Владимир Малый – Жерло (страница 9)
Платили ей кто чем может: едой, услугами, предметами ремесел, которыми сами занимались. Ну, и уважали, конечно, без меры.
Появление дородной приживалки травница объяснила соседям тем, что ей с годами все тяжелее становится вести хозяйство. Об этом прознали сбившиеся в шайку лихие люди, давно посматривавшие на ухоженный дом и имевшие виды на старухины таланты. Ребята хотели заставить старушку работать под их надежной защитой и делать нужные им препараты. Но все как-то не решались. А тут еще и девица появилась – лишний повод наведаться в гости к старухе особенно темной ночью…
Вот в один момент они и собрались.
Дверь и окна в доме травницы запирались чисто символически: на легкие деревянные защелки, способные выдержать сильный порыв ветра – не более. Так что четыре непрошеных гостя без лишнего шума ввалились в дом. Один вошел в двери, остальные влезли в окна, просто посильнее толкнув внутрь дома полотно двери и оконные рамы.
В доме они уже бывали, как в качестве пациентов, так и при отработке лечения, поэтому легко ориентировались внутри в темноте без особых проблем.
Больше всего они боялись, что кто-то из жертв закричит, и на крик сбегутся соседи, поэтому первым делом плотно затворили за собой и двери, и окна.
Разбившись на пары, они разошлись по интересам. То, что в комнате девицы будет меленький ребенок, пару потенциальных насильников не смутило, а вот наличие младенца в спальне старухи пару бывших наркоманов слегка озадачило.
Старуха приподнялась с постели, грозно глянула на ворвавшихся к ней мужчин, стукнула сухим кулаком в стену, разделяющую их комнаты, и в полный голос сказала девице:
– Со своими делай, что вздумается, а вот мои увидели лишнее!
Девица за стеной не ответила, слышно было только, как заскрипели половицы под ее ногами.
Старуха вперила взгляд в ночных посетителей и вновь открыла рот, желая сказать что-то еще, но один из нехороших людей, быстро сделав к ней небольшой шаг, выбросил вперед руку. Из просторного рукава плотной рубахи выскочил небольшой обмотанный тряпицей металлический шарик на цепочке. Еще одно едва уловимое глазом движение и этот шарик тихо бьет старуху в лоб и тут же летит обратно, повинуясь требовательному жесту хозяина.
Тем временем в соседней комнате вторжение развивается иначе.
Здесь разбойники тоже не хотели шуметь. Поэтому, когда девица вскочила с громадного сундука, служившего ей кроватью, ближайший бандит бросился вперед, чтобы зажать ей рот. У него, бедняги, даже получилось это сделать, несмотря на значительную разницу в росте. Правда, при этом у него промелькнула мысль: «А чего это девка не сопротивляется?!».
Потом же случилось невероятное: «девка», бывшая объектом желания обоих вломившихся в дом преступников, сама обняла подскочившего к ней бандита! Обняла и как-то очень по-медвежьи стала подминать под себя. Дробно затрещали кости неудачливого грабителя и несостоявшегося насильника. Секунда, и он тряпичной куклой замертво осел на пол.
– Иди ко мне, милый, – хищно улыбнулась «девка» напарнику первой жертвы, – и тебя обниму…
Видя, что товарищу уже не помочь, второй разбойник выхватил нож и, отмахиваясь им, принялся, пятясь и громко на что-то натыкаясь, на ощупь искать выход из комнаты.
– Ясно, – вдруг, неожиданно тихо рассмеялась высокая статная женщина, – сено к корове не ходит! Что ж, придется самой сходить!
Удивительно быстро для своих габаритов она нагнала беглеца, лишь на мгновение остановившись, чтобы пропустить взмах вооруженной ножом руки. Второй раз взмахнуть бандит не успел: рука словно бы попала в капкан, когда ее схватила девица.
Тихий вскрик боли от треснувших костей в запястье, и снова дробный хруст наполнил просторную комнату.
Поправив на себе ночную рубаху, девица прислушалась к тому, что происходит в соседней комнате, и услышанное ей очень не понравилось!
***
Глава 6
– Мастер вор! – на самом интересном месте отвлек Грамба голос одного из толпы. – Я только что услышал, что корабль буквально окружен косяками рыб. Вместе с рыбой приплыли и фибии-ортодоксы. Капитан уже почти договорился с ними о помощи. Ты бы попросил своего напарника не добивать своего пленника…
Это проштрафившийся слухач набрался смелости обратиться к Лису.
– В обмен на свои услуги они авансом хотят получить жизнь сородича, а потом, как доставят корабль к Жерлу – три сорокаведерных бочки вина.
– А капитан вправе распоряжаться жизнью перевозимых осужденных? – вслух удивился Старх, чем тут же схлопотал десятки уничижительных взглядов.
– Двадцатая часть любого груза – официально допустимые потери для капитана-человека при таком переходе, – пояснил Лис, – так что капитан вправе списать полтора средних разумных, или, с натяжкой, одного нашего Бугая, что он уже и пытался недавно сделать. Это ведь даже дети знают, Старх…
– Держи нас в курсе переговоров! – прогрохотал великан, садясь на пол и потягиваясь с оглушительным хрустом. – Наш фибий еще дышит, если дело дойдет до выдачи – расстанусь с ним без лишней грусти.
Почти сразу же над люком на верхнюю палубу нарисовались две физиономии. Пропитой голос капитана потребовал, чтобы рептилоид подошел поближе к свету, так как на него хотят посмотреть.
Тут уже Старху пришлось в экстренном порядке геройскими темпами поднимать фибия на ноги.
Далось это юноше чуть легче, чем остановка ножа в полете, но все равно, безумно тяжело.
Все еще оглушенный рептилоид пошатываясь и держась за ушибленную голову приблизился к лучу света, падающему сверху.
Между ним и его сородичем произошел короткий не слишком понятный диалог. Решетка отодвинулась, в отверстии люка показались две руки. Щуплый фибий со второго раза смог до них допрыгнуть и в один миг исчез из виду.
Примерно через несколько минут корабль ощутимо качнуло, и даже ничего несведущий в мореходстве Старх понял, что судно быстро набирает скорость.
Вся нижняя палуба сразу же превратилась в счетную палату: рождались споры, велись вычисления – каждый старался предсказать время прибытия на место и, стуча себя в грудь, доказать свою правоту.
Странное дело: в начале путешествия мало кто хотел, чтобы оно закончилось побыстрее, однако сейчас люди радовались, что их смерть от жажды и голода в этот раз, кажется, прошла стороной.
– Ты что скажешь по срокам, гордая птица? – не без иронии обратился к великану Лис.
Альбатрос закрыл глаза, как бы прислушиваясь к ощущениям, и выдал свой вердикт:
– Фибий много, тащить нас на буксире они могут без перерывов на сон и еду, постоянно сменяя друг друга и не сбавляя скорости. К тому же они, как никто, знают местные течения, да еще и ветер обещается попутный. Думаю, что в пути мы пробудем точно меньше недели.
Как показало время, фибии справились со своей задачей всего за трое суток, в ходе которых перевозимых заключенных и поили, и кормили. Причем в качестве еды всем достались солидные такие куски неведомого морского придонного гада, которого вполне можно было есть сырым. Было сытно и даже вкусно. Во рту у невиданного ранее создания был небольшой фонарик. Как только голова донного монстра в гастрономических целях была отделена от туловища, фонарик почти сразу погас. Однако Старх поднапрягся, и фонарь засветил ярче прежнего. Теперь сытые каторжане путешествовали не только с ветерком, но еще и с какими-никакими удобствами!
Грамб же при первом удобном случае сразу вернулся к истории жизни своего подопечного, прерванной на самом интересном месте.
***
Догадавшись, что в хозяйской спальне орудуют ребята посерьезнее тех, что остывают в ее комнате, раз они таки справились с очень непростой бабкой, девица вооружилась скамьей и скалкой. Так во всеоружии она и завалилась в спальню травницы. Недругов воительница увидела уже с порога. Первый негодяй уже связал безвольные бабкины руки и торопливо совал ей в рот кляп, сооруженный из хозяйского же ночного чепчика. Второй супостат уже инспектировал травяные закрома в шкафах и специальных нишах.
Именно в этот момент одаренная старушка внезапно пришла в себя и беспредельно огорчила кормилицу, мысленно попросив ее не убивать непрошеных ночных посетителей.
Печально вздохнув и слегка понурив голову, девица сначала швырнула скалку, а потом рассталась и с лавкой. Импровизированная дубинка ударила негодяя номер один по опорной ноге, и тот с приглушенным криком боли и недоумения грохнулся на пол. Негодяю номер два дубовая лавка прилетела плашмя в спину. От удара тот приложился лбом о полку и тоже отправился вести половую жизнь в бессознательном состоянии…
Поговаривают, что любое лекарство в неправильных дозах может стать ядом. Старуха, лечившая всевозможные болезни собственной энергетикой, без особых проблем и без всякого зазрения совести поочередно полностью вытянула жизненные силы из двух неудавшихся вымогателей.
И уже только после этого она вытянула кляп изо рта, подвигала нижней челюстью и озорно подмигнула соседке:
– Ай, хорошо! – прямо-таки расцвела в широкой улыбке старуха. – Как начнет светать, первым же делом беги на окраину к хромому кожевеннику и скажи, чтобы приносил сына: теперь-то я смогу ему помочь. Да передай, чтобы не мешкал, не сам его нес, а поручил кому-нибудь не такому колченогому, как он сам! А уже потом пойдешь в управу – пускай шлют дознавателя и плотника. Скажи там, мол, тот же случай, что и в позапрошлый год. Все запомнила?