Владимир Набоков – Бледный огонь (страница 13)

Или книжным клещом в возрожденном богослове. Время означает последовательность, а Последовательность – переменность, Поэтому безвременье не может не нарушить Таблицы чувств. Советы мы даем, ⁵⁷⁰ Как быть вдовцу. Он потерял двух жен. Он их встречает – любящих, любимых, Ревнующих его друг к дружке[38]. Время значит рост, А рост не значит ничего в загробной жизни. Лаская все такого же ребенка, жена с льняными волосами Скорбит у незабвенного пруда, задумчивым наполненного небом, И так же белокура, но в тени с рыжинкой в волосах, обняв колени, ноги На каменный поставив парапет, сидит на парапете Другая, поднимая влажный взгляд ⁵⁸⁰ К непроницаемой туманной синеве. С чего начать? Какую раньше целовать? Какую игрушку Ребенку дать? Этот насупленный малыш, Он знает ли о столкновении двух встречных Машин, убившем бурной мартовскою ночью мать и дитя? А та вторая любовь, с подъемом голым ног В черной юбке балерины, зачем на ней Сережки из шкатулки первой? И зачем скрывает она рассерженное юное лицо? Ибо по снам мы знаем, как трудно ⁵⁹⁰ Говорить с милыми нам усопшими! Они не замечают Нашей боязни, брезгливости, стыда — Пугающего чувства, что они не точно те, что были. Ваш школьный друг, убитый на далекой войне, Не удивлен, увидя вас у своей двери, И, полуразвязно, полумрачно, Указывает на лужи в подвале своего дома. А кто научит нас, какие мысли звать на смотр В то утро, что застанет нас шагающими к стенке Под режиссурой сатрапова наймита, ⁶⁰⁰ Павиана в мундире? Мы будем думать о вещах, известных нам одним, — Империях рифм, сказочных царствах интеграла[39], Прислушиваться к дальним петухам и узнавать На серой шершавой стенке редкий стенной лишайник, И, пока нам связывают царственные руки, Мы посмеемся над презренными, весело язвя Ретивых кретинов, И, шутки ради, плюнем им в глаза. Не помочь также изгнаннику, старику, ⁶¹⁰ Умирающему в мотеле с громким вентилятором, Вертящимся в знойной ночи прерий, Пока снаружи брызги разноцветного света Доходят до его постели, как темные руки прошлого, Дарящие самоцветы, и быстро приближается смерть. Он задыхается и заклинает на двух языках Туманности, ширящиеся в его легких. Рывок, раскол – вот все, что можно предсказать. Быть может, обретешь le grand néant[40]; быть может, Протянешься опять спиралью из глазка клубня. ⁶²⁰ Как ты заметила, когда мы проходили в последний раз Близ института: «Право, я не вижу Различия между этим учреждением и адом». Мы слышали, как гоготали и фыркали сторонники кремации, покуда Могильщиков[41] изобличал Реторту[42] Как помеху при рождении духов. Мы все избегали критиковать религии. Знаменитый Стар-Овер Блю рассмотрел роль Планет как пристаней для душ. Обсуждалась судьба зверей. Китаец дискантом ⁶³⁰ Разглагольствовал об этикете чайных церемоний