Владимир Комарьков – Хроники Арли. Книга 1. Где я? (Переиздание 2025) (страница 9)

Ответ лежал на поверхности. Если светлая голова и мозги, не являются ни плюсом, ни минусом, остается одно-единственное, чем я обладаю. Внешний вид, а он у меня как на заказ! Хромой горбун – что может быть лучше? Я слышал, что профессиональным нищим подчас приходилось изображать несуществующие уродства, меня же природа одарила всем «необходимым» сама. Да Иан, черт побери, родился для этого ремесла!

Следующий день поначалу точь-в-точь напоминал предыдущие. К работам меня не привлекали и в помощи не нуждались. Не зная, чем себя занять, я после завтрака отправился к руководству. В голове засела одна идея, и если кто и мог мне помочь, то это был Вордо.

Дело в том, что временами мне начинало казаться, что я понимаю, о чем говорят вокруг. Чувство приходило не внезапно, а только в моменты, когда не пытался вслушиваться в разговоры, ковыряясь в остывшей золе и бездумно рассматривая кострище. Очень необычное ощущение – как будто вот-вот «ухватишь за хвост» Несколько раз я попытался осознанно восстановить ощущения, но концентрация лишь мешала, и нить понимания терялась. Ни четко звучащих слов, ни произношения при этом в памяти не осталось. Просто понимаю – и все.

История несколько раз повторилась, что напомнило о целенаправленном обучении. В голове засела идея. А вдруг это конек бывшего хозяина тела, и у него склонность к изучению языков? Умения понимать и изъясняться мне бы сейчас пригодились.

Решение не откладывать все в долгий ящик созрело мгновенно. Сказано – сделано! К счастью, он оказался на месте, даже искать не пришлось.

Я остановился за спиной Храста, который с некоторых пор посматривал на меня, как волк на ягнёнка, но встревать в разговор не стал. Уверен, Вордо давно обратил на меня внимание, но не спешил его демонстрировать. На секунду меня пронзила дикая ярость, но усилием воли я подавил эмоции, – кто я такой, чтобы осуждать действия господина?

– Иан? – атаман, наконец, вопросительно поднял бровь, словно только меня заметил. В нем, как и вчера, не чувствовалось раздражения, лишь легкая аура интереса. Похоже, моим поведением довольны. Что ж, будем закреплять этот эффект.

– Вордо, – мне пришлось изобразить поклон. Ну, как умею. Не теша себя мыслью, что моя неуклюжесть останется незаметной, я заменил умение старательностью.

Новый хозяин по-прежнему демонстрировал живой интерес.

Сделав шаг вперед, я коснулся пальцами уха и произнёс:

– Ухо.

Каждое последующее слово сопровождалось касанием части тела.

– Нос, рука, плечо, глаз, – я посмотрел в его глаза чуть дольше, чем следовало, и показал на свой рот. – Иан говорить.

Храст стоявший тут же, недоумевающе переводил взгляд с меня на Вордо. Он так ничего и не понял. А его патрон меня не подвел. Как я и предполагал, Вордо практически сразу уловил смысл моих действий. Усмехнувшись, он повторил за мной все движения, сопровождая их словами. Все еще улыбаясь, он сделал это еще раз, только медленнее и слова проговаривал трижды. Мне оставалось лишь старательно произносить незнакомые звуки до тех пор, пока не получал удовлетворенный кивок от моего учителя.

Что удивительно, я повторял за Вордо все лучше и лучше, пока, наконец, словно что-то во мне ни включили, и тогда мне оказалось достаточно услышать слово всего один раз, чтобы его запомнить. При этом я заметил вчерашнюю странность: непонятный навык позволял точь-в-точь копировать не только звуки и интонацию, но даже голос. Прямо живой диктофон. Но стоило мне попробовать воспроизвести сказанное своим голосом, как наваждение испарилось, а с ним заодно и способность запоминать слова. Чертовщина какая-то! Как такое возможно?

Пока я копался в себе, перехватил задумчивый взгляд этого опасного человека. Я моргнул: над головой у Вордо стремительно формировалось облако странного цвета, и я почувствовал, как его интерес разгорается с новой силой. Соображал он явно лучше и быстрее меня. И мне на секунду захотелось вытянуть из него эти мысли.

Постаравшись вернуть прежнее ощущение, я без труда переключился на режим микрофона. Словно некий тумблер сработал в моей голове, и – вуаля! – снова пошло-поехало. Информация впитывалась мгновенно, мне не требовалось повторять слово несколько раз. Незнакомый язык органично встраивался в мозг, как будто заполнялся словарь, и это, к моей радости, не требовало от меня практически никаких усилий. Спустя несколько минут Вордо жестом показал, что пора сделать передышку. Следовало немедленно этим воспользоваться и продемонстрировать успехи.

– Ухо, нос, рот, глаз, голова, волосы, рука, палец, нога, меч, ремень, – сделав над собой усилие, я говорил своим голосом, медленно расползаясь в улыбке. Вася, ты, конечно, козел, но за подарок спасибо! Впихнул меня в тело хромого горбуна и сделал долбанным полиглотом.

К обеду в лагере по приказу Вордо прошел день сына полка. Это я так назвал новое развлечение. В роли блудного отпрыска ваш покорный слуга, а кто слонялся без дела, взяли надо мной шефство.

К вопросу подошли с размахом, так что я взмок уже в первые полчаса. Не припомню, чтобы когда так было: шестеро учителей и один школяр. Дорвавшись до дива, ребята работали на износ. Такого рвения преподавательского состава, наверное, не знал мир. Они почти одновременно тыкали в предметы, произнося названия, и когда я повторял за ними их голосами, толкали друг друга, хлопали по коленям и посмеивались.

Несмотря на мои опасения, что «встроенная» память не справится, чем больше слов я узнавал, тем проще и быстрее шло обучение. От простых понятий, типа: лес, дерево, глаз и котелок, переходили к описанию действий. Вот тут я теплым словом вспомнил Наташку, которая всех через силу заставляла играть в «угадайку». Ее многие не переваривали за детские замашки и безудержное желание сделать так, чтобы никто не скучал. Мне же ее наука сейчас, ох, как пошла на пользу!

Когда же идеи почти подошли к концу, мне пришлось взять процесс самообразования в свои руки. И что бы вы думали? Во мне, оказывается, до сих пор пропадал изрядный актерский талант. Я пытался изобразить процесс, желающие, которых к концу стало подозрительно много, азартно давали версии. Так мне удалось стать обладателем еще десятка – другого слов. Игра в отгадки затянула даже Храста, который азартно что-то выкрикивал из задних рядов, когда я пытался изобразить, как звучит глагол «думать».

Шум и крики приняли до того угрожающие размеры, что Вордо пришлось вмешаться, чтобы остановить безобразие – тайный лагерь стал похож на балаган. Но последнее слово, как это ни странно, оказалось за Карой, одним из достоинств которой был явно сержантский голос. Она шипела, плевалась ядом и грозила карами всем, кого увидит бездельничающим через минуту, напоминая змею, кошку и фурию одновременно.

Угрозы подействовали. Через мгновение на поляне никого не было. Бравые парни, недавно при мне хвастающие оружием, разбежались по углам, как тараканы, оттуда опасливо поглядывая на боевую женщину, стоявшую, подбоченившись, в центре поляны.

Итогом обучения стал запас из двухсот слов, которые моя память вобрала в себя с той же легкостью, как и первые пять. Я помнил все до последней буквы, а так как обычно их повторяли все, мог произнести, какое угодно, голосами любого из присутствующих на поляне. Этот трюк особенно понравился всем. Вордо же стоял у своей палатки и задумчиво за мной наблюдал. Взгляд у него был такой… оценивающий. Аура любопытства и заинтересованности вновь поменялась и теперь я чувствовал исходящую от мечника настороженность. В этот момент до меня дошло, что некоторые преимущества в глазах других могут стать недостатками, которые лучше не выставлять напоказ.

Надо как-то тормозить с демонстрациями. Так можно откопать нечто такое, что зароет меня со стопроцентной гарантией. Васек подсунул мне спецификацию с подковырками. Что еще я найду в своем списке возможностей?

Весь остаток дня Вордо поглядывал на меня, старательно пряча интерес за маской холодного безразличия. Но теплая покалывающая волна то и дело касалась меня, когда я ловил на себе его взгляды. Чую, нас ждет не слишком приятный для меня разговор. И теперь мне не отвертеться, прикрываясь незнанием языка. И его первый вопрос, несомненно, будет касаться моих способностей. Господин должен знать о рабе все, чтобы чувствовать себя в безопасности .

Плохо еще и то, что теперь незнанием языка не отвертеться. Он видел, с какой скоростью я учусь. В случае необходимости мой лексикон пополнят дополнительными понятиями. И хорошо, если посчитают меня полезным. Вордо явно понял суть моего метода, поэтому, если я не промахнулся с профессией хозяина, он рано или поздно научит меня словам вроде «замысел», «слежка», «дезинформация». Ну не похож атаман на обычного вора. И даже на атамана не слишком смахивает. Мне не бог весть сколько лет, но пообщавшись с приятелями отца, военного я узнаю хоть с саблей, хоть без нее. Вордо точно как-то связан с силовыми структурами и, судя по манере себя вести, был далеко не из последних.

А потом всем вдруг стало не до меня. Сначала вернулся один из двух человек, которые вечно где-то пропадали вне лагеря. Я заметил только тень, стремительно метнувшуюся из леса. Полы палатки яростно хлопнули, и на минуту все стихло. Затем на поляне поднялся страшный переполох. По знаку Вордо люди разбирали оружие, лучники заранее прилаживали тетивы на место. Кара, возникшая из ниоткуда, раздавала колчаны и подзатыльники. Последнее у нее получалось особенно ловко.