Владимир Мединский – Рассказы из русской истории. Профессионалы Империи. Книга седьмая (страница 3)
Сделано это не без умысла. В особом статусе безбрачного монаха, не имеющего собственности, есть серьезная, веками сложившаяся логика: чем более высокую должность занимает человек в церковной иерархии, тем большую роль он играет в распоряжении должностями и церковным имуществом. Тем больше у него появляется разного рода соблазнов. У монаха, соответственно, соблазнов минимум – то, чем ты распоряжаешься, ты никогда никому не можешь передать по наследству. Как ты родился, в том перед Богом и предстанешь.
Сперанский отказывается от принятия монашества и от церковной карьеры. Он делает выбор – переходит на госслужбу, в канцелярию генерал-прокурора Сената. Как бы сейчас сказали, в Администрацию Президента.
Служебная карьера Сперанского развивается стремительно. Менее чем за три года он сделает карьерный рывок, фантастический для чиновника той эпохи.
Начинает делопроизводителем с чином титулярного советника, всего через три месяца получает следующий чин, а через три года достигает статского советника. Статский советник – это почти генерал на гражданской службе, с обращением «ваше высокородие». Сперанскому на тот момент нет еще 26 лет[13].
Карьерный рывок происходит вовсе не потому, что Сперанского особенно «тянул» Куракин. Нет. Если бы все зависело только от него, после опалы князя звезда Сперанского закатилась бы навсегда. Но Сперанский никуда не делся, он и после опалы Куракина остался работать в канцелярии Сената в той же высокой должности. Почему? Потому что был очень работоспособен и эффективен.
Эталонный трудоголик
Сперанского отличала феноменальная работоспособность. Всю свою жизнь он будет выдерживать рабочий график, который мало кому под силу выдержать и в течение года. Каждый день без выходных Сперанский вставал в 5 утра. В 8 утра он уже начинал официальный прием посетителей, а весь рабочий день, как правило, длился 18–19 часов.
Производительность, помноженная на острый ум, прекрасную эрудицию давала свои результаты. На любом посту, который занимал Сперанский, он очень быстро становился практически незаменимым.
После известных событий[14] императором становится молодой Александр I, и Сперанского тут же забирают в свою команду младореформаторы[15]. Точнее говоря, один из младореформаторов – граф Кочубей[16]. Тут уже все совпало. Реформаторы-романтики, так называемый Негласный комитет при Александре – все преисполнены идеей Просвещения. Они стремятся как можно быстрее начать реформы, отменить крепостное право… В общем, сделать что-то хорошее.
Член Непременного совета и Негласного комитета. Взял Сперанского в свою команду
Конечно, Сперанский к этому времени уже никак не юный романтик; он опытный 30-летний чиновник, тоже убежденный приверженец идей философов Просвещения.
Во время искреннего увлечения царя и его команды проектом глобальных реформ Сперанский приходится очень ко двору. За несколько лет по поручению Кочубея и Негласного комитета он подготовил сотни указов, писем и распоряжений самого либерального направления.
В 1806 году его ждало новое возвышение. Случилось так, что Кочубей, к этому моменту граф и министр внутренних дел, чем-то тяжело заболел.
Пока Кочубей болел, вместо него на доклады к Александру I стал ходить Сперанский. Император пришел от него в абсолютнейший восторг. Что привлекло Александра, я думаю: Сперанский очень не похож на других.
Перед императором всегда были люди как бы трех категорий. Первая – это воздушные такие, возвышенные, знатные романтики-реформаторы, как Кочубей, Новосильцев[17], Чарторыйский[18]. Ну, об этом обо всем мы говорили, рассказывая в мини-курсе лекций об Александре I.
Вторая категория – старые екатерининские вельможи – неторопливые тугодумы, эдакие троекуровы.
И третья – серые, невзрачные чиновники… Исполнительные, но безынициативные.
У государя, все еще желающего что-то изменить к лучшему, все они равно вызывали раздражение. И тут появляется Сперанский, так не похожий ни на кого! Он такой же просвещенный и энергичный, как младореформаторы, такой же осторожный и взвешенный, как старые екатерининские вельможи, и притом знает всю профессиональную рутину лучше любого чиновника.
Александр I получает уникального человека дела. Сперанский не только предлагает, ЧТО сделать, но точно знает, КАК это сделать. Он может написать план-график работы, выражаясь сегодняшними словами, умеет установить ключевые показатели эффективности (KPI). Он может поэтапно, по дням и по месяцам, расписать, что надо делать вслед за чем и кому что поручить. Он может взять все поручения на контроль. А если ему дать полномочия, умеет лично добиться исполнения утвержденного проекта.
Государю, все еще желавшему что-то изменить к лучшему, нужен был такой человек
С военной реформой у нас ассоциируется главным образом Аракчеев. Начиная с этого периода со всеми гражданскими реформами Александра нужно связывать их главного соавтора и исполнителя – Сперанского. Тогда-то Александр и берет его на встречу с Наполеоном в Эрфурт[19].
На встрече в Эрфурте французы уделяют Сперанскому большое внимание… даже избыточно большое. Его засыпает комплиментами сам Бонапарт.
И вот тогда появляется первая червоточинка. Теперь другие члены русской делегации начинают ревновать Сперанского не только к Александру, но и к его европейской известности. И вообще, что-то он слишком независимый и значимый! Обратите внимание на это. Ибо его популярность в Европе и связи с Францией самым трагичным образом отразятся на его судьбе.
План реорганизации Империи
После Эрфурта Александр просит Сперанского представить ему план реформ – план «Как нам реорганизовать Рабкрин» XIX века. Это план реорганизации Империи, только без радикализма. Александр уже не хочет никаких крайностей, он наелся этого еще до Аустерлица.
Вскоре наш герой такой план представляет – в мельчайших деталях[20]. Как бы сейчас сказали, с графиками, таблицами и целевыми показателями. Не буду описывать его подробно, все равно запомнить сложно. В этом плане масса деталей, касающихся реорганизации учреждений, установлений, законодательства. Для того чтобы это все запомнить, надо жить в той эпохе и понимать, о чем, собственно, идет речь.
Лучше широкими мазками, каковы были основные направления.
Первое. Сперанский считает, что пока отменить крепостное право невозможно, но предлагает план его поэтапного ограничения[21].
Второе. Предлагается комплекс мер, которые постепенно, в течение нескольких лет, как этого хочет и сам Александр, превратят абсолютную монархию в монархию конституционную. С внятным, вполне американским стилем разделения властей: отдельно власть исполнительная во главе с монархом; власть, контролируемая монархом и передаваемая по наследству. Отдельно власть законодательная. Отдельно – совершенно независимая – судебная власть.
По тем временам план реформ 1809 года… назовем его «Планом Сперанского»[22] – это был немыслимый прорыв в уровне государственного мышления. Конечно, реализован он не был, хотя Александру I сначала понравился. Император буквально носился с этими листами бумаги, всем показывая и рассказывая, пытаясь увлечь проектом реформирования собственную команду.
Но постепенно более консервативные министры, семья, окружение, я уже не буду говорить про военных… Все они скопом убеждали императора: эти предложения слишком радикальны. У нас близится война с Наполеоном, в ее преддверии нельзя ломать сложившуюся государственную систему. Сначала надо разобраться с внешнеполитическими проблемами, только потом переходить к внутренним. В общем, план этот так и остался на бумаге. Но кое-что Сперанский сделать смог, о чем мы и поговорим.
Из реализованного
При участии Сперанского была завершена реформа образования[23]. Возможно, это лучшее достижение Александровской поры. Кстати, идея создания Царскосельского лицея, сверхэлитного образовательного учреждения, – тоже идея Сперанского[24].
Полотно масштабное – почти девять на четыре метра. Восемьдесят один человек во главе с Николаем II
В 1810 году создан Государственный совет. Сегодня в Российской Федерации тоже есть Госсовет, но это совсем другое учреждение. Тогда же в Госсовет входили, во-первых, все министры, то есть это был квази-Совмин. Далее. Как сегодня в Совет безопасности, туда входили силовики и отчасти высшие военные чины. Наконец, в Государственный совет входили просто наиболее авторитетные, уважаемые и влиятельные люди Империи и деятельные члены августейшей фамилии.
Государственный совет был органом, который рассматривал все инициативы, все серьезные законопроекты и советовал царю, как должно вести государственную политику. Такой совещательно-рекомендательный орган при императоре, на мнение которого государь мог опираться как на полноценную общеимперскую экспертизу. Кстати, Госсовет доказал свою жизнеспособность. Вспомним знаменитую картину Репина, копия с нее висит у меня в кабинете на работе… Репин изобразил юбилейное заседание, посвященное столетию (!) создания Госсовета, – в 1901 году[25].