Владимир Малянкин – Вереск на костях (страница 2)

Ты знала. Значит, знаешь и как с ним говорить.

Чтобы говорить, нужно то, что ему нужно, сказала я, поднимая руку с тлеющим знаком. У него есть сестра. У меня есть это. Он придет на зов.

Призывай, приказал Кай, положив руку на эфес меча. На клинке замерцали синие руны.

Я закрыла глаза, отбросив страх. Я сконцентрировалась не на страхе, а на боли. На памяти о переломе мизинца. О мертвом воробье, которого я в детстве похоронила, и чей крошечный скелетик тихо пел мне под землёй песни о небе. О Лере, чьё присутствие всегда было теплее солнца.

Я опустила руку на землю, на холодный, влажный мох.

И позвала.

Не голосом. Костями.

Лес затаил дыхание. И из за дуба, из самой тени, медленно, как поднимающийся туман, выполз тот самый силуэт. Зелёные глаза вспыхнули, как болотные огни.

«Костяная дева принесла гостя. Железного человечка с холодным огнём в руке».

Голос был внутри черепа, скребущий и сладкий.

Кай шагнул вперёд, заслоняя меня собой. Меч зазвенел, покидая ножны.

Отпусти девушку, дух. Или я развею тебя по ветру.

Владыка Теней рассмеялся. Это звучало как треск ломающихся веток.

«Он думает, что он охотник. А он всего лишь пёс на цепи у людей, которые боятся того, чего не понимают. А ты, девочка… Ты понимаешь. Чувствуешь песню костей под ногами? Это твоё царство. Отдайся ему. А я отдам тебе твою бледную сестрёнку. Она будет цела. Стань моей жрицей, и ты будешь сильнее любого железного человечка».

Искушение прозвучало в самой моей крови. Сила звала, тёмная, глубокая, родная. Я увидела, как Кай бросил на меня быстрый взгляд взгляд, полный ожидания предательства. Он был уверен, что я сломлюсь.

Именно это и заставило меня сжать зубы.

Нет, выдохнула я. Отдай её сейчас.

«Жаль».

Тени рванулись вперёд.

Глава 2

Бой был коротким, яростным и совершенно нечеловеческим. Кай двигался с пугающей скоростью, его меч выписывал в воздухе сияющие рунические круги, которые жегли тень, как огонь бумагу. Но тень была повсюду. Она материализовалась из стволов, сочилась из земли, хватала его за ноги цепкими, холодными щупальцами. Он рубил, и они распадались с визгом, но на их месте вырастали новые.

Что нибудь, ведьма! крикнул он, отбивая очередную атаку, которая едва не снесла ему голову. Или мы оба умрём!

Магия Костей не была создана для боя. Она была для разговора, для чувствования, для памяти. Но сейчас нужно было не помнить, а выживать.

Я упала на колени, вонзила пальцы в холодную землю. И послала вниз не зов, а приказ. Отчаянный, неконтролируемый крик о помощи, направленный ко всему, что лежало в земле и помнило жизнь.

Земля затряслась.

Из под мха, из под гниющих листьев выползли они. Не страшные зомби, а жалкие, крошечные останки. Кости лесных мышей, челюсть кабана, рёбра оленя, столетиями пролежавшие в тленье. Они собрались в хаотичную, трещащую груду передо мной, подчиняясь моей панике и воле.

Держи его! закричала я своему жалкому войску.

Костяная груда навалилась на основание тени, цепляясь, царапая. Это было как комар для медведя, но это отвлекло его. Зелёные глаза оторвались от Кая на долю секунды, уставившись на меня с новым, жадным интересом.

«Да… Вот она, настоящая сила!»

Этой доли секунды хватило Каю. Он сделал стремительный выпад, и его меч, пылая синим пламенем, пронзил центр зелёного свечения.

Раздался звук, похожий на лопнувший пузырь. Тень взревела не от боли, а от ярости. Лес вокруг нас завыл. И тогда, из дупла самого большого Дуба, показалось бледное лицо.

Лера. Она висела в воздухе, опутанная живыми тенями, её глаза были закрыты, на щеках следы слёз.

Валерия! крикнул Кай, и в его голосе впервые прорвалось что то, кроме холодной ярости. Растерянность? Боль?

Дух, истекая зелёным туманом, начал отступать, увлекая за собой тело моей сестры вглубь дупла в свой мир, в свои владения.

Нет! Моё отчаяние было сильнее страха, сильнее разума. Я рванулась вперёд, к дуплу.

Сильная рука в стальной перчатке схватила меня за плечо и отшвырнула назад.

Дурак! Он заманивает!

Я ударилась о корни, мир поплыл перед глазами. Последнее, что я увидела, прежде чем тьма поглотила Леру, это как Кай, стиснув зубы, швырнул в дупло что то маленькое и серебряное церковную гранату освятитель.

Раздался оглушительный хлопок ослепительно белого света. Лес взвыл. Дух исчез, дупло почернело и захлопнулось, будто его и не было.

Наступила тишина, оглушительная после рёва. Я поднялась, чувствуя, как всё тело ноет. Кай стоял на коленях, опираясь на меч, дыша тяжко. На его лице была сажа, плащ в клочьях.

Она… начала я.

Уведена вглубь, прохрипел он. Дух ранен, но не убит. Граната ослабила порог между мирами. Он закрылся, чтобы зализать раны.

Значит, она жива. Пока жива.

Я подползла к тому месту, где было дупло. На земле лежал серебряный амулет Леры подарок матери. Я подняла его, сжала в ладони так, что края впились в кожу.

Мы должны идти за ним.

Кай грубо рассмеялся, поднимаясь.

Мы? Нет, ведьма. Ты выполнила свою роль. Показала угрозу. Теперь я доложу командованию, и придут специалисты по духам. А тебе… Его взгляд снова стал ледяным. Он поднял с земли уроненные в бою серебряные наручники. Тебе пора надеть свои оковы.

Отчаяние сменилось во мне холодной, ясной яростью. Он был слеп. Он думал шаблонно.

Специалисты придут через неделю, если не через месяц, сказала я, не отрывая взгляда от чёрного дерева. К тому времени от Леры останется лишь тень, привязанная к его трону. Он будет пить из неё жизнь, как из источника. А этот «порог»? Я ткнула пальцем в дерево. Его можно открыть. Не их святой водой, а тем, что он хочет. Мной.

Самоубийство, отрезал Кай, щёлкнув наручниками.

Единственный шанс! Я повернулась к нему, и мои глаза, наверное, пылали тем же фанатичным огнём, что и у него. Ты видел, что он может. Теперь он знает о нас. Обо мне. Ты думаешь, он просто будет ждать? Он придёт снова. За мной. И заберёт ещё кого то. Твою следующую напарницу? Деревенских детей? Он древний и голодный. И я его разозлила. Ты тоже.

Он замер. Логика пробивала брешь в его догматах. Охотник должен устранять угрозы. Угроза не устранена. Более того, она стала больше.

И что ты предлагаешь? Открыть порог и прыгнуть в пасть чудовищу?

Да, честно сказала я. Но не просто так. У меня есть магия, чтобы найти его ядро, его сердце. У тебя есть меч и знания, чтобы уничтожить его. Вместе у нас есть шанс. По отдельности мы обречены. Он выследит и убьет тебя, как назойливого комара. А меня сделает орудием.

Я видела, как в его голове крутятся шестерёнки, взвешиваются риски, нарушаются приказы. Его честь охотника боролась с ненавистью к моей сущности.

Если мы выживем, медленно произнёс он, ты наденешь эти наручники. И отправишься на суд.

Надежда, острая и опасная, кольнула меня в грудь.

Если мы выживем и спасём Леру, я сама надену их.

Он долго смотрел на меня, пытаясь найти ложь. Потом кивнул, убирая наручники за пояс.

Как открыть порог?

Я вздохнула и подняла руку со знаком. Теперь он горел ровным, уверенным серым светом.

Ему нужно то, что он хотел с самого начала, прошептала я. Костяную деву. Нужно… позвать его правильно. И позволить ему взять меня. А тебе… тебе придётся пройти следом, по моей магической нити. Она недолго продержится в его мире.

Рискованно.

Другого пути нет.

Я снова прикоснулась к дереву. На этот раз я не звала. Я открывалась. Я позволила знаку на руке пылать, позволила своей внутренней силе, тёмной и костяной, сочиться наружу, как сладкий яд.