Владимир Кожедеев – Дагерротип князя Щетинина. Книга 2. Тень государя (страница 6)

— Да, ваше превосходительство. Анна Сергеевна Лыкова.

— Ваш муж — очень талантливый сыщик. Я слышал о его делах. — Безобразов сделал паузу. — Но талант не всегда спасает от ошибок. Не находите?

— Нахожу, — спокойно ответила Анна. — Но ошибка — не преступление. А талант — не причина для зависти.

Безобразов прищурился.

— Острая вы женщина, Анна Сергеевна. Такие обычно либо добиваются многого, либо погибают.

— Я предпочитаю добиваться.

— Удачи вам. — Он отсалютовал бокалом и отошёл, не прощаясь.

Анна выдохнула. Руки дрожали. Она поставила бокал и медленно пошла к выходу. Надо было уходить. Она узнала достаточно.

Но на выходе её ждал сюрприз.

— Анна Сергеевна, — раздался тихий голос сбоку.

Она обернулась. В тени колонны стоял высокий, худой человек в чёрном сюртуке. Сухотин.

— Вы? — она узнала его сразу. — Что вам нужно?

— Предупредить. Вашего мужа хотят убить. Сегодня ночью. Когда он вернётся домой.

Анна побледнела.

— Откуда вы знаете?

— Я был в «Комитете». Я знаю их методы. У них есть приказ: если Лыков не отступится — убрать. И его, и вас.

— Зачем вы мне это говорите?

Сухотин помолчал, потом сказал тихо:

— Потому что мне надоело быть убийцей. Передайте Лыкову: пусть не ходит домой сегодня. Пусть ночует в гостинице. И пусть готовится к бою. Они пойдут до конца.

Он исчез так же бесшумно, как и появился.

Анна постояла несколько секунд, потом выбежала на улицу, вскочила в пролётку и закричала извозчику:

— На Средний проспект, быстро!

Лыков не пошёл домой.

Он получил записку от Анны (извозчик передал на полпути) и свернул в гостиницу «Москва», к Брусникину.

В номере было тесно: Лыков, Хлобуев, Брусникин и примчавшаяся Анна. Горела одна свеча. За окном — темень.

— Сухотин сказал, что тебя хотят убить, — повторила Анна. — Сегодня ночью.

— Мы это уже знаем, — ответил Лыков. — Я ждал этого. Сегодня была вторая кража. Они хотят, чтобы я погиб при попытке задержать грабителей. Или чтобы меня нашли мёртвым в собственной квартире. Или чтобы... — Он посмотрел на Анну. — Или чтобы ты была вдовой.

— Что ты предлагаешь?

— Я предлагаю не ждать их. А пойти к ним.

— К кому?

— К Безобразову. Прямо сейчас. У него сегодня вечером приём. Он будет занят, не ожидает гостей. Мы придём. И устроим ему сюрприз.

— Это безумие, — сказал Хлобуев.

— Это единственный шанс. Если мы будем прятаться — они нас перестреляют поодиночке. Если мы пойдём вперёд — у нас есть элемент неожиданности.

— А если Безобразов вызовет охрану?

— Не вызовет. Потому что мы не скажем, зачем пришли. Мы скажем, что нашли документы, которые его заинтересуют. Он захочет их увидеть. А когда он их увидит...

— Что? — спросила Анна.

Лыков достал из кармана письмо Сухотина.

— Он увидит список своих сообщников. С именами, датами, расписками. И поймёт, что игра кончена.

— Где ты взял этот список? — спросил Хлобуев.

— Мне его дал Сухотин. Он перебежчик.

— И ты ему веришь?

Лыков помолчал.

— Не верю. Но я проверю. Мы все проверим. Сегодня ночью.

Дом Безобразова на Английской набережной. Час ночи.

Особняк был тёмным, только в нескольких окнах горел свет. Лыков и Хлобуев подошли к чёрному ходу.

— Ты уверен? — спросил Хлобуев.

— Нет. — Лыков постучал.

Дверь открыл лакей в ливрее.

— Мы к его превосходительству. По срочному делу.

Лакей хотел что-то возразить, но Лыков шагнул вперёд, и Хлобуев — следом.

— Проводите.

Безобразов сидел в кабинете за письменным столом, перебирал бумаги. Когда вошли, он поднял глаза, но не удивился.

— Лыков? — спросил он спокойно. — Вы не вовремя.

— Я всегда не вовремя, ваше превосходительство. — Лыков положил на стол письмо Сухотина. — Вы узнаёте?

Безобразов надел пенсне, прочитал, и лицо его сделалось серым.

— Откуда это у вас?

— От человека, который хочет жить. В отличие от вас.

— Вы угрожаете мне, Лыков?

— Я предупреждаю. Комитет раскрыт. Список у меня. Завтра утром он будет у государя. Если вы не...

Безобразов резко поднялся. Рука его нырнула в ящик стола.

— Сзади! — крикнул Хлобуев.

Лыков обернулся.

Из тени угла выступил человек с пистолетом. Тот самый, что был на приёме у графини. Тот самый, что следил за Анной.

— Бросайте оружие, господа, — сказал он. — Живыми вы отсюда не выйдете.

Лыков посмотрел на Безобразова, потом на пистолет, потом на Хлобуева.