Владимир Кудрявцев – Реквием (страница 2)

Рёквара ответ вроде как устроил:

– Как похлебка-то? А то супружница моя любит, чтобы я ее стряпню хвалил.

– Хороша, – сказал Арон, – В конце долгого пути лучше не придумаешь.

– Ох, Рёк ты и болтун! Когда это я искала похвалы? Да даже коли бы и так? От тебя не убудет!

– Ну-ка, Арон, ты мужик бывалый. Всякое повидал, поди набрался ума-разума? Вот скажи мне: как с женой надо? Ну, чтобы не ругалась почем зря и довольная была?

Арон усмехнулся:

– Если бы я знал, то золота у меня было бы, что зерна у тебя в амбаре.

Покончив с ужином, стали укладываться спать. Детей отправили на полати, за яркую занавеску. Хозяева и Вель по скамьи.

– Ты, Арон, не серчай, но место только на полу, – пожал плечами Рёквар, – Я вон тебе дедовскую шубу постелю.

– Все лучше чем во дворе.

Хозяин задул лампу и после нескольких дней пути, всей этой непогоды, Арон забылся глубоким сном.

Проснулся он от того что дыхание перехватило. Открыл глаза. На грудь ему коленом надавил Рёквар. Хозяин в тулупе и шапке, выпучив глазищи, брызгал слюной:

– Ты что же наделал, выродок! Погубил столько народа! За что же ты так со всеми, а? Что же ты… мстил что ли? За что? Не пощадил даже детей!

Позади Рёквара возникла Вель и приставила нож к его горлу. Ее лицо сделалось стылым, как тогда, в казематах башни:

– Не смей угрожать моему брату, – сказала сестра.

Рёк отпустил Арона, а сам остался на коленях.

– И нас тогда убейте, ироды! – крикнул Варвара. Хозяйка жалась к стене и куталась в темную шаль.

Арон отполз, поднялся ничего не понимая. В горницу падал утренний свет, еще робкий. Дети высунулись с печи и глядели на то, что творилось. Хозяин хрипел, что раненый кабан.

– Да что случилось-то? – взревел Арон, – Рёквар, ты чего на меня накинулся? Мы же при тебе спать легли. Я так вообще не просыпался, покуда ты меня не растормошил. Чего сделалось?

– Отвечай! – прошипела Вель.

– Деревня вся… Померзла, что озимые. Я до скотины пошел, по хозяйству. Сарай отворил, так там все поголовье во льду. Побежал до соседей, а там… все мертвы.

– А наша лошадь? – спросила Вель.

– Как и прочие, – ответил хозяин.

Арон покачал головой:

– Да разве стали бы мы свою-то лошадь морозить?

– Кто вас знает? Знал бы я что вы чародеи…

– Мы? – завелась сестра, – Думаешь это мы наколдовали? Неправда. Пусть меня растопчет Всеотец, коли я лгу.

Вель была чародейкой. Когда-то. В башне говорили, что она стал «бездушной». Рядом с ней любые чары исчезают. Она для мага, что огонь для сеновала.

– Они не понимают, – сказал Арон.

– Не понимаем чего? – спросила Варвара.

– Того что вы живы… – сказала Вель и убрала нож, – Как раз из-за нас. Если бы не мы, то быть бы вам такими же ледяными как соседи.

Рёк поднялся, отирая место пореза:

– Почему?

Арон положил руку сестре на плече.

– Вам хватит и того, что я кое-что знаю о магии. И в деревне кто-то или что-то есть. Мы с Вель можем просто уйти. Но, боюсь, в следующую ночь, тебя и твою семью, ждет незавидная участь.

– До вас все хорошо было! – напомнила Варвара.

– Мы тут не при чем! – ответила Вель, – Мы не чародеи. Проклятье!

– Так это маг? – спросил Рёк.

Арон пожал плечами:

– Может, маг. А может еще какая тварь. Надобно найти. И раз уж мы с Вель здесь, то попробуем.

– Получается… вы нам поможете? – прищурилась хозяйка.

Вель развела руками:

– Ну, а куда деваться?

Рёквар скривился, поскреб щеку, прочистил горло и сказал:

– Ты, Арон, это… не серчай. Меня и жена всполошила…

Супружница тут же вскинулась, как конь почуявший овес:

– Ну, оно самое-то! Все на меня сваливай! Я тебе, конечно, виноватая!

– Да не кричи ты, почем зря. Я тоже виноват. Нет бы покумекать как следует… Да вот как подумаю, что и мою семью могло приморозит вусмерть, так перед глазами будто пелена какая. А в голове, что каша.

– Обошлось же, – напомнил Арон, – Только больше такого не делай. Вель… она у меня добрая. Я не такой.

– Хорошо, – сказал хозяин, – Я чем помочь могу?

– Дома сидите, – бросила Вель, – И еще. Говоришь, с погодой кутерьма началась не так давно?

– Поначалу осень как осень была. А потом, то и дело: ливни стеной, морозы такие, что того и гляди деревья лопнут, туман непроглядный. Проклятье какое-то.

Арон вгляделся в лицо сестры. По ее лбу тянулся длинный шрам. Другой, кривой, пересекал щеку, еще один чернел на подбородке. Она бежала из башни магов потеряв свой дар, а в награду получила эти отметины. Но Вель родилась магом, училась в башня и много чего знала о чародействе.

– Что думаешь?

– Думаю, Рёк, сходи-ка за нашим оружием.

Покуда хозяин воротился, да оружие отгорели, на улице совсем рассвело. Заодно подзакусили, прогнали остатки сна. Вель оделась первая. Подбоченилась в полушубке, светлой шали и варежках. На поясе меч и кинжал. Туго обтянутое плотной тканью лицо, казалось совсем крохотным:

– Ну, ты еще долго будешь? – спросила она.

Арон не стал напоминать, что это он, обычно, ждет когда она соберется. Быстро оделся. Ножны таскал за спиной, рукояти меча и кинжала торчали над плечами. Если дело дойдет до драки, Вель кое-чего умеет. Но все равно, сталь – это его дело.

– Удачи вам, – сказал Рёк, закрывая за ними дверь.

– Ага, – кивнул Арон.

Деревня искрилась серебром от земли до неба. Избы, сараи, хибары – густо занесло, даже окон не видать. Всякую утварь у двора: старую кадку, оглоблю, сваленные в кучу бревна, все занесло, приморозило, сковало льдом. Снег облепил голые деревья.

– Так откуда нам начать? Что думаешь? – спросил Арон.

– Думаю, маг, – ответила Вель и выдохнула султанчики пара, – Там где льда и снега меньше всего, там и найдем причину.

Принялись искать. А вокруг тишина как на кладбище. Ни людского шума, ни лая собак, ни рева скотины. Каждый шаг отдавался густым скрыпом.

– Давай-ка, хоть сами поглядим чего у них случилось-то, – предложил Арон. Вель кивнула.