Владимир Лукьянчиков – Бесконечная чернота III (страница 14)
– Во избежание срабатывания неизвестных систем лучше не воздействовать на корпус этого объекта грубой силой.
Мои губы невольно сложились в скептичную ухмылку. С чего бы тут чему-то работать? Но ничего не поделаешь.
Я уплотнил облегающий барьер, сжав его до миллиметра над скафандром, и пополз за Ир. Ах, ностальгия, клаустрофобия. Как давно я её не ощущал? Со времён корабля-тюрьмы? Резко подавил желание раздвинуть силовое поле, напомнив себе, что нагрузка придётся на позвоночник. Слава богу, часть проблемы решалась кольцом, поставляющим в лёгкие нужное количество кислорода, избавляя от необходимости глубоко дышать. Знаю я этот невольный рефлекс в узких пространствах.
Продолжая продираться через дыру, я, как мог, вертел головой, рассматривая внутренние слои обшивки через неудобный в таких случаях шлем. Вот погнутый лист чего-то металлического, вот тонкая ячеистая сеть, столь хрупкая, что её край осыпался от одного прикосновения, вот несколько полых труб. Каркас? Не корабль, а луковица. Мы всё продвигались, а слои всё не кончались. Прямо куча обёрток. И ты их разворачиваешь-разворачиваешь…
Когда мне начало казаться, что здесь нет никакой кабины, и в конце, то есть в центре, нас ожидает шиш с маслом, я упёрся в спину Ир.
– Дверь, капитан, – выдал андроид. – Или переборка. Не вижу механических замков.
Извернувшись, я оценил размеры. Ничего себе дверь. Скорее бронестворка корвета. Она явно открывалась, уходя в пазы, либо вовнутрь. Там, где мы стояли, места для неё не имелось. И это при том, что полоски, очерчивающие предполагаемую дверь, уходили куда-то вверх, настолько она была высокой.
Странно, что сам коридор, где сейчас ждала меня Ир, оказался узким, представляя небольшую прослойку между внешней обшивкой и внутренними секциями. Будто опоясывал центральную часть.
Пока я пытался вылезти из пробоины в «тамбур», девушка-робот облапала ровную поверхность и таки нашла еле заметную щель на уровне пола. Её правая кисть утончилась и трансформировалась в щуп, который проник внутрь.
– Постараюсь открыть.
Седая завозилась у двери, а я бочком-бочком попытался пройти коридор по кругу, но наткнулся на весьма однозначный тупик – целая вязь из труб и чего-то вроде арматуры. Я скосил взгляд на прорисованную досюда карту, которую Ир начала составлять, как только залезла в пробоину, и выводила изменения в интерфейс моего шлема. Ничего нового, чего бы не увидел своими глазами. Просто небольшая схемка коридора без ответвлений. Разве что Ир дорисовала замкнутый круг, опоясывающий центральную часть. Увидев тупик, я сомневался, что этот предположительный круг существует. Вернулся обратно, от нечего делать провёл рукой по стене рядом с дверью, и тут кольцо кольнуло мой палец.
– А?
От неожиданности я слишком резко разогнулся и ударился головой о стену рядом с андроидом, забыв, что в этом узком проходе надо двигаться как человечек с египетских фресок.
– Капитан?
Ир, не отрываясь от взлома, повернула голову на 180 градусов и посветила на меня глазами-фонарями.
– Просто коридор узкий, – оправдался я, щурясь от света.
Голова андроида снова крутанулась, заняв нормальное по человеческим меркам положение.
«Что, здесь опасно?» – мысленно спросил я пленницу кольца.
Артефакт дважды кольнул палец.
Чёрт, а ведь было так любопытно…
– Ир, я вылезаю, – пробурчал я. – Подожду снаружи.
– Принято, – ответила та, даже не добавив в конце «капитан». Видно, сильно увлеклась взломом повреждённой двери.
А я посмотрел на дыру, из которой выполз, и только сейчас понял, что мне нормально не развернуться, и придётся вылезать вперёд ногами. Накатило чувство, как когда в детстве просовывал голову через прутья перил и застревал.
Не-е-е, так дело не пойдёт.
На всякий случай попросил у кольца прощения и отдал мысленную команду: «Наружу!»
Телепортнуло без проблем.
– Фух, уже хорошо.
Шлем не успел перенастроить фильтры визора, и переход от бесконечной черноты к белоте сильно ударил по глазам, заставив проморгаться.
Я оказался за кратером – передо мной высились снежно-ледяные стены. Забрался на них и скатился вниз, к дыре, где мы и вошли.
– Ир, ты слышишь?
– Слышу, капитан, – пропыхтела девушка-робот на том конце.
Мелькнула глупая мысль ляпнуть ей: «Ты там осторожней». Вряд ли это поможет андроиду стать осторожней и избежать опасности. Поэтому я стоически промолчал.
Ожидание тянулось, по ощущениям, полчаса. Но вот в наушниках раздалось победное: «Есть контакт!»
– Дай картинку.
Перед глазами появилась тёмно-серая поверхность, которую я уже видел. Гипотетическая дверь. Широкая, высокая. Ни надписей, ни рисунков.
Вот левая рука андроида с усилием толкнула преграду, та поддалась и с хрустом, роняя кристаллики льда, начала отворяться.
– Ты посмотри… – риторически выдохнул я.
«Вдруг как в сказке скрипнула дверь… Потолок ледяной, дверь скрипучая, за шершавой стеной тьма колючая».
Картинка с глаз-камер андроида почти не дрожала – Ир передвигалась невероятно плавно. Разве что раздался стук, когда она перешагнула порог и коснулась металлического пола. Глаза-фонари андроида засветили ярче, выхватывая детали интерьера. Наверху ровный потолок безо всяких наворотов. Справа и слева, кажется, панели управления – чёрные экраны, под которыми на узких столиках обнаружилась целая россыпь больших, плотно прижатых друг к другу кнопок, покрывшихся тонкой коркой инея. Карта новой комнаты в моём интерфейсе обрела контуры.
– Ни одной надписи, капитан, – как мне показалось, растерянно сообщила девушка-робот.
Она прошла мимо, уделив больше внимания тому, что располагалось дальше. Всю противоположную стену занимала конструкция, больше всего напоминавшая ложемент космического жокея из «Чужого». Этим ложементом, наверное, и являющаяся. Потому что там было чётко видно гуманоидное тело.
Пилот буквально слился с ложементом. Гигант под два с половиной метра ростом. Может, выше. Явно в лётном костюме, но не в полном скафандре.
– Ир, подойди поближе и осмотри его целиком, насколько сможешь.
Гигант в кресле приблизился, ракурс сначала скакнул – это Ир взобралась на ложемент, – надолго остановился на разбитом шлеме пилота, постепенно начал смещаться, и…
– Да ладно…
Я узнал эту форму шлема. Та самая выпуклость для хобота, которая имелась на первых версиях скафандров в дредноуте. И шестипалые перчатки. Всё как на фотках, сохранённых в базе данных «Энкеладуса».
– Это что, рнорианец?
– Житель планеты, уничтоженной первым капитаном? – уточнила Ир, продемонстрировав знания, закачанные в андроида Главным Искином.
– Ну-ка, вернись к шлему.
Девушка-робот подчинилась, и я всмотрелся в растрескавшееся полупрозрачное забрало – череп как череп, только вместо хобота зияла дыра. Ссохся? Кожи не видно, поэтому определить её цвет не удалось.
– Всё-таки похож… – пробормотал я, не до конца веря в своё предположение.
Но откуда он здесь? Это же другая Вселенная. Как на богом забытой планете оказался пришелец, которого здесь никак быть не должно?
Ладно я пережил прохождение через Гаргантюа с помощью кольца, но как сюда занесло шестипалого гиганта? И когда это случилось? До или после геноцида? ЭфЭр говорила, они тогда ещё не достигли уровня межзвёздных перелётов, и дредноут, построенный по чертежам из артефакта, являлся исключением. А после никто ничего не мог построить. По причине того самого геноцида. То есть рнорианцев вообще не должно было существовать к моменту отлёта «Энкеладуса», который тогда назывался по-другому. А значит, рнорианца отправили бороздить просторы космоса до катастрофы на Рноре. Может, его сюда запульнули Древние? Насильно, как люди запустили собаку в космос. Бр-р…
– Ир, как думаешь, откуда он здесь?
– Слишком много переменных для составления гипотезы.
Так бы и сказала, что не хочешь гадать.
– А от чего он умер?
– На черепе нет внешних повреждений, если считать отверстие на месте носа особенностью анатомии.
– Да, если там был хобот, то так и должно быть, – согласился я. – Но шлем-то треснул.
Девушка-робот прикоснулась к заиндевевшей прозрачной поверхности шлема.
– Материал стекла не был предназначен для длительного пребывания в помещении с температурой минус сто градусов по Цельсию.
Как быстро она определила. Недаром верх технологической мысли Скарата.
После этого мы, точнее она, принялись изучать кабину звездолёта. Под пальцами андроида щелчками прожимались кнопки, но ничего так и не запустилось. Седая облазила всю комнату, потом вышла в коридор звездолёта, облазила уже его, вернулась обратно.
– Скорее всего, это спасательная капсула, – вынесла вердикт Ир. – Не найден отсек, ведущий к двигательной установке. Присутствуют лишь слоты для манёвровых двигателей, большинство из которых в данный момент пустует. Возможно, отстрелились после израсходования топлива. Нет креплений для подачи патронов в орудия, и нет самих орудий. Не уверена, что космический корабль такого размера может нести в себе миниатюрные боеголовки и вооружение, но продолжу исследования.
Что ж, как я и думал, внутри кабина звездолёта, а в ложементе действительно покоился пилот.