Владимир Лорченков – Учеръьёсы Сугона (страница 56)

Приложение второе

Стихотворение из коллекции «Последний русский император», коллекция Вена Марсианская, Музей Человеческого Искусства, зал АП-а54565. Предположительно авторства последнего императора Пятой Русской Империи, Ивана Ивановича Лукина. Представляет собой обрывок бумаги размером 17 см на 6 см, обгоревший по краям во время, очевидно, пожара царской резиденции в Москве. Найден во время археологической экспедиции 3456 года.

… лижи мою молодость, лижи мою страсть

как животное - соль,

прокуси мое тело,

вначале я ничего не почувствую, а

медная бляха

будет потом

все будет потом, сейчас прокуси и тяни, лижи

высасывай из меня эту дурную

кровь

обезумевшего от сверхнаполненности человека

я говорю о себе, ты понимаешь

я полон крови, я едва не лопаюсь от ее избытка

она брызжет по утрам фонтаном из моих ноздрей

система сообщающихся сосудов, слава матери-кукурузе, работает исправно

по утрам кровь течет из-под моих закрытых век,

сочится из-под ногтей, каплет с длинных красивых ресниц

от которых не одно сердце таяло

как мороженое, только сердце – кровью

кровь толчками вырывается из моих вен, я как будто Океан

а в моих венах миллионы китов, кровавых гренландских китов, синих молдавских китов, кашалотов, лопоухих, вислобрюхих и прочих китов

и они брызжут из меня по утрам фонтанами крови

радостно фыркают, ведь они тоже полны крови и жизни

я полон кровью, я полон жизни

страдание и чувства переполняют меня, льют изо рта

особенно мне удается легкая грусть и ненавязчивая тоска

мне все удается, потому что я полон жизни и крови

вытекающих из меня вовсе не потому, что я должен умереть,

а ради сохранения меня как сосуда

который не должен лопнуть, можно сказать

во мне есть предохранительный механизм, который спасает от перепроизводства

жизни и крови

и, конечно, я щедро делюсь всем этим с каждым встречным

поперечным, растяпой и головотяпом

а еще я полон железа, что вовсе не удивительно для тех

кто в химии знает толк

тонкий, как изысканные вина столовых

марок, ведь кровь полна железа

железистых опилок

поднеси к открытой ране магнит

и хлещущая кровь стянется к нему как куча

железной пыли

я полон железа и в виде крови, и в чистом, -

от слова «первозданный» меня отучил Андрей Первозванный, -

виде, в виде железного стержня

пронзающего мою спину вместо трусливо дезертировавшего

позвоночника, он не выдержал тяжести службы

и сбежал, трус, я разжаловал его и приговорил заочно к расстрелу перед строем и последующему

повешению в торжественном разряженном солдатов каре

кюре отпоет его в последний путь

приделает к носу бантик и спустит гроб с телом на воду

а потом мы отправим его чистить картошку на кухню

вот что ждет

мой позвоночник, когда он вернется ко мне в надежде

на заклание агнца

а пока у меня вместо него стальной позвоночник

который, хочу я или нет, ему плевать, удивительно равнодушная тварь

делает меня самым живучим существом в мире после кошки

из которой кишки вынимай не вынимай, а она все равно застрелится

иногда он мне мешает ходить

ведь каждый знает, что в Земле есть магнит

и иногда его включают инопланетные твари

очень редко, но включают, чтобы

обезопасить себя от таких как я, с железным штырем в спине