Владимир Мясоедов – Сибирский вояж (страница 47)

— И это очень плохо! Всякие там шпажонки и прочий городской мусор вроде кинжалов, может, и годятся для охоты на кроликов или там выпускания кишок во время дуэлей, но столь тонкое, легкое и короткое лезвие вряд ли когда-нибудь сможет причинить неприятности по-настоящему опасному врагу. Умертвие на рану, которая не лишила его головы или конечности, только усмехнется. А большая часть обитающих в лесах монстров закованы в очень толстую броню, под которой еще расположен солидный слой тугого мяса!

— Вообще-то я запросто могу усилить свои мускулы магией в несколько раз. Для целителей подобное — раз плюнуть! — Олег проводил печальным взглядом остающиеся за спиной двуручники. Прямые, чуть изогнутые, с волнистым лезвием… Все они прекрасно подходили для боя с магическими тварями или одоспешенным противником. Но эти клинки в руках неумехи редко когда успевали нанести больше одного удара. — Может, мне боевой молот взять? Им и фехтовать особо не надо, главное, попасть по цели.

— Если ты на самом деле так думаешь, то только подобной махиной и можно вколотить хоть немного ума в твою тупую башку! — фыркнула из-под глухого забрала оборотень, которая в разработанных специально для представителей ее расы латах явно почувствовала себя почти неуязвимой.

Даже если какой-то удар и пробьет доспех, то наверняка полученные травмы окажутся достаточно легкими, чтобы Доброслава регенерировала их в рекордно короткие сроки. Наиболее рациональным способом справиться с подобным противником, по мнению Олега, являлась попытка удушить его каким-нибудь ядовитым газом, левитирующим песком или просто откачкой кислорода из района местонахождения цели. Сгустившийся вокруг головы противника шар из жидкости, являющийся одним из наиболее распространенных приемов в арсенале магов воды, был против гидромантки крайне малоэффективен. Ну или можно было использовать нечто бронебойное, вроде крупнокалиберной пушки с соответствующим боеприпасом… Только вот попасть из нее в мелкоразмерную и очень шустро маневрирующую цель без благоволения богов артиллерии оказалось бы затруднительно.

— Стоп, чего ты так лыбишься?! Шутишь надо мной, да?

— Ну, немного, — развел руками Олег, который на самом деле уже давно решил, каким должно быть его идеальное снаряжение. Максимально близким к тому, чем боевой маг пользовался на протяжении пары лет своего обучения и службы, только по возможности лучшего качества.

Легкая броня, не сильно стесняющая движения и пригодная для повседневного использования с относительным комфортом. Тяжелый одноручный клинок, способный прорубить кость, но тем не менее не мешающий при помощи второй конечности стрелять или создавать заклинания. И нечто дальнобойное и крупнокалиберное, чтобы противник без лишних затрат энергии добегал до мага уже тяжело раненным, а лучше вообще не добегал.

— Поверь, я прекрасно знаю, что разнообразные цепы, копья, алебарды, секиры и прочее излишне массивное оружие идет мимо меня лесом. Исключение может быть сделано разве только для тех огнеметных винтовок, с которыми местные мумии ходят, одну из них вчера мне все же хватило времени оценить.

Оружие того, во что превратились жители города, как и положено армейскому ширпотребу, было простым, надежным и достаточно эффективным. По боевой мощи оно лишь слегка превосходило привычные Олегу крупнокалиберные винтовки или револьверы, а по скорострельности так и вовсе им уступало, однако имело другой крайне полезный фактор. Боеприпасы. Вернее, их полное отсутствие. Каким-то образом это магическое оружие было связано с Бессмертным, вернее, с контролируемым им океаном энергии. И именно из нее и состояли обладающие регулируемой пробивной силой огненные стрелы, способные срываться с фокусирующего кристалла на конце древнего оружия. Правда, делали они это не слишком часто. Раз в три-четыре секунды, что было, безусловно, слишком медленно по меркам интенсивных перестрелок. Но вступать в них боевой маг и не собирался. Если он встретит нечто такое, что не получится уложить первым-вторым выстрелом, то немедленно отступит и попытает удачу где-нибудь в другом месте. Главное — успеть ухватить за шкирку и оттащить назад постоянно норовящую перейти в ближний бой Доброславу.

— Плохой выбор. Слишком громоздкое и тяжелое для живого человека, да к тому же легко ломается, если пытаться им блокировать удары, — тряхнула закованной в шлем головой кащенитка, волоча Олега мимо длинных рядов стоек с этими магическими винтовками. — К тому же вне города оно работать не будет, а мы отсюда выйдем, рано или поздно. Теперь, когда у меня есть полный доспех предков, я из принципа здесь не сдохну.

— Зато там есть целых три режима работы… — тяжело вздохнул чародей, провожая глазами мечту любого солдата-пехотинца. Оружие, которому не требуются боеприпасы.

В зависимости от того, какую из рун активации трогал владелец, оно могло выполнять разные функции. Обычный выстрел, на дистанции до сотни метров работающий не хуже, чем прицельный бросок в противника бутылкой с зажигательной смесью. Узконаправленное пирокинетическое воздействие оставляло после себя тяжелые ожоги и в принципе могло прожечь человеческое тело насквозь с одного попадания. Усиленный выстрел, в котором убийственная мощь достигалась путем снижения дистанции поражения. При подобном использовании в руках чародея оказывался аналог огнемета, буквально окатывающего волнами испепеляющего пламени сектор в сто — сто десять градусов перед ним. И расфокусированный выстрел, делающий из оружия некий аналог дробовика. При стрельбе по толпе или очень большой, но находящейся на некоторой дистанции цели сложно было придумать нечто лучшее, чем десяток узких и по отдельности не таких уж и опасных язычков пламени, расходящихся конусом.

— Ладно, судя по тому, с какой целеустремленностью ты двигаешься, что-то интересное уже присмотрела?

— Да, — односложно ответила Доброслава, подводя его к относительно небольшому стенду, содержимое которого, видимо, не пользовалось у горожан особой популярностью. — Вот.

— Топоры?! Ты серьезно?..

Сказать, что Олег удивился, когда его подвели к стенду с тщательно разложенными по парам боевыми родичами обычного плотницкого инструмента, значит не сказать ничего. Нет, в принципе входящий в штатное снаряжение стрельца бердыш тоже относился к данному виду оружия… но у него хоть длина древка была нормальной! Вполне достаточной, чтобы выставленное вперед лезвие не подпустило какую-нибудь тварь или всадника на дистанцию удара и позволяющая размахнуться как следует, чтобы сильным ударом броню проломить. Здесь же его вниманию предлагались какие-то жалкие полуметровые огрызки с очень узким лезвием, похожие то ли на туристический прибамбас, то ли на сделанный бедными в доступном железе индейцами томагавк, то ли вообще на слегка сплющенную кирку. Да и цвет был слишком яркий: красный сверху донизу, за исключением парочки переливающихся гранями прозрачных кристаллов горного хрусталя, инкрустированных в обух. Вот только данное оружие не лежало беспорядочной кучей, а было вложено попарно в специальные углубления именно под его габариты. И это интриговало: заботились о нем явно больше, чем о простых клинках или копьях.

— Это не какие-то там топоры, а самые настоящие зитрас! К тому же они отнюдь не так просты, как кажется на первый взгляд. Их конструкция и функционал были придуманы еще в войне с Атлантидой, и поверь, тогда предки отнюдь не экономили на своем снаряжении. Помнишь короткие кривые мечи, которые имелись у командира патруля? Это почти то же самое, но улучшенный вариант для офицеров более высокого ранга. — Доброслава облизнулась на оружие так, словно оно было сделано из мяса. Или из торта. Кто знает, что для девушки-оборотня казалось более вкусным? — К сожалению, я не обычный человек, и взять себе их не могу — просто не станут работать. С другой стороны, ты тоже доспех Железного Волка не напялишь… Вернее, попробовать-то можешь, но вот двигаться в нем станешь как черепаха с больными коленями.

— В левом — накопитель маны, в правом — накопитель праны. Заполняются либо обычным порядком, либо при втыкании в цель, которую они сумеют высосать. Хранящаяся там энергия может быть высвобождена относительно простыми заклинаниями, структуру которых надо записывать на кристалл, вставляемый вот сюда… Но ведь есть и еще что-то?

Олег задержал руку в нескольких сантиметрах над поверхностью оружия в попытках почувствовать его суть, и, к удивлению, у него получилось. Ну, по крайней мере частично. Лезвие одного топора даже без контакта с человеческой плотью пыталось оттянуть на себя часть магической силы чародея, а второе вело себя практически как голодный вампир и даже дернулось немного вслед за почти коснувшейся красного металла ладонью. Похоже, топоры даже необязательно требовалось в кого-то вонзать, чтобы они начали опустошать энергетические оболочки своей жертвы. Достаточно было поместить их на некотором расстоянии от цели. Эффективность, разумеется, снижалась на порядки, однако возможность ослаблять противника, стуча по доспехам, щитам или там естественной костяной броне все равно впечатляла.

— Зитрас сделаны из так называемого вечного металла, который не только очень прочен, но и потихоньку заращивает повреждения. Соответственно, сломать их окончательно — это надо еще сильно постараться. Древко к ладоням прилипает так плотно, что никогда не начнет скользить, оно удержит даже чуть больше человеческого веса без всякого напряжения с твоей стороны, соответственно, выбить их из рук почти невозможно. Но это отнюдь не самое главное. — Доброслава ухмыльнулась так, словно замыслила какую-то грандиозную пакость. Почему-то у Олега сразу же мелькнуло подозрение в том, что она сейчас намерена взять реванш за случившееся вчера, когда он действовал несколько грубовато. Пусть в конечном итоге и к взаимному удовольствию. — Основная ценность их в том, что зитрас привязываются к своему владельцу. Отобрать не то чтобы совсем нельзя… но у нас далеко не каждый старейшина мог передать такое оружие наследнику, когда предыдущий хозяин умирал. А! Ну и еще их можно кидать! Если расстояние не больше пятнадцати шагов, то такая игрушка сама вернется в руки владельцу через четыре-пять секунд после удара.