Владимир Малянкин – Взрослая жизнь - это скам) стендап-офлайн (страница 1)
Владимир Малянкин
Взрослая жизнь - это скам) стендап-офлайн
Перед тем как начать, пара слов. Всё, что я сегодня буду рассказывать, – это моя жизнь. Моя девушка, моя кошка, моя люстра, моя ипотека. Если вы вдруг узнаете в этих историях себя – это совпадение. Если вы узнаете свою девушку – это тоже совпадение. Если вы узнаете свою кошку – заберите её, пожалуйста, она уже месяц живёт у меня и обоссала три куртки.
Шутки про быт, про отношения, про работу – это не про вас. Это про нас. Потому что мы все в одной лодке. У всех есть кривая люстра, странный сосед и начальник, который поёт караоке.
Если вам что-то не нравится – вы можете выйти. Но если вы выйдете, я обижусь. А обиженный стендапер – это страшно. Я начну шутить про вашу маму. А ваша мама этого не заслужила. Она и так каждый день читает новости.
И ещё. Я не хочу никого оскорбить. Я хочу, чтобы мы вместе посмеялись над тем, что нас всех бесит, радует и объединяет. Над жизнью. Которая иногда бывает абсурдной, смешной и нелепой.
Ну что, погнали? У кого сегодня хорошее настроение?
Блок 1. ЛЮСТРА (Разогрев, 5-7 минут)
Всем привет. Как настроение?
Я тут недавно понял страшную вещь. Нам в детстве врали. Не про Деда Мороза, это мелочи. Нам врали про взрослую жизнь.
Нам говорили: «Вот вырастешь, будешь сам себе хозяин! Купишь что захочешь!»
Купил. Квартиру. И теперь я не хозяин. Я раб. Раб двухкомнатной конуры, которая каждый день находит способ меня унизить.
Проверка отношений – это не отпуск. Это поездка в «Леруа Мерлен» за люстрой.
Мы с девушкой переехали. Говорим: «Сделаем уютно». Знаете это слово? «Уютно». Для мужчины это когда диван стоит напротив телевизора, и до пульта можно дотянуться ногой. Для женщины это… я хз, это когда в комнате появляется объект, который нужно пылесосить с лестницы.
Стоим в отделе светильников. Я говорю:
– Давай возьмем лампочку. Просто лампочку. Светит – и ладно.
Она смотрит на меня, как на инопланетянина, который прилетел уничтожить её чувство прекрасного.
– Ты что?! Это будет сердце интерьера!
Я смотрю на эту люстру. Друзья. Это не люстра. Это – установка для пыток времен инквизиции.
Там пять рожков, хрустальные подвески, и инструкция на китайском, где нарисован человечек, которого убило током на первом этапе сборки.
Я говорю: «Кто это будет протирать?»
Она: «Мы».
Я: «Окей. Я буду протирать. Но учти, я буду делать это с лицом человека, который отбывает наказание за военные преступления. Я буду вставать на стул, вздыхать, и каждые пять минут спрашивать: "Ну зачем, Маша? Зачем мы это купили? Кто к нам придет? Папа Римский? Ему мы и обычную лампочку вкрутили бы, он же не епископ, он походный"».
В итоге купили. Я её вешал три часа. Три часа ада.
Я проклинал тот день, когда научился читать и пошел в «Леруа». Потому что в инструкции было написано:
Я вишу на стремянке, одной рукой держу 15 килограммов хрусталя, второй пытаюсь подключить фазу к нулю, а Маша снизу кричит: «Ты уверен, что она ровно висит? Мне кажется, она криво висит!»
Я кричу: «Маша! Если я сейчас посмотрю, ровно она висит или криво, я упаду и разобьюсь. И тогда у тебя будет не кривая люстра, а кривые похороны!»
Она: «Ну зачем ты сразу к крайностям?»
Потому что это люстра, Маша! Она создана для крайностей!
Но знаете, что самое страшное? Я повесил. Прошла неделя. Я её так и не протёр. А она собирает пыль.
И теперь я смотрю на эту люстру и понимаю: это не она – сердце интерьера. Это я – пылесборник в её жизни.
Спасибо.
Блок 2. ОДЕЯЛО И ТУАЛЕТНАЯ БУМАГА (Отношения, 5-7 минут)
Спасибо, спасибо.
Жить с человеком – это вообще отдельный вид спорта. Олимпийский. В категории «Без правил».
Мы, например, воюем за одеяло.
Купили огромное евро-одеяло. Думали, будем спать как в рекламе IKEA: улыбающиеся блондины в пижамах, и солнце светит прямо в глаза.
Нет.
Спать с человеком под одним одеялом – это как делить шкуру убитого мамонта в ледниковом периоде. Ты просыпаешься от того, что тебе холодно. Ты тянешь одеяло на себя. Партнер, не просыпаясь, инстинктивно делает подсечку. Это ММА в тяжелом весе, где ставка – твой сон.
Я как-то проснулся от того, что моя девушка намотала одеяло на ногу и кричала во сне:
Я лежу голый, смотрю на люстру, которую повесил, и думаю:
Я решил проблему радикально. Купил два одеяла.
Тихо, в «Ашане», без скандала.
Думал, она обрадуется. Нет.
Она обиделась.
– Ты что, не хочешь спать со мной под одним?
– Хочу, – говорю, – но я хочу дожить до утра, чтобы отнести тебе завтрак в постель. А не в морг.
Она обижалась два дня. А на третий день я проснулся от того, что она спит под моим одеялом.
У нее есть свое. Оно лежит рядом, нетронутое. Она выбрала мое.
Я понял: отношения – это когда у тебя ничего твоего нет. Ни одеяла, ни подушки, ни стороны кровати. Есть только «наше». И несуществующая кошка, ради которой мы не покупаем новую тумбочку.
Но есть тема, которая разделяет человечество похлеще, чем политика. Это туалетная бумага.
Как вешать рулон?
Я вешаю рулоном от себя. Это удобно, эргономично, чувствуешь себя в бизнес-классе.
Она вешает рулоном к стене.
Я говорю: «Это же неудобно! Ты трешься об стену, как медведь в цирке!»
Она: «Это эстетично. И кошка не будет разматывать».
Я: «У нас нет кошки!»
Она: «Но когда-нибудь будет».
То есть мы живем по правилам несуществующей кошки? Мы строим быт под гипотетическое животное, которое мы даже не планируем заводить?!
Я чувствую, что через год я буду ходить в тапках, которые выбрала мне несуществующая кошка, и есть из мисок, которые купила гипотетическая собака.
И знаете, что самое страшное? Я перестал перевешивать. Я сдался.