Владимир Мясоедов – Сибирский вояж (страница 48)
— И ритуал привязки конечно же осуществляется на крови и сопровождается крайне неприятными побочными эффектами… — тяжело вздохнул Олег, уже понимая, что от подобных артефактов не откажется.
Старейшины кащенитов должны были котироваться на одном уровне с магистрами магии, иначе язычников-сектантов давно истребили бы, несмотря ни на какие стада населяющих Сибирь мутантов и прочие козыри в рукавах. И заполучить именное оружие, которое у него отнимет не каждый генерал, не говоря уж о всех нижестоящих, клейменому контрактнику сильно хотелось. Бандиты, монстры, нежить, демоны… Собственное начальство — вот кто для солдата самый страшный враг! Во всяком случае, в той армии, куда идут не по зову сердца или за богатством и славой, а под давлением обязательного призыва, обманом подписанного договора и прочих подобных средств принуждения.
— Что делать-то нужно?
— Да тут все просто… — отмахнулась Доброслава. — Каждую ладонь порежь концом рукоятки до крови, там шип небольшой есть. Очень глубоко не надо, только чтобы кожу пропороть.
С тяжелым вздохом, предчувствуя грядущие мучения, чародей взял ближайшую к нему пару топоров и произвел требуемые манипуляции. В первые секунды после этого ничего не произошло, и он уже начал надеться, что на сей раз пронесет… Однако потом от крохотных царапин, каждая едва ли в несколько миллиметров глубиной и шириной, по ладоням стала распространяться неприятная ноющая дрожь, за считаные мгновения переросшая в болезненные судороги по всему телу. В энергетику волшебника грубо влезли посторонние компоненты, принадлежащие артефактному оружию. Зитрас пытались подстроиться под ауру хозяина, чтобы стать в прямом смысле слова продолжением его тела и при необходимости делиться уворованной у врагов энергией, однако до той поры, пока они не закончат настройку, ощущения от них должны были оставаться примерно как от влезших через ладонь по локоть карандашей. Которые к тому же еще и непрерывно крутятся в ранах с произвольно меняющейся скоростью.
— Ты смотри, не заорал даже… — удивленно цокнув языком, констатировала Доброслава, с нездоровым садистским любопытством наблюдавшая за перекосившимся от боли лицом чародея, скрипевшего зубами на весь арсенал. Известные ему чары обезболивания действовали исключительно на материальное тело… но здесь и сейчас весь дискомфорт шел от энергетических оболочек волшебника. — А в тот единственный раз, когда я видела, как зитрас к новому хозяину привязывают, этот счастливчик орал сильнее, чем молодка, рожающая ежа против шерсти.
— Ох!.. — Резко нахлынувшее облегчение от отсутствия боли оказалось таким сильным, что почти погрузило Олега в эйфорию. — С кем же она переспала, раз колючей крысой забеременела?
— С соседом. Нет, он-то человек как человек, но вот муж у той дуры был единственным в нашем селении мастером неестественной природы. Химеролог, если по-вашему. — Оборотень принялась улыбаться так, что сразу стало понятно: отношения с подвергшейся столь экзотическому наказанию неверной супругой у нее складывались не самым лучшим образом. — Все думали, он ее вообще убьет, но нет, даже из дома не выгн…
Окончание речи девушки потонуло в треске, с которым содрогнулся весь арсенал. Стеллажи с оружием подпрыгнули, часть их содержимого вылетела на пол, где-то вдалеке грохнулась об пол утратившая равновесие стойка с боевыми молотами, зазвенел катящийся куда-то вдаль шлем. Впрочем, все эти звуки практически потерялись в пронесшемся по громадному помещению мгновение спустя звучном утробном реве, сопровождаемом всполохами красного и оранжевого света под потолком. И то ли интуиция, то ли житейский опыт, основанный на множестве подобных ситуаций, подсказали боевому магу, что уши ему терзает сигнал боевой тревоги.
Вот только кто мог атаковать заброшенный подземный город?! Для какого-нибудь мародера или даже целой группы мародеров такие меры оповещения об угрозе явно избыточны. С другой стороны, и сейсмический удар кто попало не нанесет. Ну не Атлантида же неожиданно всплыла из глубин Мирового океана, чтобы нанести удар стратегической магией по всем центрам концентрации вероятного противника? Может, какие-нибудь энтузиасты — любители древностей не нашли момента лучше, чем заявиться сюда целой научно-исследовательской экспедицией, не забыв прихватить несколько десятков чародеев и ящик с динамитом, сразу же пущенным в ход?
В воздухе с сухим шелестом развернулось полотнище портала, на противоположном конце которого виднелась инкрустированная драгоценными камнями покатая поверхность желтого металла, испещренная расплавленными потеками и грубыми швами. По всей видимости, это была макушка гигантского золотого черепа. Интуиция Олега, что-то зудевшая на периферии сознания с самого момента нахождения Сердца, взвыла благим матом. Разумный артефакт явно успел осуществить какие-то свои планы, про которые его временные помощники могли только догадываться. И почему-то волшебник был полностью уверен, что результат измышлений искусственно созданного существа им не слишком понравится.
— Прошу проследовать сюда! Немедленно!
Через разрыв пространства внутрь арсенала шагнули четыре мумии, разговаривающие, как всегда, синхронно. Вот только на этот раз в качестве самоходных динамиков Бессмертный использовал вовсе не простых патрульных! Судя по росту в два с половиной метра, лишь чуть меньшему размаху плеч, буквально звенящей от количества удерживаемой энергии ауре и закрывающим все тело черным пластинчатым доспехам, обильно украшенным изображениями черепов, рунами, гербами и прочей символикой, исполняющий обязанности правителя города артефакт имел-таки нечто вроде своей личной гвардии. Новый удар, причем на сей раз даже сильнее предыдущего, встряхнул помещение. Олег едва успел отскочить в сторону от целой лавины топоров-вампиров, вытряхнутых из своих мест для хранения и почти целенаправленно падавших в его сторону.
— Промедление не в ваших интересах! Планируемое время до обрушения арсенала — три с половиной минуты!
— Да это ж целая бездна времени! Успеем! — По поведению нежити чародей понял сразу две вещи. Первая — убивать их Бессмертный пока не собирается, видимо, зачем-то они ему еще нужны. Вторая — шансы на то, что он больше никогда в жизни не попадает в эту грозящую обрушиться сокровищницу, до краев забитую зачарованным оружием и доспехами, более чем велики. И из этого вывод можно было сделать только один. До обрушения арсенала требовалось успеть из него спереть… ну то есть спасти, как можно больше. — Доброслава, тащи! Все тащи! Все, что можешь! А что не можешь — просто выбрасывай в портал!!!
Звякнули об каменный пол выпавшие из рук чародея боевые топоры; впрочем, боевой маг чувствовал, что стоит ему только захотеть, и они вернутся обратно в ладони. Шлем, так кстати подкатившийся по полу почти к ногам волшебника, немедленно оказался напялен на голову и съехал на глаза. С ближайшего доспешного стенда был выдернут панцирь, вроде бы почти подходящий Олегу по габаритам. Примерять времени не имелось, в будущем целитель и артефактор либо подгонит броню по фигуре, либо фигуру по броне. Ну или просто продаст эту вещь ценителям древностей, если та не будет слишком сильно отличаться качеством в худшую сторону от доступных ему аналогов.
Щиты разных форм находились довольно далеко, но, к счастью, требовалось не так уж много силы, чтобы при помощи телекинеза поставить самый круглый из них на ребро и катить в нужном направлении подобно колесу. Доброслава, полностью обратившаяся в волка ради прибавки скорости, бряцая своим новым доспехом, унеслась куда-то в противоположный угол помещения. Видимо, там находилось нечто действительно ценное, но оборотень, к сожалению, не успела взять его раньше. Еще один толчок, после которого попадали почти все стеллажи, а по стенам начали змеиться трещины, лишь добавил кащенитке прыти.
К тому моменту, когда она вернулась, Олег переправил на ту сторону портала не меньше центнера разнообразного железа, не очень всматриваясь в то, что именно попадается ему под руку и куда оно летит. Во всяком случае, одна из четырех гвардейских мумий обзавелась торчащим у нее из шлема кинжалом с длинным волнистым лезвием, вошедшим в темный металл, словно в мягкий пластилин. Правда, не сказать, будто это расстроило мертвеца или управляющего им Бессмертного. Скорее всего, они данный факт если и заметили, то не придали ему значения, поскольку на фоне творящегося катаклизма такая мелочь не стоила особого внимания.
— Что происх… — шагнувший в портал Олег буквально подавился своим вопросом, поскольку в нескольких сантиметрах от себя обнаружил щелкнувшую челюстями голову костяного дракона. Исполинская нежить, каждый клык которой лишь чуть-чуть уступал в размерах сабле, открывала и закрывала рот, стараясь уцепить замершего перед ней человечишку, обдуваемого образующимися от этих движений резкими порывами ветра, однако дотянуться до него не могла. С шеей-то громадный череп дохлой рептилии больше не соединялся. — Ух, ё!..
Стукнутый в спину вернувшейся Доброславой, оттого непроизвольно сделавший шаг вперед и почти уткнувшийся в распахнувшуюся пасть чародей отмер от первончального шока, осмотрелся вокруг и оцепенел вторично. С тех пор, когда он последний раз был в резиденции Бессмертного, поменяться тут успело очень много. Да честно говоря, практически все!