Владимир Никитин – За шаг до близости (страница 8)

***

В прохладном автобусе он едва не уснул. Он сидел в салоне, залитом светом, за окном раскалялись воздух и земля, но от кондиционера по коже бежали мурашки.

Слева от него смеялись две девушки. Они были в коротких белых шортиках, кедах, обе высокие, порывистые и бесконечно юные. Их глаза искрились, а мимика менялась каждое мгновение. Молодые тела не могли сдержать энергию и силу, бьющую насквозь, словно лава. Казалось, жар они снимали лишь тем, что дарили его другим, после горячих ласк просыпаясь в холодных постелях. Всю поездку он старался перехватить их взгляды, думал, они посмотрят на него, но нет. Тогда он сделал вид, что задремал. Подслушав их имена, узнал, что следующую экскурсию подруги взяли на вулкан. И решил, что обязательно познакомится с Алёной на палубе белоснежного корабля.

Дорога несла их по серпантину в столицу этого острова, что располагалась около моря. Но все пассажиры знали, куда бы ни ехал их автобус, для этой пары он прибудет в бессонную ночь.

***

Это была ещё одна жаркая ночь. Из ливийских пустынь пришёл настойчивый гость – горячий воздух Сахары. Казалось, он заблудился и оказался не на тех островах, но здесь чувствовал себя как хозяин. Его порывы сбивали с ног, переворачивали лежаки, валили зонты. Только столетние платаны оставались невозмутимы, и под ними прятались люди, которым не спалось в поздний час. До рассвета оставалось совсем недолго.

Расстёгнутая рубашка на Робе шуршала, как старый корабельный парус.

Перед ним на горизонте едва виднелись несколько островов, на одном из которых дремал вулкан.

Его новая знакомая стояла позади и подставляла лицо горячему дыханию – её кожа устала от косметики, слёз и мужской щетины. А больше всего устала от времени и ласки двух мужчин.

Как в её жизни появился второй, она не помнила. Просто возник, как в плохой пьесе, и уверенным движением смёл всё противодействие. Сейчас её красивые ноги были ободраны и кровоточили. Спуск в этом безлюдном месте не отличался комфортом – огромные, подчас острые валуны словно противились тому, чтобы по ним ходили, как будто хотели сбить спесь с пришельцев. Но она шла по ним – жёстким, влажным и обросшим травой. Казалось, это неизвестное морское чудище лижет её ноги шершавым языком. И эти непрошеные ласки вызывали страх и брезгливость.

Роб смотрел на неё, в его футболке до колен на ещё мокром обнажённом теле, и думал: завтра к отелю подъедет автобус, самолёт унесёт её туда, где лежат четыре билета в зоопарк, – для неё, мужа и детей. И эти бумажки – словно пропуск обратно в обычную жизнь, в которой для них сегодняшних уже не хватит места.

И в горячем воздухе – запредельная плотность момента, в котором есть всё: растревоженное море, оглушающий стрекот цикад и счастье, только здесь заключающееся в прикосновениях. Припасённый ром сейчас без толку – лишний алкоголь только разбавит адреналин, щекочущий волнением. Им обоим понятно, что на такую страсть в реальном мире не хватит ни времени, ни сил. И нужна ли она такая, когда есть дети… Впрочем, только у неё.

– Я буду долго помнить этот день, – говорит она.

Он знает, как укоротить это срок. Провести вместе хотя бы неделю обычной жизни. И наваждение пройдёт.

Но в ответ он кричит сквозь ветер и надрывающихся цикад, стараясь их пересилить. Она ничего не слышит, и тогда Роб просто показывает на одинокий ялик спасателей, что томится у берега, – в такой ситуации лучше всего отвлечься, чтобы не врать. Они отплывают, и тонкая, как лимонная долька, луна кисло наблюдает за парой.

То путешествие на лодке ничем не ознаменовалось, кроме обычных для этого жанра поцелуев, молчания, красивых загадочных пейзажей. Были и расщелины в горах, и встреча рассвета на безлюдном пляже, и горы, проступающие сквозь утренний туман.

И закончилось всё вполне обычно: Роб привёз её к отелю, где она должна была сесть на автобус и уехать в аэропорт. Однако домой девушка не прилетела. Ни звонком, ни любым другим способом в известность никого не поставила. Роб тут же съехал из гостиницы, не воспользовавшись трансфером, что дало повод думать, будто бы они пропали вместе.

Впрочем, нашлись они по отдельности: Роб – на борту самолёта, где её не было, как не было и среди живых. Тело девушки выловили рыбаки далеко-далеко от того места, где они прогуливались на ялике. Но недостаточно далеко, чтобы он не обвинял себя, если бы знал о трагедии.

***

В самолёте Роб взял газету. Передовица сообщала о пропаже двух туристов. Последний раз их видели на пляже отеля. Искали их пока без старания – опоздала на обратный рейс только девушка, которую ждал обозлённый муж, один собравший детей в зоопарк, а потому полиция, склонная к простым решениям, не исключала отсутствия преступления.

«Не самая лучшая заметка перед отдыхом», – подумал Роб и откинулся в кресле.

Спустя время он понял, что эти два туриста – это он и его новая знакомая, с которой он провёл ту жаркую ночь. И пытался вспомнить, что он успел узнать о ней, как будто его память могла оживить девушку.

Они познакомились на живом концерте, на веранде отеля. Он увидел её издали: белое платье, сильный загар, волосы, ниспадающие на лоб. Восточные, чуть раскосые глаза, плотные губы. Она была крупновата, выше его, но не полная. Оба, как выяснилось позже, не курили, но оба не нашли лучше повода для знакомства, чем в юношестве: он попросил её о сигарете, она сразу раздобыла, а потом направила Роба принести ром с колой из бара.

Её время наступало ночью, когда около отеля зажигались фонари: туристы переодевались в вечерние наряды, дамы вспоминали о макияже, и около бара было не протолкнуться. Тогда на фоне лишь слегка накрашенных девушек она выглядела ярко и чувственно. Она принадлежала к тем, кто особо хорош, когда много недосказанности и мало света. Ей можно было любоваться в темноте, при свете фонаря, на дискотеке. Отели с их приглушенными лампами были её вотчиной. В общем, они не могли не оказаться на безлюдном пляже в ночь, когда жаркий ливийский ветер пришёл из африканской пустыни.

– Собираетесь спать? – услышал голос.

Ах да, он же в салоне самолёта, на взлётной полосе. Поднял глаза и увидел около себя женщину средних лет. Уверенную в себе, достаточно эффектную, чтобы он ответил «нет». А когда она кивнула на заметку и сказала: «Не самое лучшее чтиво перед путешествием» – сон как рукой сняло. Она была ему интересна, эта взрослая горделивая женщина, а большего для недолгого знакомства и не надо.

– Робби, – представился он и шутливо протянул руку, как бы с уважением к её положению.

– Элис. Любите сидеть у окна? – спросила она.

– Нет, – соврал он, и они поменялись местами.

То, что просто и естественно выглядит у детей, всего лишь поменяться местами, несколько неловко и двусмысленно происходит у взрослых, когда два взрослых человека начинают протискиваться в узком помещении, извиняясь, уступая и, в конечном счёте, только мешая своей вымученной деликатностью. Всегда не хватает грубияна, который бы просто толкнул на место со словами: «Да сядь ты, наконец!».

– Спасибо, – сказала Элис. – Мы так суетились, что бедняге-соседу пришлось пересесть.

– Да? – рассеяно переспросил Роб. Он никого не заметил.

– Вы раньше бывали в ***?

– Нет, никогда.

– Только по заграницам? Сейчас многие осваивают русские курорты.

– Вы словно не из России.

– Я из Франции. В России живут мои родители. И в этом моё конкурентное преимущество – язык, знание истории и иллюзия того, что я знаю, чем живут здесь люди.

– Самокритично.

– Я не обольщаюсь. Если очень давно живёшь за переделами страны, то не можешь знать, как там устроена жизнь. Так вы тоже по делам?

– Что-то вроде того. Одна встреча на форуме. И то если получится – договорённости пока нет. И постараюсь за день увидеть город.

– Не успеете… Если, конечно, у вас не будет хорошо провожатого, – она легонько коснулась рукой его манжеты.

Роб думал, что следом она тут же предложит быть им, но не дождался.

Им принесли кофе с молоком; Элис достала чёрный шоколад и надломила плитку.

– Вкусно пахнет какао, – произнёс Роб.

– Не хотите попробовать? – как будто с обычной вежливостью отозвалась она, но после этого все барьеры рухнули.

Несколько раз за время полёта они так увлечённо жестикулировали, что руками задевали друг друга. Едва знакомые, они говорили обо всём, что только может прийти на ум, а потом Элис вынесла вердикт:

– Давай так. Я помогу тебе сориентироваться на форуме, ведь я организатор и для меня там секретов нет. А ты проводишь даму до гостиницы. Это сэкономит тебе время. Как зовут человека, с которым ты собираешься встретиться?

Роб улыбнулся её уверенности.

– Я знаю всех на форуме, – спокойно произнесла Элис. – Десять лет уже организую встречи.

Он посмотрел на неё. Холодные голубые глаза, длинные ресницы. На вид – около тридцати пяти, но выглядит ярко и маняще. Чёрный костюм, который не скрывает фигуру. Взгляд опытный, с лёгкой блуждающей улыбкой, из флирта всегда готовой перейти в пренебрежение. Ей сложно отказать, поскольку открыто она ничего не предложит. При виде таких женщин невольно возникает нетерпение. Её весёлый нрав и юмор способствовали лёгким контактам и даже такому странному формату, как деловая дружба, когда люди, приносящие пользу, приятны в общении.