Владимир Марковин – Эпоха бронзы Кавказа и Средней Азии. (страница 131)

1-й тип посуды (табл. 107) — это наиболее распространенные и самые крупные сосуды с широким туловом и непропорционально узким дном (они редко имеют ручки). Венчик сильно отогнут наружу (тип А по К.Ф. Смирнову и I тип по В.И. Марковину и В.Г. Котовичу). Среди них встречаются покрытые обмазкой (сохраняют следы движения пальцев) и гладкие. Иногда обмазку заменяют комочки глины или имитация ее штрихами. Таковы черепки посуды из Таркинского могильника, у ст. Манас (погребения 4 кургана 2), могильника у сел. Учавлах (табл. 107, 7, 16) (Крупнов Е.И., 1951а, с. 213, рис. 5, 1; Смирнов К.Ф., 1951, с. 254, 255, рис. 14, 5; Марковин В.И., 1969а, с. 43, 45, рис. 17, 1, 4, 6). Довольно гладкие сосуды, покрытые штриховкой и «елочкой», найдены в Каякенте (ГИМ. Инв. 40753; табл. 107, 3, 11, 12). Размеры сосудов этого типа варьируют в высоту примерно от 40 до 30 см, но могут быть и больше, при этом диаметре тулова у них на 5–7 см меньше высоты сосуда, диаметры дна составляют примерно 1/3 высоты, а величина устья — немногим ее больше.

Таблица 107. Керамика каякентско-харачоевской культуры из Дагестана (1–5, 7, 8, 10, 11, 14–18) и Чечни (6, 9, 13, 19).

1 — сел. Новый Чиркей, овраг Ачи (работы Н.Д. Путинцевой); 2 — сел. Берикей, погребение 3 (работы А.П. Круглова); 3, 11, 12 — сел. Каякент, погребения 10, 18, 23 (работы В.И. Долбежева); 4 — окрестности Махачкалы; 5 — сел. Тарки (работы В.И. Марковина); 6, 9, 13, 19 — сел. Харачой, погребения 29, 38, 40 и из раскопа (работы А.П. Круглова); 7, 16 — ст. Манас, курган 2, погребение 4 (работы К.Ф. Смирнова); 8 — сел. Мамай-Кутан; 14 — г. Буйнакск, полигон (коллекция Б.И. Гаджиева); 15 — сел. Учавлах; 17, 18 — сел. Тарки из засыпки (работы Е.И. Крупнова).

Декор керамики этого типа состоит из налепных валиков (иногда они расположены в два-три ряда), имеющих вмятины, нарезки и наколы; выступов в виде псевдоручек, налепов в виде рожек (наподобие буквы М) и трезубца; нарезного орнамента (штрихи, горизонтальная и вертикальная «елочка», заштрихованные углы и зигзаги). Весь этот декор редко можно видеть на одном сосуде, хотя в целом посуда данного типа (табл. 107, 3-12, 14, 15) производит впечатление богато орнаментированной (Марковин В.И., 1969а, с. 47–51, рис. 16–21; Маммаев М.М., 1989, с. 238, рис. 91).

Разница в степени заглаженности корпуса и в орнаменте позволяет пока еще предположительно выделить три территориальные группы памятников, в которых встречаются подобные сосуды: 1) Восточная Чечня. Здесь чаще всего встречается керамика, покрытая густой обмазкой с преобладанием в декоре налепных валиков; 2) Северный Дагестан до условной линии г. Избербаш-Учавлах-Урма; керамика в большинстве случаев также покрыта обмазкой, но в ее декоре сочетаются налепные валики, отдельные налепы и нарезной орнамент; 3) Южный Дагестан; характерны грубо заглаженные сосуды, обмазка редка, преобладает прочерченный орнамент, иногда дополненный отдельными налепами и валиками с наколами.

2-й тип посуды — эту керамику К.Ф. Смирнов и В.Г. Котович объединяют с предыдущей. Однако нам кажется, что сосуды данного типа, будучи близкими по форме предыдущим, имеют некоторое своеобразие: они менее крупные (не выше 25–23 см), приземистые (у них широкое дно и не так сильно отвернуто устье), слабо орнаментированы. Известно их немного. В могилах они заменяют более распространенные сосуды 1-го типа (так, в Харачое, в погребениях 20 и 34, обнаружены только такие сосуды; табл. 108, 27, 28). Декор одного из подобных, но не сохранившихся сосудов (из могилы 26 в Харачое) А.П. Круглов описывает так: «ручка воспроизводит нос, дугообразные валики — брови, а округлые выпуклости — глаза» (Круглов А.П., 1958, с. 61). К сожалению, этот сосуд обнаружить не удалось. Керамика этого типа известна также из Ачису, Чиркея, окрестностей Махачкалы, Талги, Карабудахкента и других пунктов (Марковин В.И., 1969а, с. 54).

Таблица 108. Керамика каякентско-харачоевской культуры из Дагестана (3, 4, 6–8, 10–12, 14–17, 19–26, 29) и Чечни (1, 2, 5, 9, 13, 18, 27, 28).

1 — сел. Белгатой, погребение 6 (работа А.В. Мачинского); 2, 9, 18, 27, 28 — сел. Харачой, погребения 7, 8, 35, 18, 34 и 20 (работы А.П. Круглова); 3 — сел. Мамай-Кутан (работы В.Г. Котовича); 4, 7, 14 — сел. Тарки, могильник 2; 5 — район г. Грозного; 6 — сел. Кабарты-Кутан; 8, 26 — пос. Тарки, могильник 1, погребение 16 и 39; 10–12, 16, 17 — сел. Каякент, погребения 31, 13, 16, 9, 17 (работы В.И. Долбежева); 13 — сел. Курчалой, зольник; 15 — урочище Капчугай; 19, 25 — окрестности Махачкалы; 20 — Кичи-Гамри, ящик 1; 21 — урочище Ачису; 22, 29 — сел. Старый Чиркей, Бураганшоб (работы Н.Д. Путинцевой); 23 — курорт Талги, погребение 3 (работы М.И. Исакова); 24 — гора Тарки-Тау.

4, 7, 8, 14, 21, 26 — работы К.Ф. Смирнова; 6, 20 — работы М.И. Пикуль; 13, 15, 24 — работы В.И. Марковина.

3-й тип посуды (тип Б по К.Ф. Смирнову) — у В.Г. Котовича этот тип керамики назван вторым, в нем объединены типы 3 и 5, выделенные в 1969 г. В.И. Марковиным (Марковин В.И., 1969а, с. 54–57; Котович В.Г., 1978б, с. 58; 1982, с. 57). С таким обобщением можно согласиться, что позволяет уменьшить типологическую расчлененность.

Сосуды данного типа имеют несколько округло-вытянутое неширокое тулово, довольно устойчивое дно и отвернутый венчик — иногда в виде раструба (у некоторых сосудов устье равно ширине корпуса или несколько его превышает). Отдельные экземпляры покрыты обмазкой (табл. 108, 18, 19, 22, 26). Высота до 35–25 см. Декорировка бедна, хотя и напоминает по своему расположению декор сосудов первого типа. Довольно характерно орнаментирован сосуд из могильника у сел. Белгатой (погребение 5): «на месте перегиба от венчика к стенкам — орнамент в виде валика с нарезками, к которому как бы подвешены Небольшие, дугообразно изогнутые валики, располагающиеся четырьмя группами, по две в каждой» (Круглов А.П., 1958, с. 97). В целом декор сосудов довольно скуп (табл. 108, 23–25). Иногда даже отсутствует (Марковин В.И., 1969а, с. 54–56). У двух сосудов, найденных в Мискинбулаке, на заглаженной части близ устья «имеется по два сверленых круглых отверстия, вероятно предназначенных для закрепления веревочкой ручки» (Котович В.М., 1978, с. 89, рис. 4–6).

4-й тип посуды (не учтен К.Ф. Смирновым и В.Г. Котовичем) — для него характерны сосуды биконической (острореберной) формы. Дно у них широкое и почти такой же величины устье (венчик почти не отогнут), имеют по одной ручке. Такие сосуды найдены в Харачое (погребение 8), Белгатое (погребение 6) и Мамай-Кутане (табл. 108, 1–3) (Круглов А.П., 1958, с. 99, 106, рис. 21, 2; 26, 3; Котович В.Г., 1959, с. 137, табл. VI, 9; Марковин В.И., 1969а, с. 55).

5-й тип посуды (6-й тип по работе В.И. Марковина) — это керамика баночных форм: приземистые, округлые или слегка угловатые сосуды с устьем, немного обращенным внутрь (высота варьирует от 39 до 6 см). Вероятно, употреблялись в качестве кухонной посуды. Основные находки сделаны на бытовых памятниках (зольник у сел. Курчалой, поселений Хиндой, Новолакское, Нижняя Сигитма, культурные слои в Капчугае). Изредка подобной формы сосуды встречаются и среди могильного инвентаря (Харачой — погребение 35, Ишхой-Юрт, Тарки 2 и др.; табл. 108, 4–9). Эта керамика почти лишена декора (Смирнов К.Ф., 1951, с. 249, 252, рис. 12, 8, 9; Круглов А.П., 1958, с. 110, 131, рис. 32, 4; Марковин В.И., 1963б, с. 65, 67, рис. 23, 16).

6-й тип посуды (в работе В.И. Марковина 7-й тип, у В.Г. Котовича лишь упоминается) — в основном миски и чаши конической формы (дно узкое, устье широко развернуто), с почти не выделенной шейкой. Таковы сосуды из поселения близ сел. Анди, из могильников у селений Тарки, Мамай-Кутан, Берикей, Тахиркала, Мискинбулак и др. (Крупнов Е.И., 1951, с. 213, рис. 5, 2; Смирнов К.Ф., 1951, с. 249, рис. 12, 10; Круглов А.П., 1958, с. 94, 95, рис. 19, 2; Марковин В.И., 1969а, с. 58, рис. 25, 1–8; Котович В.М., 1978, с. 89, рис. 4, 2; Магомедов А.Р., 1980, с. 54, 55, рис. IV, 5). Особенно много их найдено в Каякентском могильнике (погребения 9, 11, 13, 16, 17 и др.; табл. 108, 10–12, 16, 17). Здесь почти не было могил, на дне которых не лежала бы «плошка» (ОАК за 1898 г., с. 145 и след.). Вероятно, такое обилие чашек и дало повод B.Г. Котовичу говорить о них как о посуде, «представленной только в каякентской группе могильников» (Котович В.Г., 1978б, с. 60). Сосуды данного могильника орнаментированы резным узором.

Таковы основные типы керамики, характерной для каякентско-харачоевских памятников. Несмотря на своеобразие ее форм и декора, появление этой посуды было подготовлено всем предшествующим развитием местной керамики. Уже в памятниках ранней и развитой бронзы встречалась керамика, покрытая обмазкой. Формы описанной посуды (с узким дном и устьем-раструбом, биконические и баночные сосуды, чаши пр.) также появляются в предшествующее время (Каякентское, Великентское, Верхнегунибское и другие поселения, могильники Карабудахкент II, Гоно, Гатын-Кале, Гинчи, Бельты 2 и др.). Даже декор в виде налепных валиков, резного узора, выпуклых рожек, трезубцев, «буквы М» и пр. известен на посуде более раннего времени (курганы у ст. Манас, поселение Каякент, нижние слои Курчалоя, могильник Нохала-ад у Чоха и др.). Таким образом, керамические находки лишний раз подчеркивают связь каякентско-харачоевских памятников с предшествующими этапами эпохи бронзы (Котович В.М., 1965, с. 199, 200; Марковин В.И., 1969а, с. 51, 54, 55, 57, 59; 1963а, с. 119–121; Гаджиев М.Г., 1969а, с. 128–130; Котович В.Г., 1978а, с. 73; 1982, с. 57–59).