как назло, по-прежнему бессовестно таращилась на пустыню, вольготно расположившись на свободном от облаков небосводе. Судя по направлению их теней, ползущих по песку, она почти не двигалась. И совсем не торопилась хотя бы чуточку убавить жар. Или Нику только так казалось…

Припекало. Одежда, мокрая от пота, противно липла к телу. Но, снимать ее было бы самоубийством. Кроме опасности получить ожоги, можно было только усилить обезвоживание.

Хоть бы ветер подул. Пусть и с песчаной бурей. Лишь бы охладиться. Боже… Как же жарко.

Песок нагрелся так, что даже через сапоги чувствовался жар. До первого оазиса было еще далеко, и он уже пожалел, что прихватил с собой мальчишку. Следовало бы шагать быстрее. Но тот сильно тормозил продвижение. Молчал пока, тяжело дыша за спиной, но Ник чувствовал, что скоро сломается. Вопрос – когда.

Шли по заранее намеченному Ником маршруту. Переваливая через высокие барханы или продвигаясь по ровным солончаковым пустошам, Расон делал привязку к положению Селоны, вводил поправки и шагал, почти не поднимая глаз от песка. Пялиться на бескрайнюю пустыню было невмоготу. Морально тяжело и уныло.

– Эй! – Вдруг крикнул отставший солдат. Криком это сложно было назвать. В полной тишине Ник его едва услышал. – Смотрите! – Ник обернулся на него и увидел, что Айро показывает рукой вперед, куда-то за его спину, чуть в стороне от намеченного пути движения.

Он посмотрел в ту сторону. Далеко впереди, начинаясь около самого горизонта, висело в воздухе, покачиваясь, зыбкое видение. Дворец с остроконечными башенками в окружении леса. Лес был трисовый, для пустыни вовсе не подходящий. «Иллюзия? Или мираж? Нет. На мираж не похоже. В пустыне появляются миражи только мест, принадлежавших самой пустыни. Не трисовые рощи. Да, и не было похоже, что замок из этих мест. Когда-то давно он уже видел подобный. Очень давно. Там он познакомился с Варой. Где она сейчас?

– Я слышал, – Вдруг раздался рядом неожиданный голос. Айро воспользовался короткой остановкой и сократил дистанцию между ними. – Что во время активных действий…, – Он пытался перевести дух и пыхтел, как уньгур, – …однажды на фронте, прямо между окопами разорвался снаряд с иллюзией. И там попалась… эта… ну, картина борделя… с танцующими красотками. – Ник обернулся резко и открыл было рот, чтобы отчитать мальчишку, но увидел, как Айро испуганно смотрит на него и промолчал. – Нам так говорили… Может и врут. – Начал оправдываться парень, густо покраснев. Хотя, вероятно, краснота была от солнца и пота. Не совсем же он юн, чтобы от своих же слов покрываться краской.

– Слушай, парень! – Начал расон, хмуро глядя тому прямо в глаза. – Эту историю только мертвый еще не рассказывал. Везде. На любой стороне. В любом лагере, возле каждого костра. Ты думай лучше о другом! Что там? Что за иллюзией?! – Говорить было трудно, и он позволил себе глоток воды, чтобы смочить сухой язык, царапающий слизистую при разговоре. На немой вопрос спутника, кивнул – «Глотни тоже, но немного!» и тут же оторвал фляжку от жадно задвигающегося рта парня. Тот совсем не умел останавливаться.

Временная остановка и картина впереди напомнили ему другую ситуацию. Это было давно, еще до проявления его возможностей. Он тогда был простым салагой, набранным в правительственные войска для охраны склада флекса. Его и еще одного новобранца отправили в соседнюю часть. В тот раз тоже было негде спрятаться. Низкорослый кустарник и небольшие холмы, через которые, словно птица перелетал имобиль мародеров. Его нетрудно было определить – на нем развевалась скалящаяся морда их кумира – капитана Крага. С борта имобиля уже заметили двух подростков, и мародеры направились к ним, быстро приближаясь.

Ник бежал прочь, не чувствуя под собой ног. Он торопил и спутника, но тот уже сдался, перестал бороться. Он остановился, и его убили мимоходом, даже не останавливаясь. Ника постигла бы та же участь, если бы не та иллюзия. Она возникла прямо перед ним. Другая, не с девками на фоне окопов. Там был лес. Сказочный лес, почему-то темно-зеленого цвета в вершинах. Желтовато-коричневые прямые стволы, почти без веток внизу. Небольшие кустики, казавшиеся голыми, если бы не нежно-розовые цветы, покрывающие их почти полностью, и поросль мелких деревьев с иголками на каждой веточке. То были совсем неизвестные Нику деревья, но не это его поразило.

Едва возникла эта странная иллюзия, мародеры, не останавливаясь резко развернулись и, так же резво, как и догоняли, стали уезжать от возникшей на их пути помехи. Чего они испугались, он так никогда и не узнал.

Ник тряхнул головой, отгоняя ненужные сейчас воспоминания. Нужно думать, что делать с иллюзией. Снаряд недаром взорвали на его пути. Слишком сложно было кидать дорогостоящие иллюзии по всей пустыне. Была, конечно, вероятность того, что все это лишь совпадение и случайность. Но, в последнее время он в случайности почти не верил. Сейчас об этом не хотелось думать, но ему все больше казалось, что где-то в штабе был крот. На эту мысль наводили последние несколько провалов с операциями его коллег. Вполне вероятно, иллюзия и не была связана с предательством, однако, весь его опыт и истончившееся до толщины волоса чувство самосохранения говорили одно и то же – впереди была засада. Он знал это. Еще бы знать, насколько широко расставлена она была. Обходить иллюзию – слишком дорогое удовольствие. К тому же, засады могли быть и там, с двух флангов от нее. Теперь требовалось сделать выбор – идти в нее или.... Вот и гадай.

– Что будем делать, Айро? Там засада. Обойти не сможем. Неизвестно, где получиться. Идти прямо – самоубийство. Я знал одну такую иллюзию. Она тоже была очень большая. Похоже, эта из той же партии. Если так, что есть большая вероятность, что она от мародеров. – Он прервался недовольно поморщившись. Те воспоминания были для него двойственными. И крайне неприятными, и удивительными. Тогда он нашел Вару. – Была когда-то такая тетушка, которая до сих пор точит на меня свой желтый клык – Большая Мамаша ее зовут.

– Вот я попал, – Пробормотал сам себе морально убитый парень. Он не привык принимать решения сложнее, чем выбор пастбища для стада домашних агронов или места для новой родниковой колоды, и сейчас искал возможность избежать необходимости выбора. – А нельзя нам сдаться? Или мне. Вы же сказали – клык точат на Вас. – Он с надеждой посмотрел сначала на Ника, а потом, уже оценивающе и более спокойно – на иллюзию. И как бы про себя, почти шепотом. – Я же могу сдаться?

– Кажется, ты не понимаешь, Айро. Мародеры не берут пленных. А если берут, то не для того, чтобы отпустить. Поверь мне. Итак, давай уже решать. Как пойдем дальше. Прямо, вправо от нее или влево? Идем вместе, рискуем вместе, вместе нужно и принимать решение.

– Так я же не хотел… – Начал было он, отнекиваться от совместного принятия решения, но, увидев взгляд расона, тут же ответил – Давайте, что ли, – Парень снова помялся, не решаясь озвучить направление, – направо! Нет! – Тут же быстро воскликнул он, – давайте налево! Точно, налево! Направо ходить – плохая примета.