Владимир Мельников – Оскал Стикса (страница 41)

Включив освещение и заперев двери, Кумри прошел по длинному коридору в кухню. «Не знаешь, что делать – пей чай» – вспомнил он слова своего деда. Уже и образ давно умершего деда, почти позабылся, а улыбающиеся при виде внука губы, обрамленные седыми усами и бородой, и присказка о чае, запомнились.

Чайник занял привычное место на примусе. «Двадцать первый век! А примус, изобретенный, наверное, еще в девятнадцатом веке, все еще служит людям». Чайник довольно быстро закипел, и мужчина начал заваривать крепкий индийский чай. Вначале нагрел большой фаянсовый чайник, подержав его над огнем вверх дном. Затем в чайник, не жалея запасов, засыпал шесть ложек заварки и залил их кипятком. После набухания листьев надо было заливать кипящее молоко, но где его взять? Долил кипятком и оставил немного настояться. Немного сожалея, что чай выйдет «неправильный», пошел за сливками длительного хранения.

Под чай приходили раздумья. О пройденном жизненном пути. О нынешнем он старался не думать, а строить планы на будущее считал глупым и бессмысленным. «Хочешь рассмешить бога – расскажи ему о своих ближайших планах».

За свою долгую жизнь он мог погибнуть сотню раз. И это только те случаи, которые он знал. В горах Копетдаг попадал под камнепад и срывался при восхождении. Выжил в сбитом в Афганистане вертолете и в попавшем в лобовое столкновение с грузовиком автобусе. В том же Афгане, зацепил растяжку мины, а она по какой-то неведомой причине, не взорвалась. И еще много-много случаев. «Кысмет. Рок. Судьба».

Чай обжигал губы и расслаблял сознание. Зачем и почему он остался в этом умирающем городе? Он не знал этого. Но принял именно такое решение. Он знал, что останется в городе, чтобы не произошло, как только увидел новое небо, после вонючего тумана. «Кысмет – так должно быть». Он продолжал свою работу дворника, несмотря на всю окружающую его суету военных, полиции. После беседы с полковником Житеневым, пригласившем странного в своем спокойствии дворника к себе в кабинет, он утвердился в своем решении. Пусть все уйдут, но он хочет остаться. Он хочет видеть, что тут будет дальше. Это его судьба. Он чувствовал это.

Когда последние машины с эвакуируемыми покидали центр города, он пошел в кабинет руководителя штаба, чтобы выполнить его последнюю волю. Житенев понимал, что лотерея нового мира его обошла своим призом. Речь становилась тягучей и заторможенной. Появилась одышка, поднялась температура.

– Кумри, не дай мне бродить по земле нелюдем. Прошу тебя. Я знаю, ты это сделаешь. Как солдат солдата прошу.

– Я сделаю это. Обещаю.

Оставшись в кабинете Омаров ждал, расположившись в большом кожаном кресле. Житенев лежал на диване, укрытый пледом, тяжело дыша и иногда вздрагивая всем телом. Он постоянно что-то говорил и было непонятно, что это. То ли бред, покидающего сознания, то ли желание человека своей речью хоть на какие-то мгновения оттянуть ту самую секунду, когда он перестанет быть разумным.

Когда это мгновение наступило и прямо на середине слова, вместо его окончания послышалось урчание, Кумри встал и приготовился.

Уже не полковник поднялся с дивана. Тело плохо слушалось приказов нового хозяина, но глаза уже уловили находящуюся рядом жертву, и паразит направил тело к ней.

Неуклюжие, шаркающие шаги. Немигающий взгляд резко почерневших глаз. Протянутые к нему руки. И противное урчание. Все это абсолютно не смутило Омарова. Когда зомби приблизился и попытался схватить его правой рукой, он поднырнул под нее и, захватив предплечьем горло, потянул тело неудачливого охотника на себя, вогнал нож под лопатку. Длинное лезвие разрезало сердечную мышцу. Сердце еще какое-то время продолжало работать, от чего рукоять ножа немного подрагивала. Когда тело дернулось в последний раз, Кумри, не вытаскивая ножа из раны, оттащил его на диван и укрыл пледом лицо. Больше в этот кабинет он не заходил.

Сейчас, потягивая из чашки горячий напиток, Кумри обдумывал, куда ему стоит сходить в мертвом городе. Виноградины-спораны у него были на несколько дней. Хотелось пройти в сторону парка, но там много открытых пространств, которые твари хорошо просматривали, а развитые очень быстро преодолевали. В ту сторону он еще не ходил. Решил сходить в гаражи городской коммунальной службы. Надо глянуть, что там и как, и раздобыть плотной резины для обтюратора его самодельного глушителя на винтовку. В том же районе жил его знакомый, преподаватель из спортивного клуба, у которого дома должны были быть патроны к мелкашке.

Когда уходила колонна, ему военный предлагал оставить автомат с укороченным стволом, но он отказался. Пробивная способность и прицельная дальность слабые, шума много, боеприпасов не найти. Он отказался под непонимающие взгляды уходивших.

Дома, в маленькой каморке в цокольном этаже, выделенной ему ЖЭКом, как дворнику, у него хранилась мелкокалиберная винтовка. К ней имелось сотня патронов и глушитель, который он сам сделал. Негромкое само по себе оружие, с таким обвесом стало отличным орудием убийства в условиях города. С ним он и охотился на зомби, добывая заветные шарики из наростов на затылке.

Подойдя к двери здания, Омаров сосредоточился и прикрыл глаза. В голове возник окружающий мир в виде схемы. Прямо от двери схема была красного цвета, справа зеленая, а слева желтая. «Значит иду направо», – решил он. Способность проявилась у него пару дней назад, когда он возвращался с прогулки и оказался в окружении людоедов. Тогда, подавляя нахлынувшую на него тревогу и выравнивая дыхание, он закрыл глаза и увидел такую же схему. Вся она была красного цвета, и только в одном месте маленький сектор светился оранжевым. Когда Кумри прошел в том направлении, то понял, что зараженных там не меньше, но они слабее развиты, чем в других местах. Насколько выстрелов с короткой дистанции и сектор на схеме в голове окрасился вначале желтым, а потом и зеленым цветом. Эта способность вначале работала на пол сотни шагов, но за два дня, которые он провел на своей базе в тренировках, переходя из одного крыла здания в другое и сканируя окрестности, дистанция увеличилась шагов до двухсот. Правда способность отбирала много энергии, но употребляя споровый раствор он достаточно быстро восстанавливал внутренние силы.

Путь к дому своего знакомого он преодолел за пару часов, пережидая в укрытиях, прохода встречавшихся на пути тварей. В конце концов, попав в нужный подъезд, он замер и прислушался. Ничего подозрительного не услышав, да и цветовой маркер в голове светил зеленым окружением, двинулся к квартире.

Старая деревянная дверь не долго сопротивлялась насилию монтировки. Накладной замок сдался очень быстро и, заставив Кумри недовольно поморщиться, звеня упал на пол коридора.

Первым делом подперев входную дверь полкой для обуви и набросив цепочку, он обошел комнаты, осторожно выглядывая в окна. Затем, принялся осматривать квартиру. Патроны просто обязаны были быть. Гаража и сарая у знакомого не было, значит неучтенные, сэкономленные боеприпасы в квартире. Знакомый проживал сам в двухкомнатной квартире, поэтому патроны могли быть где угодно. Осмотр Омаров начал с зала. Внимательно с порога осмотрев комнату, прикинул, где бы он сам спрятал бы такой запас. Вариантов было немного – мебельная стенка и диван. Начав с дивана, тут же похвалил себя за правильный выбор: под двумя рулонами старых обоев лежали четыре полных коробки серых патронов по пятьдесят штук в каждой пачке.

Но и мебельная стенка не разочаровала искателя, подарив еще две пачки. Правда эти были с желтыми блестящими гильзами.

Став богаче на триста патронов, Омаров довольно улыбаясь, направился в спальню. Спальня патронами не одарила, но и там был подарок в виде охотничьего ножа, явно кустарного производства, который покоился в затертых кожаных ножнах прямо на кровати. Вероятно, что хозяин приготовил нож, собираясь уходить, но по какой-то причине забыл его. Судьба знакомца была неизвестной.

Близился вечер. Маршрут возвращения в бункер решил проложить через свою комнатку, где собирался забрать кой-какие вещи из одежды и свои награды. Уже рядом с входом в подъезд дома, включив внутренний сканер, тут же не оглядываясь рванул вперед. За спиной сканер показал яркокрасный маркер. Распахнув двери и влетев в подъезд, тут же, почти кубарем пролетел лестничный пролет в цокольный этаж. Уже находясь внизу, услышал цокающий звук быстро приближающихся шагов и резкий удар во входную дверь. От мощи удара дверь, вместе с луткой, влетела внутрь помещения. Что-то огромное проникло на лестничную площадку издавая низкочастотный звук, чем-то напоминающий урчание довольного кота.

Прижимая к телу винтовку, чтобы не задеть ею о стену, Кумри выглянул из-за угла коридора на лестницу. Никого не рассмотрев, решил на цыпочках пробраться к себе в комнату. Он умел ходить практически бесшумно и в лесу, и в домах, покореженных войной. И вроде бы, развернулся для отхода очень аккуратно, но предательского скрипа штукатурки под подошвой для неведомой твари оказалось достаточно. Резкий удар одного огромного когтя на длинной лапе оставил в слое штукатурки на стене огромную борозду всего в нескольких сантиметрах от головы старика.