Владимир Мельников – Оскал Стикса (страница 33)

– Что предлагаешь?

– А вот сейчас увидишь. Ложись-ка на спину.

Воробей тут же выполнил ее желание, продолжая поглаживать ее бедро. Женщина села на его ноги и прислушалась. Приглушенные, заговорщицкие голоса были слышны отовсюду.

– Внимание всем! – громким, командным голосом выкрикнула Зея. – Хватит придуриваться, соседи. Предлагаю: на счет «три» – начинаем все вместе. И если возражений не последовало, начинаю отсчет. Раз! – она, перебирая коленями переместилась на живот возлюбленному, – Два! – быстро склонившись, поцеловала его в губы, – Три! – резко выпрямившись, опустилась на давно готового к бою «другана» Воробья, издав стон удовольствия.

В палатке стало происходить что-то невообразимое. Она наполнилась стонами, громкими возгласами женщин, рычанием и выкриками мужчин, и другими звуками, которые обычно сопутствуют жаркому сексу.

Девчата, собравшиеся возле женской палатки, прекратив вечерние водные процедуры, удивленно обернулись на звуки «семейного общежития».

– Ни фига себе оргия! Во как народ отжигает!

– Сдается мне, что новые жильцы ввели там новые правила.

– Может подойдем по ближе. Послушаем, – одна из девушек, скорчив невинное личико, посмотрела на подруг. – Хочется, аж жуть!

– Хочется послушать или так же покричать? – Марьяна, перебросив мокрое полотенце через плечо, направилась к палатке. – Пошли все спать.

Согласившись, все по очереди начали заходить в палатку, продолжая оглядываться, прислушиваясь к постепенно затихающему ору соседей.

– Засни тут теперь. После таких воплей буду до утра мужиков представлять.

Глава № 27.

Женская палатка

Ахрип с Плахой зашли в палатку, выделенную для женской половины стаба.

– Ну что, девчата, как устроились? Вот зашли узнать, что по хозяйственной части вам надо, с женской точки зрения. Плаха для рейдовиков потом заявки составит.

Одна из женщин, которая стирала что-то из белья, отвлеклась от своего занятия: – В основном, все почти есть. Понятно же, что сейчас не до жиру. Желательно, для больших постирушек, емкость какую-нибудь, типа ванной. Там же и купаться можно будет, когда с водой проблему решим. А еще, девчата поддержат, женских средств гигиены надо бы нам.

Плаха сделал пометки в своем блокноте: – За ассортимент не ручаюсь, но ребятам задачу поставлю. С водой думаем, это для всех пока проблема. Пока основное количество ее на еду, а на помывку – самый мизер. Да и то, только для вас. Мужики все к речке мотаются. Кстати, Дед Ахрип, может и девочек всех автобусом как-нибудь свозим на пляж, пусть откиснут в проточной водице?

– Я за. Планируй сам, когда, сколько и кого в охрану выделить. Кстати, надо следить за всеми по гигиене. Кто-то может и привык по принципу «Моется тот, кому лень чесаться», но тут, только выйди за стаб, на запах потняков все твари сбежаться могут.

– Этот гребаный мир нам как наказание за прошлую жизнь.

– Чего ты так пессимистично, Белка?

– А как по-другому все это расценивать? Вот вроде жила, не грешила, если смотреть с религиозных понятий, разве что, самую малость. Никого не обижала, училась, работала, бездомным котам и собакам кушать давала. Но почему-то именно меня переместило в Улей, где я только в первый день раз десять не попала в зубы тварям. И теперь, если не сожрут или не застрелят, буду вынуждена вечно бороться за выживание. Как наркоманка – зависеть от приема живца. И отсидеться в каком-нибудь бункере, под чьим-то крылышком, не получится – трясучка достанет. Элементарное занятие – купание, теперь трудно решаемая проблема. Это тот самый ад, которым нас пугали в той жизни. Вечное страдание. А твари, по-видимому, в рай попали. Одна забота – пожрать. Никаких обязанностей и проблем у них нет. Одежда и жилье им не нужны, трудиться им не надо, размножение даже им не нужно. Жри и спи.

– Ты, вроде как, сожалеешь, что у тебя иммунитет? Считаешь, что лучше тварью было бы оказаться? Есть доля правды в твоих словах. Давай вначале посмотрим на этот мир глазами переродившихся людей.

Они, как и ты, и все остальные иммунные, накануне строили планы, мечтали, любили. И вот, вдохнув кисляка, мутировали. Да, ты права, теперь главное для них, это найти еду. Причем еды надо много, так как паразит требует от них развития. А для подавляющего большинства кормовая база ограничена. В первую очередь ищут иммунных, которые рядом. А их хотят отведать и другие, поэтому тут на перегонки, кто первый добежит. Их же хотят более развитые обратившиеся, которые, в лучшем случае, оставят жалкие объедки, а то и, если не удалось насытиться, закусят менее развитым собратом. А еще их убивают иммунные ради потрохов спорового мешка. А еще, им, как и иммунным, надо убегать от перезагрузки кластера и многие погибают, не успевая этого сделать из-за травм и ранений. А сколько из них погибают от голода в своих домах, квартирах, автомобилях? Так что, еще надо подумать, кто тут больше страдает, иммунные или твари.

А в добавление на тему: «Рай тут или Ад», добавлю. Был когда-то давно у нас парень с редким даром, кстати, очень неприятным для носителя. Ему руководство стаба работу подобрали никак не связанную с рейдами. Он чувствовал эмоции умирающих иммунных и тварей. Так вот, у иммунных это были, как правило, боль, досада, обида, удивление. А у тварей – только облегчение. Всегда. Он их и тварями не называл, а только Иными. Получается, что, находясь даже в теле очень развитой и успешной твари, душа, ну или, если хотите, сознание первоначального носителя, испытывала такие мучения и страдания, что, освобождаясь от тела, практически радовалась этому.

Вот и думай теперь, у кого тут ад, а у кого рай. Может тебе, как способной вынести большее, и дано было стать именно иммунной, ну или как менее грешившей.

Ахрип, подмигнув девчатам, покинул палатку за уже вышедшим Плахой.

Глава № 28

.

Атака на «нолдов»

Для «проверки на прочность» обороны «нолдов» было создано три группы. Первая – атакующая, она же, отвлекающая. Всего пять бойцов, не считая водителей, во главе с Воробьем, должны были подойти на максимально возможное расстояние к передовым постам противника и навязать им скоротечный бой. Основная задача этой группы была в том, чтобы выманить силы «нолдов» из их укрепленного лагеря и заставить себя преследовать, а за тем подставить под фланговый удар второй группы, которая должна была находиться в засаде. Засаду организовывал Стержень.

Третья группа во главе с Дедом Ахрипом действовала автономно. В ее задачу входило, дождавшись реакции врага, атаковать лагерь с противоположной стороны.

– Ты, Воробей, на рожон не лезь. Как первых заметите, сразу обстреляйте и отходите. Твои парни не салаги, но опыта у вас в боевых операциях полный ноль. Лучше бежать без оглядки, чем потерять кого-то. Водителям еще раз повторишь, чтобы автомобили не глушили, а при отступлении уходили разными маршрутами.

– Да ясно. Все уже по минутам разобрали. Погрузку и выгрузку двадцать раз отрепетировали.

– А с ранеными?

– И с ранеными тренировались.

– У тебя как с даром? Улучшения есть?

– Если с перерывами, могу делать прыжки до двадцати метров с десятиминутным перерывом. А если цепочкой использую, то три прыжка по десять метров, а потом «откат» минут на двадцать.

Даром Воробья был «телепорт». В первые месяцы после обнаружения дара он мог перемещаться на расстояние своего тела, то есть, со стороны это выглядело, как скачок на шаг во время моргания наблюдающего. Постоянные тренировки увеличили расстояние и продолжительность дара, но использовать его в реальной боевой обстановки еще Воробью не доводилось.

– Все, выдвигайтесь. Мы тоже поехали. Нам дальше объезжать.

Воробей осматривал опушку леса в бинокль, но ничего подозрительного не замечал. Остальные бойцы группы были в ста метрах позади него, дожидаясь команд.

– Командир, – голос шепотом заставил Воробья вздрогнуть, – не шевелись. Они наблюдают в эту сторону.

– Ваза, ты что-ли?

– Да, командир. Я в «скрыте» прошел сюда за ними, а дальше никак. Уже два часа тут валяюсь. У них в ельнике справа машина стоит, а у меня живец закончился. Аппаратуру расставляют по лесу.

– Наверняка «следилки» или сигнализацию.

– Вероятнее всего, что такую. А когда работать начинают, из этих мест вся живность разбегается. Первыми птицы улетают, а потом и животные. Бегут так, как будто у них хвосты горят. Зайцы прямо по мне пробежали. Наверняка какая-то отпугивающая аппаратура, чтоб на них следящие приборы не отвлекались.

– Видел, сколько их тут?

– Работают всегда четверо, но в машине еще должны оставаться. Периметр оборудуют. Я уже три таких точки за ними наблюдаю издали. Вот сейчас их машина переезжать начала, а я к тебе переберусь.

Ветки куста чуток зашевелились и рядом с Воробьем примялась трава. Тут же проявился и Ваза.

– Дар качнулся у тебя?

– Жить захочешь – что угодно прокачаешь. Сам до двадцати минут могу оставаться невидимым, если быть неподвижным. Если тебя накрою, что время думаю сократиться. Сейчас не до экспериментов. Уходим, командир?

– Уходим, но не так, как ты думаешь. С боем пойдем. Сможешь к нашим скрытно пройти?

– Запаса дара еще достаточно. Но от глотка живчика не откажусь.

– Тогда хлебни и давай к ним. С той стороны поляны начинайте их из пулеметов поливать. Ты подкорректируй направление.