Владимир Максимов – Человек мира. Бродячие колонисты (страница 12)

После этих слов силы окончательно оставили Вэллда, и, измученный злоключениями последних суток, он провалился в тяжелое забытье.

Очнулся Вэллд не скоро. Когда он наконец пришел в себя и осмотрелся вокруг, то сразу понял, что его план сработал: он находится на том самом корабле, куда так стремился попасть, и, судя по ровному гулу и легкой вибрации, судно это подняло якорь и отправилось в обратный путь на континент.

Здесь надо сказать, что предыдущие день и ночь, выдавшиеся для Вэллда, мягко говоря, хлопотными, оказались к тому же богатыми на неожиданные встречи со старыми знакомыми, встречаться с которыми Вэллду было совсем не с руки. Сначала появился Ромель Арно, чуть было не спутавший его планы, а потом Вэллд столкнулся с некими разбойниками, непонятно как и откуда появившимися в безлюдной части пустыни.

Впрочем, кто такие эти самые бандиты и откуда они взялись, Вэллд догадался, когда захватил врасплох их задремавшего дозорного. Дело в том, что разбойников притащил сюда на свою голову и на беду путников, оказавшихся в этих местах, сам Вэллд. Когда-то он еле унес ноги с континента, где на дерзкого мошенника Вильяма Эдда развернулась настоящая охота. Вэллд в последний момент успел отплыть из порта Салон на военном корабле, и отплыл он оттуда не один, а в довольно-таки своеобразной компании. Во-первых, с ним сумел убежать и его компаньон – достаточно известный в континентальном криминальном мире персонаж – виртуозный взломщик по прозвищу Пузырь. Кроме того, остатки команды корабля, на котором Вэллд со своим сообщником покинул континент, сплошь состояли из офицеров-мятежников, захвативших эсминец «Краб» и промышлявших – без особого, правда, успеха – пиратством на морских торговых путях. В довершение картины к ним присоединился еще один колоритный тип – неудавшийся революционер по имени Энтон, пытавшийся устроить переворот в континентальной стране, называемой Нулондом.

Уплыв с континента на боевом эсминце, в трюмах которого к тому же оставалось совсем немного топлива, Вэллд вместе с Пузырем, Энтоном и шайкой пиратов, которыми верховодил лихой капитан эсминца Лесли Фор, оказались в практически безвыходной ситуации. Зайти в какой-либо из континентальных портов, чтобы пополнить запасы топлива, они не могли, а для длительного плавания горючего не хватало. Спаслись беглецы благодаря тому, что у Вэллда были на руках карты, составленные знаменитым путешественником Лорьеном Шеноном – первым из людей, кто сумел, отплыв от берегов континента, преодолеть океан и попасть в известный мир. Благодаря тому, что на картах были отмечены океанские течения, команде корабля удалось привести эсминец в такое место, откуда он, дрейфуя по этим течениям, медленно, но благополучно добрался до известного мира, точно так же, как в свое время этот путь проделало исследовательское судно Шенона «Русалка».

Когда опасность миновала, Вэллд, прекрасно понимая, что по возвращении в известный мир ему с его новыми континентальными знакомыми станет совсем не по пути, тут же придумал способ, как от них отделаться. Собственно, ничего нового он не изобрел, а просто-напросто инсценировал свою смерть, как это он проделывал много раз. Все получилось вполне себе правдоподобно. Эсминец «Краб», на котором они приплыли к берегам известного мира, принесло течением примерно в то же самое место, что и «Русалку», то есть к небольшой бухте в безлюдной части Восточного океана. Команда Лорьена Шенона тогда совершила роковую для себя ошибку, заведя «Русалку» через узкий пролив внутрь бухты, и, когда начался отлив, судно разбилось об изобилующее острыми скалами дно бухты. Вэллд же убедил беглецов, что «Крабу» в бухту заходить не следует. Он наплел своим попутчикам о том, что в этом месте на пустынном берегу у него имеются сообщники, с которыми он договорится, и вынужденные путешественники получат здесь кров и еду на первых порах. Однако на переговоры со здешними обитателями Вэллд должен был отправиться один, чтобы не вызвать у них подозрений, а то они ведь могут подумать, что это власти решили взять их пристанище штурмом и, чего доброго, встретят незваных гостей не особенно-то приветливо.

В общем, Вэллду удалось уговорить своих беглых товарищей остаться на корабле; прихватив с собой карты, он сел в небольшую шлюпку и в одиночку поплыл в сторону берега. Пользуясь приливом, Вэллд завел свое утлое суденышко в бухту и… больше не вернулся. Конечно, его подельники высадились на берег и как следует обшарили все вокруг, но следы Вэллда удалось обнаружить лишь после того, как вместе с отливом ушла вода из бухты: на ее дне нашли разбившуюся о камни лодку. Все выглядело вполне правдоподобно: во время отлива уходящая вода стремительно потащила лодку в сторону пролива, и она разбилась о скалы, сам Вэллд наверняка утонул, а его тело унесло течением в океан.

С тех пор в известном мире о компании континентальных мазуриков, плавающей на военном корабле, не было ни слуху ни духу, что поначалу очень удивляло Вэллда. Появление у берегов Восточного океана боевого корабля неизвестной конструкции, приплывшего из совершенно другого мира, с говорящими на малопонятном языке людьми на борту – происшествие уж точно не рядовое. Тем не менее никто об этом корабле ничего не слышал: эсминец «Краб» куда-то пропал вместе со всей своей командой. Объяснений такой загадочной пропажи у Вэллда имелось несколько, и все, как одно, – весьма расплывчатые. Во-первых, эсминец мог уплыть обратно на континент, но эта версия представлялась совсем уж маловероятной: ни карт, ни топлива, необходимых для такого путешествия, у команды корабля не было. Во-вторых, судно могло затонуть как при кораблекрушении, так и в результате сознательных действий команды. И в том и в другом случае те, кто находились на борту, скорее всего погибли: или утонули, или же от голода и жажды, потому как до обитаемых мест никто из них вроде бы не добрался. Не то чтобы Вэллд сильно переживал по этому поводу – скорее наоборот, но неизвестность порой чревата неприятными неожиданностями.

Неожиданности появились, и, как всегда, в самый неподходящий момент: когда на бредущего по совершенно безлюдному побережью Вэллда неожиданно напали невесть откуда появившиеся люди. Подкараулили его в сумерках, и вряд ли нападавшие смогли опознать в своей жертве их бывшего предводителя, но при дневном свете Вэллд и захваченный им врасплох разбойник друг друга узнали. Этот заснувший на посту дозорный был помощником Лесли Фора – капитана того самого эсминца. Потому-то внезапная встреча с Вэллдом, которого вся команда мятежного корабля считала мертвым, и вызвала у молодого человека такую странную реакцию.

«Значит, команда эсминца „Краб“ все эти годы скрывалась в странном поселке в пустыне, бандитствуя по мере возможности, – сделал не особо радостный вывод Вэллд. – Но где же тогда сам корабль? – вынужден был он задать самому себе возникшие после такого открытия вопросы. – Опять же, где мой бывший компаньон Пузырь? Где суровый революционер Энтон? Слишком уж эти персонажи деятельные – не думаю, что их бы устроило полудикое существование участников разбойничьей шайки, орудующей на окраине известного мира». В общем судьба товарищей Вэллда по плаванию через океан прояснилась, но не до конца, что опять-таки сулило возможные неприятности в будущем. Однако самым скверным в этой истории было то, что все эти беглецы с континента прекрасно знали Вэллда в лицо и при случае могли его опознать (потому-то ему и пришлось застрелить помощника капитана). До поры до времени о существовании переквалифицировавшихся в бандиты пиратов никто не знал, потому как эти «милые» люди старались не оставлять в живых никого из своих жертв – в этом-то Вэллд имел несчастье убедиться на собственной шкуре. Теперь же все изменилось: разбойники оставили в живых, да еще и взяли в заложники, самого Ромеля Арно. Наверняка для того, чтобы получить за жизнь богатого коммерсанта немалый выкуп.

«Вот ведь идиоты! – сокрушался Вэллд. – Даже если они и получат деньги, то теперь, когда об орудующей вблизи торговых путей бандитской шайке станет известно, за них всерьез возьмется Купеческий союз и не успокоится, пока не уничтожит всех разбойников до одного». Вывод напрашивался сам собой: нанятые Купеческим союзом люди, которые наверняка получат поддержку властей и Северных земель, и Великих равнин, рано или поздно обнаружат бандитское логово и, возможно, захватят хотя бы парочку бывших пиратов живьем. Если же ситуация сложится именно таким образом, то это, как ни странно, сыграет на руку Вэллду: бандиты тогда расскажут об их совместном бегстве с континента и заодно поведают историю о том, что разыскиваемый коммерсант Вильям Эдд трагический погиб – утонул при попытке высадиться на берег известного мира.

Ну а пока Вильям Эдд считался мертвым, в каюте корабля, названного с характерным для континентальных жителей отсутствием вкуса «Ураган», лежал, набираясь сил, участник нефтяной экспедиции Эдвил Филл – картограф из Перикона. Очнувшийся после долгого сна, похожего на обморок, Вэллд чувствовал себя все еще довольно скверно, но силы его, хоть и не полностью, но все же восстановились. Он был уверен, что после устроенной бандитами бойни на берегу зафрахтованное Ромелем Арно судно на всех парах плывет в сторону континента. Каково же было его удивление, когда, глянув в иллюминатор, Вэллд вместо открытого моря увидел вдалеке серую полоску суши.