Владимир Мельников – Оскал Стикса (страница 31)

– Да ясно это. По твоим рассказам, стабы в основном образовывали в местах, где уже были какие-то строения или части населенных пунктов. У нас же чистое поле. Линия обороны- два ряда колючей проволоки, жилье – палатки и навесы. Поэтому я и завел разговор на эту тему. У каждого есть какое-то виденье. Для последующей работы проектировщиков, ну, когда они появятся, необходимо какой-то костяк идеи.

– Лично у меня, – взял слово Умник, – перед глазами стоит огромный замок с башнями, стеной и бойницами, который будет сразу же на границе стаба. А все другие постройки будут расположены за ним.

– А я за сплошную и высокую стену с минным полем, – Воробей поднял руки повыше, чтобы все представили, какой он эту самую стену себе представляет. – А за стеной уже возводить капитальное жилье.

– Коллеги! У кого в ваших мирах была Вторая мировая война? – Стержень обвел присутствующих взглядом и продолжил. – В Берлине, для размещения дальнобойных зенитных орудий создавались высокие башни. Их высота достигала примерно сорока метров с толщиной стен около двух-трех метров. А теперь как я вижу наш стаб. Это одна огромная башня на всю его площадь. Не спорьте пока, дайте закончить. Если начать строительство сразу двух таких башен по краям стыка границы стаба со стандартным кластером, а потом соединить их стеной, получится внешний периметр. Потом, постепенно строиться внутрь кластера. Внутри располагать всю инфраструктуру, жилые помещения, а сверху и на наружных стенах установить вооружение.

– Это какая-то Бастилия получится. В Париже такая крепость-тюрьма была.

– Если мы берем в приоритет максимальный сбор иммунных, то рано или поздно встанет вопрос с их размещением. При застройке обычными домами, даже если они будут многоэтажными, площадь когда-то закончится. А еще склады, стоянки машин, инфраструктурные объекты. С моим вариантом эту площадь мы можем использовать с максимальной отдачей.

– Интересный вариант. Но потребует массу материалов, рабочей силы, механизмов, а главное – времени.

– Так ты, Дед Ахрип, сам же сказал, что времени тут много. Зачем что-то делать, а за тем переделывать, если можно сразу делать хорошо? Тем более, железный конь пришел давно на смену крестьянской лошадке. Это я о том, что технологии строительства уже давно ушли от каменщика с кирпичом и мастерком в руках. Будем искать строительные предприятия и оборудование, постепенно стянем его сюда и начнем.

– Вариант хороший, но трудоемкий. Я согласен, – Воробей поднял руку, – но внешний временный периметр все равно надо делать быстро. Как вариант, можно пока установить дополнительные проволочные заграждения, арматурные пики, растяжки мин, несколько огневых позиций. Пока зараженные не сильно развитые, этого хватить должно. Опять же, патрулирование ближайшей зоны будет с их отстрелом.

– Кстати, у меня вопрос по зараженным, – Умник обратился к Ахрипу. – Как быстро они развиваются. На сегодняшний день мы видели только матерых бегунов. Ни одного лотерейщика еще не замечали, хотя не факт, что их нет. Я с Котом, когда встретились и пытались из села на ферму пробраться, такую тварюку встретили, что чуть не обделались. По внешним признакам, это был мужчина, рабочий с этой фермы, на нем были обрывки фуфайки, но очень большой, морда широкая и зубастая, а ударом когтей вспорол бок бычку.

Ахрип немного подумал.

– В принципе, за день мог перейти с «пустыша» до «бегуна». Но если это было утро, а перезагрузка была ночью, то и времени как-то для этого маловато будет. По твоему описанию он уже похож на «матерого бегуна-спидера». Опять же, если учесть, что если он обратился очень быстро с момента переноса, а кормовая база была сразу же хорошая и калорийная, то гриб, который в нем развился мог, ускорить процесс развития.

– Там коровий молодняк на ферме был.

– Тем более может быть такой скачок в развитии. Если этот работяга был сам крупный человек, быстро переродился и сразу в большом количестве кругом оказалась пища, за которой не надо далеко, долго и быстро бегать, а она еще и сопротивления никакого оказать не может, то это просто рай для твари. Жри, сри, развивайся. Я понял, Умник, о чем ты говоришь. Думаешь, как скоро сюда могут прийти серьезные твари? Если такой, как ты описал, откормившийся быстро до «спидера», не имея конкурентов, очень быстро достигнет и уровня «лотерейщика». Быстро, это где-то неделя. Он, скорее всего, на ферме и осядет, а потом в селе начнет мелочь подъедать и ждать перезагрузки своей фермы. Если еще и она произойдет быстро, чем Улей не шутит, то опять на молодняке уровень нажрет.

– И таких мест может быть множество. И по близости, и далеко. И не факт, что там так иммунные могли собраться, организоваться и начать их отстрел.

– Вообще выжить они не смогут. Их без нужной информации споровое голодание доконает. Если иммунный на своем кластере после переноса остается, то споровое голодание не скоро скрутит, а как только границу родного кластера пересечет, то все – часики его уже затикали. Дальше будет ломка, ослабление организма, начнутся необратимые процессы, а потом или смерть, или обращение в тварь. Даже в запущенной стадии спорового голодания, если начнет принимать живец, может стать квазом. Кваз, я ж не всем рассказывал, это иммунный с разумом человека, но на внешний вид смотрится как тварь. Вроде матросик, которого в рейде сняли с крана, в стадии квазирования и находится. Им еще можно стать, если без ума много живчика пить, раствор гороха или жемчуг принять не в тот момент.

– Ну горох и жемчуг нам еще долго ждать придется. Тут споранов скоро перестанет хватать, если не увеличим их добычу, – Плаха достал из кармана куртки свои записи. – На сегодня у нас в остатке двести пятнадцать споранов, учитывая те, которые уже здесь удалось добыть. Плюс к ним еще шестьдесят, которые остались в Таборе на всякий случай. Постепенно, частями, они сюда попадут с выводимыми людьми. Расход живчика на человека, без травм и больших нагрузок, граммов двести-триста будет. Если взять наше сейчас количество людей и умножить, давайте на четыреста грамм, то выходит тридцать восемь литров в день. То есть, ежедневный расход споранов составляет минимум пятьдесят пять-шестьдесят штук. Сами прикиньте, на сколько дней у нас осталось споранов. Необходимо как-то увеличить их добычу. То, что ребята привезли с выездов, просто слезы. А вот-вот все таборяне сюда переберутся.

– Спасибо, Плаха! – Ахрип встал и начал ходить. Видно было, что он сильно нервничал. – Это действительно большая проблема. Очень большая. Я как-то выпустил ее из вида. Вопрос выживания. Твари еще очень слабые и не развитые в своем большинстве. Получается, что добыча споранов для нас становится сейчас самым главным приоритетом.

– А в перспективе нам надо будет думать, как давать возможность тварям развиваться, переходить на новые уровни. Количество перейдет в качество.

– Да, Плаха, как мы делали в Таборе, когда часть тварей не зачищали, отгораживаясь от них реками, отвлекая их в другую сторону, при рейде на стаб. Тогда с них можно было больше споранов взять. Но все это потом. Вот как с «нолдами» разберемся – будем думать.

– Э, нет, парни! Не получается так. Это сейчас, это завтра, а это потом. Все придется делать сразу и комплексно. Никогда и ни у кого небыло такого, чтобы в достатке были все ресурсы. Вот и получается, что талант руководителя зависит от умения правильно распределять имеющиеся ресурсы.

Воробей, выплеснув остатки своего чая на землю, подошел к карте.

– Надо группу Капота искать. Не могли же они двигаться в бесконечность, даже если у них никаких естественных преград по дороге не возникло. Может выдвинуться в том направлении?

– Все сам не сделаешь. Ты руководитель теперь другого уровня. Подбирай команду и направляй. Столько дней – еще срок очень критичный даже для новичков и неизведанной местности.

– Согласен, Дед Ахрип. Хочется ж сделать все хорошо, вот сам и рвусь.

– Подбери группу, которая пойдет вначале по их следам, а потом разделится. Одни по их маршруту, искать следы, а две по боковым границам маршрута, может они возвращаются.

– Кот с Матросом уже спелись-сработались. Их старшими пошлю. Человек двенадцать хватит. Остальные для «нолдов» нужны будут.

– Слышьте, отцы-командиры, вопрос мне покоя не дает, – в палатку ввалился Руль, – а что тут с календарем и временем. Я в толк никак не возьму. Не сочтите за труд и разъясните новичку.

– Действительно, вопрос, тот еще, – Плаха почесал затылок. – Мы же в Таборе как-то и не заморачивались этим. День прошел – хорошо. А планы строили на пару недель, от перезагрузок отталкиваясь. Календаря никакого не было, все примерно. А с временем вообще просто все было. Если светло, то день, а как темно стало, то ночь.

– Гениально, конечно, но если мы тут, как мы уже определились, вероятно единственная большая группа иммунных, которая имеет и стаб, и какую-то структуру, то и законодателями мод, традиций, правил поведения по всем направлениям, можем выступать смело, – Воробей аж подскочил со своего места, возбудившись новой идеей. – А вот давайте, придумаем и как время исчислять, и какой-нибудь календарь введем. А то, получается, спроси у кого угодно, сколько он в Улье. Если это до месяца, в старом понимании этого периода, еще ответ будет более-менее вразумительный, а дальше все примерно. Может именно для этого календарь и не нужен, но для планирования, а еще и для памяти о событиях, я думаю, это надо. Кстати, Дед Ахрип, а как это раньше практиковалось, в том, твоем старом Улье?