Владимир Мединский – Рассказы из русской истории. Петр I. Начало. Книга третья (страница 3)
Тишайший разобрался и с Разиным, и с т. н. Украиной
Мы называем царя Алексея Михайловича Тишайшим.
Но «Тишайший» – это не прозвище, как может показаться. Это титулование, которое появилось в Москве в результате постоянных дипломатических контактов Руси с Западом. При переводе с латыни обычное величание европейских монархов Clementissimus («Милостивейший») у нас почему-то перевели как «Тишайший». Так в длинном титуле московских государей появилось это слово.
«Тишайшими» были и Алексей Михайлович, и его сын Федор Алексеевич, и другой его сын, которого, возможно, несправедливо называли слабоумным, Иван Алексеевич Романов. И даже Петр в начале своего правления назывался Петром Алексеевичем Тишайшим. Сложно нам сейчас представить Петра Великого этаким «Тишайшим», но по документам было именно так[7].
Возвращаясь к Алексею Михайловичу, приведу свидетельство одного иностранного дипломата:
Алексей Михайлович, правда, любил особую охоту – соколиную. Московский район Сокольники получил название именно от этого увлечения царя. Он в этом «охотничьем» вопросе разбирался глубоко, содержал питомник специально обученных птиц. И даже написал трактат об особенностях национальной «соколиной» охоты.
Еще царь Алексей Михайлович любил играть в шахматы, как, кстати, и Иван Грозный. Ему нравились рассказы о путешествиях и далеких землях. И вообще, был, как сказали бы сейчас, «убежденным западником». Он заводил полки «иноземного строя», создавал первые мануфактуры…
Театра еще не было, но при нем появились театральные представления заезжих трупп, «игрища», как их называли. В его дворце висели картины и даже зеркала. Невиданная тогда вещь.
В общем, вполне европейский монарх. В селе Измайлове по приказу царя посадили виноградники. На протяжении целой версты, то есть значительно больше километра. Там же разбили сад с заморскими деревьями. Вот такой райский уголок, «парадиз», был в Москве XVII века. По этому замечательному фруктово-виноградному саду впоследствии любил гулять с наставниками маленький царевич Петр[8].
Взвейтесь, соколы, орлами!
Сам век, в котором правил царь Алексей Михайлович, конечно, тишайшим не был. Историки называют его
Бунташный век
Похож
Алексей Михайлович вовсе не был таким сказочным царем-увальнем. Лично водил войско на войну и был весьма осмотрительным и разумным полководцем. По крайней мере ни одного крупного поражения с ним не связано[9].
Есть одна забавная история про то, как известный тогда чешский художник Вацлав Холлар, он работал в технике офорта, сделал в 1663 году работу «Подлинный портрет кота Великого князя Московии». Он, как считали современники, является закамуфлированным портретом самого царя Алексея Михайловича.
Правителей было принято изображать в официальном, парадном одеянии. Такие портреты обычно мало передавали суть человека. А тут – кот, в котором виден именно характер царя. И мягкий, и суровый, и уши торчком. Весьма серьезный кот-царь получился[10].
Весь в мать
Петр родился от второй, молодой жены Алексея Михайловича. Кстати, все Романовы по мужской линии царя Алексея Михайловича были довольно слабые, болезненные. А вот Петр же, наоборот, был очень силен и высок, «официально признанный» рост – 2 метра 4 сантиметра.
Великан. Представьте, обычные люди ему были где-то ниже плеча. При этом Петр очень худой, с узкими плечами. В нынешних петербургских музеях любят рассказывать про его 48-й размер одежды. Верится с трудом. Думаю, кафтаны, на которые они ссылаются, просто усохли от времени. При огромном росте у него маленький размер ноги. Он не любит стоять, все время находится в движении. Не идет, а практически бежит. Его сподвижники вынуждены тоже бежать трусцой за ним. Он не очень складный, но очень сильный физически.
Говорят, похож
Есть памятник работы Шемякина в Петропавловской крепости. Почему-то считается самым точным изображением Петра. На мой взгляд, это полная галиматья, какая-то карикатура на императора. Но с художника какой спрос? Он так видит. На самом деле наиболее точное изображение Петра – это картина Годфри Неллера 1696 года. На картине Петру 25 лет. Если убрать парадные доспехи, мы увидим довольно симпатичного молодого человека с круглым лицом, усиками, худощавого. Но эта худоба заметна только из-за его большого роста.
Симпатичный молодой человек – как раз для обложки
Развязывал кочергу
Добавлю, что любимой забавой Петра было взять монету, тогда они были довольно крупными, двумя пальцами согнуть ее пополам и подарить какой-нибудь девушке в качестве сувенира. Со словами, мол, найдешь парня, который разогнет, смело выходи за него замуж, крепкий парень, значит.
Кочергу он сгибал просто шутя. Со своим другом и собутыльником Августом Саксонским Сильным они, выпив, любили почудить. Петр завяжет кочергу, а Август, тоже парень неслабый, (прозвище подтверждает) ее развязывает[11].
Он вышел ростом и лицом – спасибо матери с отцом
Первая жена Алексея Михайловича не преодолела в сыновьях наследственность – династическую хилость и болезненность потомства патриарха Филарета (Романова). А вот Наталья Кирилловна Нарышкина, вторая жена и мать Петра, сумела. Петр пошел в мать и ростом, и статью и был очень похож на одного из ее братьев, своего дядьку – Федора[12].
Несколько слов о здоровье Петра. Это, естественно, играло потом большую роль в жизни царя и всего царства. С современной точки зрения больных в те времена практически не лечили. Либо человек излечивался сам с помощью бани, трав, кровопускания, либо умирал. Спасал только невиданной силы иммунитет, которым обладали тогдашние люди. Спасала непотревоженная экология.
Была колоссальная детская смертность. Жесточайшего естественного отбора не миновали даже царские дети, у которых условия жизни были несоизмеримо лучше, чем у обычного населения. При максимально хорошем уходе за новорожденными из десяти детей первого царя династии Романовых Михаила, деда Петра, до взрослого возраста доживают лишь четверо. То есть детская смертность в царской семье 60 (!) процентов.
Из тринадцати детей Алексея Михайловича, рожденных Марией Милославской, взрослыми станут только шесть. Менее половины! Из трех детей, рожденных Натальей Нарышкиной, жить останутся двое. Девицы Романовы были более живучи, чем мальчики. И так получилось, что Алексей Михайлович стал отцом целого выводка неплохо, по тогдашним меркам, образованных царевен. Жаль, замуж ни одна из них так и не вышла.
Горькая судьба сестер
Причины понятны. За кого может выйти замуж царская дочка? Их было шесть, включая царевну Софью, о ней разговор пойдет отдельный. Православные царевны могут выйти только за православных, причем равных им по статусу. Кто у нас православные государи в те времена? Черногорский владыка? Ну еще молдавский князь? Все. Список исчерпан.
Все православные страны тех лет, Сербия, Греция, все под турками. Значит, надо выходить замуж за своих бояр.
Тут встает вопрос и права, и традиции тех лет. Выходя замуж, девица обретает титул и состояние своего супруга. Она «ЗА мужем». То есть боярская дочь Нарышкина с момента замужества – государыня. А если царская дочь, царевна выходит за дворянина, она с того дня – обычная дворянка. И все. Жизнь потеряна. Найти же ровню практически невозможно.
Все круто, но замуж охота