Владимир Лукьянчиков – Бесконечная чернота III (страница 16)
– Ир.
– Да, капитан?
– Как у тебя с энергоядром? Не барахлит?
– Нет, капитан. До прекращения работы осталось ориентировочно тысяча триста лет.
– Ясно. С руками что?
– Я смогу их отремонтировать.
– Ясно…
Остаток пути до жилого модуля мы проделали в молчании.
Когда дошли, Ир просканировала местность вокруг нашего убежища.
– Никаких изменений, капитан.
– Что маяк?
– Нет отклика, так как я отключила его до нашего возвращения.
Мы остановились перед дверью жилого модуля.
– Я могу чем-нибудь помочь?
– Да, капитан. Пока я восстанавливаю целостность конструкции рук и перенастраиваю трансформеталл, вы должны активировать маяк и переносить его на новое место минимум пять раз в день. Я сброшу вам местонахождение устройства и карту перемещений.
– Хорошо, – ответил я, принял данные на шлем и пошёл в направлении точки, указанной на карте.
Солнце быстро клонилось к горизонту. До заката я успел перенести маяк дважды, когда со мной связалась Ир и успокоила, сказав, что на сегодня достаточно. Поэтому я отключил прибор на ночь.
Спал как убитый. Не то чтобы консервная банка маяка была тяжёлой. Просто нервы. Кольцо блокировало не все эмоции. Наверное, чтобы я не расслаблялся.
Так вот. Спал как убитый, и это было хорошо. Не хотелось снова видеть какие бы то ни было кошмары.
Весь следующий день я прогуливался с маяком, раз в час забирая его на другую точку, указанную на карте. Как объяснила Ир, выбор мест был рассчитан так, чтобы червещупальца не успевали добраться до раздражителя.
Мне затея с транслированием сигналов в космос казалась бессмысленной. Насколько я помню, волны не улетают далеко. Максимум на десяток звёздных систем от нас. И если «Энкеладус» появится хотя бы в пределах двух галактик, артефакт перенесёт меня на борт. Но надо же было чем-то заниматься, пока мы находились в ледяном заточении.
Через два дня Ир восстановила свои руки. Её металлические конечности снова «обросли» трансформеталлом, возвращая всю эффективность.
Вот так, вроде бы незаметно, месяц, отмеренный нам протоколами Главного Искина, подошёл к концу.
Слова Сергея Островского.
Музыка Эдуарда Ханока.
Исполнял Эдуард Хиль.
Глава 7
Корабль-куб Древних завис над планетой-камнем. Огромным, бездушным камнем. Звездолёт раскрылся словно головоломка, в поверхность серого шара ударил ослепительный луч света. Он прожёг дыру в усыпанной кратерами земле, углубляясь и углубляясь, пока не достиг давно застывшего ядра. Как только сформировался этот невероятный туннель, в него спустились «строители», а вместе с ними и «дающий жизнь». «Строители» с помощью сил на грани науки и фантастики в считанные месяцы возвели колоссальные обручи, собранные из прежнего земного ядра, и «дающий жизнь» поместил в образовавшуюся пустоту маленький артефакт. То была клетка для самой разрушительной из всех когда-либо существовавших сил. Настолько же разрушительной, насколько и созидающей. Обручи пришли в движение. Клетка распалась, мрак вырвался на свободу, но разбился о невидимую преграду, сформированную бешено вращающимися кольцами, на которых проступили лавообразные символы.
«Дающий жизнь» вместе с остальными оседлал луч света, но если «строители» поднялись обратно на корабль, то он сошёл на поверхности планеты. У него было ещё одно важное дело. Камни и песок под ним задрожали – процесс возрождения начался. Он воспарил и замер между медленно синеющим небом и землёй, бурлящей магмой. Его силовое поле обладало мощью, достаточной, чтобы защитить от всего. Такое же силовое поле, но уже излучаемое новым ядром, постепенно накрыло всю планету, видоизменилось, превращаясь в поле магнитное.
Сквозь огонь, грохот и пылевые бури Древний наблюдал весь процесс «оживления планеты» от и до. Как и его братья на корабле.
Когда-нибудь, когда возникшая здесь раса встанет на путь технологий, его преемник вернётся сюда, чтобы дать надежду, новый путь и новое бремя.
Создание дома для братьев меньших было завершено.
«Дающий» опустился на изменённую, тёплую поверхность и начал ритуал посева. Его тело замерцало и стало распадаться на тысячи крохотных чешуек, которые, словно пепел, подхваченный ветром, разносились повсюду. Вот он полностью растаял, сливаясь со всем сущим на земном шаре. Семя посеяно.
Удовлетворённые результатом, Древние покинули это место. Покинули на долгие миллионы лет.
Появлялись первые разумные, падали под гнётом следующих за ними. Рождались цивилизации, уступали место новым, и этот цикл повторялся до определённого момента. Момента, в точности предсказанного Древними.
Вскоре одна из цивилизаций назвала этот мир Скаратом.
Пришло время, и к ним отправили «дающего надежду».
Но не всё предсказали Древние. Способ оживления планеты дал трещину. Трещину в защите обручей.
Тьма, всё это время таившая злобу на пленителей, лишь на мгновение выплеснулась из земного ядра, но этого хватило. Новый «дающий» не заметил, потому оказался бессилен. Тьма завладела умами выдающихся скаратцев. Тьма желала отомстить. Если не Древним, то их творениям. И она отомстила. Больше никакой надежды. Никакого пути. Никакого бремени. Это её планета. Её владения. Её царство.
Синий свет защитных лавообразных символов потух. Вращение ускорилось. Каждый новый виток всё быстрее, быстрее. Раздался оглушительный вой дикого зверя. Обручи засверкали зловеще-зелёным, слились в один полупрозрачный вихрь, но вдруг со звоном застыли, сложившись в одно гигантское кольцо, обрамляющее черноту посередине. Мгновение тишины, и отростки тьмы выстрелили оттуда прямо в меня!
***
Я открыл глаза. Потолок жилого модуля. Слышен глухой вой ветра и стук снежинок-сюрикенов.
Опять приснилось?
– Капитан?
Сейчас мой мозг выдаст желаемое за действительное, а потом опять начнётся кошмар?
– Ир, я всё ещё сплю?
– В ответах на подобные темы я ограничена, – неожиданно выдала девушка-робот.
Не сказала: «Нет, не спите». Не промолчала, как было в том сне.
Пусть не ответила прямо, но её иносказательность выглядела слишком сложной для того, чтобы быть созданной моим сознанием.
И я мыслю заковыристо, значит, не сплю. Чуть ли не «Cogito ergo sum», только другими словами.
– Капитан?
Девушка-робот начинает повторяться. Наверное, не стоит её нервировать.
– Всё нормально, Ир…
Чёрт, эти сны реально действуют на нервы. Своей реальностью.
Но возникшее чувство тревоги не дало спустить всё на кошмар. Неужели я видел прошлое Скарата? Неужели в геноциде виноваты не воюющие друг с другом страны, а та тварь, которая засела в земном ядре? Чёрная дыра, чья сила помогла терраформировать планету.
Я встал, оделся, вышел наружу, поглядел наверх.
Бедное маленькое солнце снова застряло в плотных бетонных облаках. Учитывая мороз, неудивительно. Может, прямо в небе над нами образуются тучи, а не прилетают откуда-то ещё, гонимые ветром.
Даже зависни дредноут на орбите, мы бы не увидели его. Эх…
Мне вспомнился чуть не разразившийся вчера скандал.
***
– Что теперь делать, Ир? – спросил я, когда зеленоглазая сообщила мне важный факт – день Х прошёл.
Месяц, отсчитываемый по земному времени. Момент, когда дредноут должен уйти на консервацию.
Последний день, когда мы ещё надеялись на что-то, закончился, и напряжение, скачками накатывавшее на меня в промежутках между «работой» и недавними приключениями, испарилось. Я будто сдался. Принял свою судьбу распылиться на атомы, когда кольцо улетит искать нового носителя. Или быть казнённым Древними. Или остаться здесь до конца времён.
– Продолжать ждать, капитан, – ответила Ир, добавив: – Сейчас мы можем лишь просчитать нашу дальнейшую жизнь на этой планете.