Для культуры в целом более всего характерны сосуды 1-го типа. Их форму можно считать руководящей. Затем следует посуда 3-го и 5-го типов. Интересно, что к разным районам Северо-Восточного Кавказа приурочена керамика с преобладанием определенных орнаментальных элементов. Так, на территории Восточной Чечни это в основном налепные валики; для большей части Дагестана (до условной границы Избербаш-Учавлах-Урма) — сочетание налепных валиков и прочерченного узора, южнее чаще всего встречается керамика с прочерченным узором и отдельными налепами (исключение составляют район Дагестанские Огни-Маджалис; местные памятники содержат керамику с налепными валиками).
Помимо посуды, среди изделий из глины можно еще отметить предмет в виде катушки (табл. 108, 14), найденный в гробнице могильника Тарки II (Смирнов К.Ф., 1951, с. 245, 253, рис. 13, 8). Модель колеса из Капчугая (Марковин В.И., 1954, с. 329, рис. 46) и пряслица из Курчалоя (Марковин В.И., 1969а, с. 60, 61, рис. 26, 3, 4; табл. 108, 13, 15).
Металлические изделия в памятниках культуры встречаются редко. Это оружие, орудия труда и украшения. К сожалению, пробы металла предметов почти не производились. Исследования находок Харачоевского могильника показали, что многие вещи сделаны из бронзы со следами олова, хотя в браслетах оно не отмечено (Круглов А.П., 1958, с. 79, 80, табл. 4), но металлические находки из Курчалоевского зольника (раскопки В.И. Марковина) оказались изготовленными по старой рецептуре — из мышьяковистой бронзы (анализы Е.Н. Черных, 1965 г.). Как видно, за время существования культуры происходило изменение в составе бронзовых сплавов — переход от мышьяковистой бронзы к оловянистой (Черных Е.Н., 1966, с. 92, рис. 26).
Уже давно было обращено внимание на то, что в составе погребальных памятников культуры почти отсутствует вооружение (Круглов А.П., 1958, с. 78). Подобных находок зафиксировано немного: 1) медный (?) наконечник стрелы листовидной формы с плоским широким черешком (длина 6,9 см); погребение 3 могильника у сел. Берикей (Круглов А.П., 1958, с. 73, 144); 2) «наконечник бронзового втульчатого копья» или «медный копьевидный нож» (длина 17 см); найден М.И. Исаковым в Таркинском могильнике (Исаков М.И., 1957, с. 131; Крупнов Е.И., 1951б, с. 210, 222)[70]; 3) бронзовый листовидный нож (длина 12,6 см, ширина 3,3 см; табл. 109, 1); найден в ящике у сел. Тарки (Смирнов К.Ф., 1951, с. 242, 255, рис. 14, 4; Марковин В.И., 1969а, с. 60, 61, рис. 26, 7); 4) бронзовый нож-кинжал (длина 17 см; табл. 109, 2); Талгинский могильник, погребение 1 (Исаков М.И., 1957, с. 126, 128, рис. 53, 1; Марковин В.И., 1969а, с. 60, 61, рис. 26, 6; Котович В.Г., 1978б, с. 62, рис. 2, 10); 5) бронзовый «копьевидный нож с продольным ребром» (длина 15 см; табл. 109, 3), Талгинский могильник, погребение 6 (Исаков М.И., 1957, с. 129, 130; 1966, с. 33, 34, № 434, табл. 4, 5); 6) бронзовый листовидный нож с черенком; обнаружен в ящике у сел. Кафыркумух (Котович В.Г., 1978б, с. 69, рис. 2, 7). Имеются еще неясные сведения о находке «бронзового копья» в местности Хаченег у сел. Леваши (Марковин В.И., 1969а, с. 62).
Таблица 109. Каякентско-харачоевская культура. Бронзовые предметы из Дагестана (1–5, 7-10, 12–14,20, 22) и Чечни (6, 11, 15, 18, 19, 21).
1 — сел. Тарки, каменный ящик; 2, 3, 13, 20 — курорт Талги, погребения 1 и 6; 4, 8 — сел. Тарки, могильник 2; 5 — сел. Каякент; 6, 11, 15, 18, 19, 21 — сел. Харачой, погребения 2, 46, 5, 16; 7, 22 — сел. Новый Чиркей, овраг Ачи; 9 — сел. Учавлах; 10, 14 — ст. Манас, погребение 1 кургана 1; 12 — сел. Маджалис; 16 — г. Буйнакск, могила XXVI-?; 17 — сел. Кабарты-Кутан.
1 — работы В.И. Марковина; 2, 3, 9, 13, 20 — работы М.И. Исакова; 4, 8, 10, 14 — работы К.Ф. Смирнова; 7, 22 — работы Н.Д. Путинцевой; 12 — работы Б.Е. Дегена; 16 — работы Ф.А. Афанасьева; 17 — работы М.И. Пикуль.
Среди орудий труда можно отметить два бронзовых шила четырехгранной формы с приостренными концами (длина до 8,5 см; табл. 108, 4, найдены в разрушенных ящиках у сел. Тарки (Марковин В.И., 1969а, с. 60, 62, рис. 26, 5).
В каякентско-харачоевских погребениях преобладают находки металлических украшений (браслеты, налобные ленты, различные подвески). Браслеты характерны для женских захоронений. Однако в могильнике Тарки II на костях левой руки мужского скелета были обнаружены три браслета (Смирнов К.Ф., 1951, с. 241, 242, 253, рис. 9, 1; 13, 1). В Харачое (погребение 46) на руках мужского костяка также находилось по браслету (Круглов А.П., 1958, с. 71, 137, рис. 62, 10, 11). Наиболее распространенным — первым типом являются массивные браслеты, согнутые в виде овального или круглого кольца (величина 8×7 и 7×7 см; табл. 109, 5–7). Концы у них сближены и слегка приострены или ровно обрезаны (Тарки, Харачой — погребения 2, 5, 16, 27, 29, овраг Ачи у селений Чиркей, Каякент, Мамай-Кутан, Миатлы, хут. Тахиркала). Сечение прута круглое, овальное или подтреугольное (Крупнов Е.И., 1940, табл. 1, 1; Смирнов К.Ф., 1951, с. 102, 253, 255, рис. 13, 1, 4; 14, 1, 2; Круглов А.П., 1958, с. 114, 121–123, рис. 47, 9, 10; Котович В.Г., 1959, с. 137, табл. VI, 7; Марковин В.И., 1969а, с. 22, 63, 64, рис. 5, 11, 12; 27, 1–6; Магомедов А.Р., 1980, с. 56, 57, рис. 5, 5). Данный тип браслетов впервые был выделен К.Ф. Смирновым (Смирнов К.Ф., 1951, с. 252).
Браслеты второго типа сделаны из проволоки неравномерной проковки. Свернуты они не аккуратно, один или оба конца заострены, но не сомкнуты (табл. 109, 8). Такие браслеты найдены в могильниках у селений Тарки, Каякент (погребение 17), у курорта Талги, Мискинбулаке (Крупнов Е.И., 1951б, с. 215; Смирнов К.Ф., 1951, с. 252, 253, рис. 13, 1; ОАК за 1898 г., с. 150; Исаков М.И., 1959, с. 128, рис. 53, 3; Котович В.М., 1978, с. 91, рис. 3, 54, 55).
Третий тип браслетов — это кольца неправильной формы с заходящими концами, из проволоки круглого сечения (табл. 109, 9, 10). Известны по находкам в Маджалисе, Учавлахе, Манасе (курган 1, погребение 1), Бураганшоб у Старого Чиркея (Круглов А.П., 1958, с. 146; Исаков М.И., 1959, с. 218, 219, 231, № 27, табл. III, 2; Путинцева Н.Д., 1959, с. 15, 16, табл. XVII, 2, 4; Марковин В.И., 1969а, с. 63, 54, рис. 27, 10, 12).
Четвертый тип браслетов — тонкие полосы металла с заходящими друг за друга концами (табл. 109, 11). Лучше всего представлены в Харачоевском могильнике (Круглов А.П., 1958, с. 137, 138, рис. 62, 10, 11).
Пятый тип браслетов — довольно толстые полосы бронзы овального и подтреугольного сечения с расплющенными и закругленными концами. Концы заходят друг за друга (табл. 109, 12). Найдены в Дарго, Маджалисе, Миатлы (погребение 1 кургана XI группы), Кабарты-Кутане (Круглов А.П., 1958, с. 71, 100, 146; Костюченко И.П., 1959, с. 18, рис. 23, 1; Пикуль М.И., 1959, с. 158, рис. 2, 1).
Шестой тип браслетов представляет собой массивные стержни (толщиной до 1 см), изогнутые в виде подковы (табл. 109, 13, 14). Подобные браслеты, правда несколько более широкие, А.А. Иессен считал ножными (Иессен А.А., 1935в, с. 158, рис. 26, 2). В описываемых памятниках они встречаются редко. Найдены в Кафыркумухе (Государственный музей Грузии, № 143-13; Марковин В.И., 1969а, с. 64, 65, рис. 28, 2, 3), Манасе (курган 1, погребение 1), Талги (Смирнов К.Ф., 1951, с. 252; Исаков М.И., 1957, с. 126, 128, рис. 53, 2), Мискинбулаке и Инчхе (Котович В.М., 1978, с. 89, 97, 98, рис. 3, 55, 56; 6, 7).
Среди других украшений следует отметить наперстные кольца с несомкнутыми концами и в виде спиралек (могильники Тарки II, Учавлах, Каякент — погребения 20, 31, 32). Более массовыми являются находки височных подвесок (привесок). Это своеобразные прототипы серег. Они характерны для женских захоронений (при мужском скелете найдены в могильнике Тарки II). Очевидно, подвески нашивались к головному убору (волосяному мешку) у виска. В каякентско-харачоевских памятниках они встречаются в виде круглых и овальных колечек с разведенными в разные стороны концами. Сделаны из бронзового прута (до 3 см в высоту; табл. 109, 18–20). Такие подвески известны на Кавказе с III тысячелетия до н. э. В памятниках описываемого круга известных среди находок из Харачоя (погребения 2, 16, 22, 44). Тарки II, Талги (погребение 1), Каякента (погребение 11), Кабарты-Кутана и др. (Смирнов К.Ф., 1951, с. 252, 253, рис. 13, 2; Исаков М.И., 1957, с. 252, 253, рис. 13, 2; Круглов А.П., 1958, с. 103 и след., рис. 25, 3, 4; Пикуль М.И., 1959, рис. 22; ОАК за 1898 г., с. 147). В Мискинбулакском могильнике височные подвески круглой и овальной формы встречались в связках — соединенными по семь штук вместе. Там же был найден особый вид подвесок «в виде округлого или подковообразного кольца с незамкнутыми концами, один из которых слегка раскован» (Котович В.М., 1978, с. 90, рис. 3, 44–46).
Более крупные пластинчатые подвески (до 7,5 см в высоту) имеют овальную форму. Лопасти у них сильно расширены и закруглены (табл. 109, 15, 16). Они встречаются очень часто и характерны для культуры в целом. Перечисление подобных находок в соответствующих могильниках заняло бы много места, и здесь мы его опускаем (Марковин В.И., 1969, с. 66, 67, рис. 28, 8-11). В Кабарты-Кутане найдены массивные подвески (из прута толщиной до 0,6 см) почти подпрямоугольной формы (Пикуль М.И., 1959, с. 159, рис. 2, 4). Такого рода украшения (табл. 109, 17) в противоположность предыдущим подвескам нехарактерны для культуры, но известны по памятникам типа Зандакского могильника (Марковин В.И., 1964, с. 85, рис. 24, 8).
