Владимир Мясоедов – Сибирский вояж (страница 49)
Большей части стен больше не было. Как на тех жалких издырявленных огрызках, что еще остались, держится местами просматривающийся на десяток этажей вверх потолок — оставалось решительно непонятно. Видимо, магия, вложенная строителями в здание, оказалась достаточно сильна, чтобы возместить недостаток несущих конструкций. Пол тоже пестрел дырами, один взгляд в которые мог бы довести до истерики даже профессионального спелеолога. Причины столь масштабных катаклизмов присутствовали здесь же, частично в целом, а частично в разобранном состоянии. Это была нежить. Высшая нежить. Многочисленная и разнообразная высшая нежить. Очень-очень многочисленная и разнообразная высшая нежить, которая хаотически слонялась по помещению, то и дело вступая в схватки между собой!
Напоминающие культуристов раздувшиеся за счет невероятного количества мускулов гиганты, своим сложением смахивающие на троллей, с которых содрали всю кожу. Их единственным оружием были собственные лапы, но этого более чем хватало, если один из ходячих трупов вдруг решал, что кто-то встал у него на пути. Скелеты в покрывшихся вековым налетом пыли доспехах и частично истлевших мантиях. Экипировка то ли умертвий, то ли самых настоящих личей светилась от магии, заключенной в многочисленные драгоценные камни-накопители. Там, где они вступали в бой, воздух сгущался туманом под воздействием невероятного холода. Впрочем, иногда эти рукотворные облака подсвечивались огнем, вспышками молний и прочими спецэффектами, свойственными применению боевых заклинаний. Мумии, очень много мумий, в чьей одежде не имелось ни малейшего намека на единообразность. Высохшие до состояния окаменелостей подданные Кащея толпились так, что яблоку было негде упасть, и служили неким подобием буфера, останавливающего движение других покойников. Сами они никого первыми не атаковали, но если их задеть, бросались в схватку с полным презрением к своей нежизни. Ледоколами рассекали бушующее море взбесившихся стражей города костяные драконы и зомби, сделанные на основе великанов. Эти титаны просто затаптывали мертвецов помельче целыми десятками, наполняя воздух отвратительными чавкающими звуками и брызгами гнилой крови.
— Какого черта тут происходит?! — испуганно завопила едва успевшая вернуться до обрушения арсенала Доброслава, притащившая на спине здоровенную и явно очень тяжелую серебряную загогулину, больше всего напоминающую знак интеграла, который сначала сломали в паре мест, а потом склеили, перепутав местами обломки. Для повышенных тонов у оборотня имелись более чем серьезные основания: ее едва не снес взмахом крыла костяной дракон. Причем другой, не тот, чья голова щелкала на Олега челюстями. Тело стремящегося закусить чародеем конструкта смирненько лежало себе грудой костей, едва не похоронивших под собой Бессмертного. Немертвых летающих рептилий в помещении, сразу ставшем не таким уж и просторным, слонялось туда-сюда сразу четыре штуки. Вроде бы раньше было еще больше, во всяком случае, высящиеся тут и там кучи костей на это намекали. А может, они остались от еще какой-нибудь исполинской нежити, ведь пытался же упорно пройти сквозь стену топчущийся на одном месте и кем-то подожженный десятиметровой высоты спрут, казалось, состоящий из сотен тысяч человеческих ребер.
— Все по плану! — синхронно заявили мумии-гвардейцы, которых на макушке золотого черепа выстроилось не меньше десятка. У Олега из-за их полностью синхронной речи даже барабанные перепонки опасно завибрировали, грозясь порваться от натуги. Бессмертному решительно требовалось сменить настройки его самоходных динамиков. Аудиосистемы ведь должны в первую очередь доносить до окружающих информацию, а не доводить их своим звучанием до инфаркта. Впрочем, не исключено, что если бы разумный артефакт перешел с обезличенно-инфернального тона на какое-нибудь слащавый приторный голосок, то стало бы только хуже. — Это бунт!
На взгляд Олега, для попытки государственного переворота творящийся вокруг него хаос все же был несколько… упорядоченным. Нежить не пыталась причинить какой-либо умышленный вред ни Бессмертному, ни даже людям. Она, за редким исключением в виде пары десятков мумий-гвардейцев, просто топталась на месте или бродила туда-сюда, сталкиваясь между собой и немедленно вступая в схватку. Это было отнюдь не естественное поведение подобных созданий. И даже не управляемое чем-либо похожим на разум. Похоже, их просто запрограммировали на хаотические передвижения и полную анархию. А чародей знал в этом городе лишь одну персону, способную на подобное. Собственно, в настоящий момент на ней он и стоял.
— Бунт? Здесь?! И кто его организовал? — поразилась Доброслава, сгибающаяся под тяжестью утащенного из арсенала предмета, не похожего на оружие, но вряд ли являющегося чем-то иным. Олег еще раз пробежался взглядом по серебряной загогулине, не имеющей, на первый взгляд, ни одной острой поверхности, и из-за своих веса и формы вряд ли годящейся на роль дубины. И немедленно заподозрил, что кащенитка сперла из арсенала полевую пушку. Вернее, какое-то магическое орудие, выполняющее в войсках Гипербореи те же функции. Оставалось только понять, из какого места и чем оно стреляет. Два выгнутых в разные стороны треугольника, расположенных по бокам почти двухметровой толстой перекладины, на роль дула подходили мало.
— Вы! — хором гаркнули мумии, обвиняюще наставляя свои правые руки на людей. — Точнее — он!
— У меня алиби. — Олегу, на которого абсолютно синхронными движениями указал сразу десяток костлявых пальцев, стало малость неуютно. — Большую часть ночи я был сильно занят. А меньшую — читал. Записи с твоих наблюдательных устройств должны подтвердить.
— Не ломай мне шаблон действий… — прошипел на него через свои передвижные динамики Бессмертный. — Я и без того с трудом могу убедить себя, что подвергся враждебному воздействию со стороны не до конца изученной мной персоны с высоким потенциалом, а потому должен активировать один из высших протоколов безопасности, созданных специально для подобного случая.
— Ага… Понял, — кивнул Олег, с радостью отмечая в происходящем пусть и несколько отдающую безумием, но все-гаки логику. Это несколько успокаивало. Боевой маг считал, что третий ранг заслужен им в полной мере… Но если бы он рухнул вниз, в эту беспорядочно сражающуюся между собой мешанину высшей нежити, его бы порвали на кусочки в течение нескольких секунд. Да и пребывание на возвышенности не могло спасти, поскольку напарников пока оберегал явно впечатанный в саму суть стражей города запрет наносить вред Бессмертному. Уж дистанционно атаковать врага тут мог практически каждый, просто одни делали это заклинаниями, другие — выдохом свойственной им магии, а третьи — бросками тел поверженных противников. — И зачем тебе это?
— Отвечу позже, сейчас буду слегка занят. Постарайтесь не умереть в ближайшие несколько минут, это важно. Мне очень не хочется ждать другого подходящего случая и начинать все сначала.
Из проема входа, где тоже занимались отнюдь не дружеским мордобоем разнообразные мертвецы, раздался подозрительный низкий звук, напоминавший гудение очень большой струны. И вместе с ним внутрь зала влетели какие-то дергающиеся клочья, похоже, секунду назад бывшие частями стражей города. Причем отнюдь не в одном экземпляре. Поток летящих по баллистической траектории останков не только не ослабевал, но и увеличивался с очень настораживающей Олега скоростью. Чародей знал только одних существ, которые проживали в разрушенном поселении и могли пробиваться через плотные ряды отнюдь не слабой нежити, как вертолеты сквозь стаю гусей. Создателей гигантского золотого черепа: его, так сказать, «отцов».
Первый из Бессмертных показался в помещении всего лишь спустя сорок секунд. И выглядел он неважно… Даже по сравнению с той иллюзией, в которой Олег наблюдал, как плоть правителей города беспрестанно пожирает сама себя. По всей видимости, время действительно сказывалось на механизмах их возрождения далеко не лучшим образом, ибо некогда наверняка тщательно следивший за своей внешностью маг окончательно переродился в тошнотворный ужас, на который не получалось взглянуть без судорог отвращения. Голова у него оставалась человеческой, а в фигуре смутно прослеживались гуманоидные очертания, но грушевидное туловище теперь поддерживали целых пять ног, поперек груди шла громадная, не закрывающаяся зубастая пасть, откуда беспрестанно текла то ли слюна, то ли гной, а руки вытянулись метра на два и волочились по полу когтями, похожими на птичьи.
Вот только несмотря на все эти пугающие метаморфозы, мощи своей Бессмертный, видимо, не утратил. Из его глаз непрестанным потоком били какие-то странные блекло-синие лучи, под воздействием которых нежить не то разрезалась на множество очень мелких кусочков, не то взрывалась изнутри. С десяток мумий и парочку скелетов-воинов он переработал в труху буквально за секунду, заминка вышла лишь с похожим на тролля немертвым гигантом. Нет, источающий разрушительное волшебство взор омерзительного мутанта исправно проделал дырку в теле чудища — сквозную, широкую: Олег туда при необходимости целиком протиснулся бы. И это даже окончательно убило омерзительную тварь с содранной шкурой.