Владимир Каржавин – Небесные мстители (страница 35)

Званцев рассказал брату все о ночном перелете через линию фронта, о злоключениях в лесу, о встрече с единственным человеком из разведгруппы, то есть Яном Клапачем.

Петр слушал его внимательно, время от времени поглядывал в окно и вдруг спросил:

– Это случаем не он?

Игорь тоже глянул в окно кухни, выходившее на улицу. Сквозь металлическую решетку забора было видно, как человек небольшого роста, в вязаной шапочке, плотно надвинутой на голову, прохаживается взад-вперед, не решаясь войти во двор.

– Он! – подтвердил Игорь. – Точно!

Через несколько минут Ян Клапач уже сидел на кухне, бросал удивленный и в то же время радостный взгляд то на Игоря, то на Петра.

– Доверяй ему, как мне, – сказал Званцев и кивнул на Петра, сидевшего рядом. – Он не только мой товарищ, но и брат.

– Как это брат? – удивился Клапач. – Вы же из разных стран.

– Вот после победы сядем за стол, нальем водки или сливовицы, и я расскажу, как мы, братья, оказались в разных странах, – с улыбкой проговорил Игорь. – А сейчас, дорогой Ян, извини, некогда.

Нужно было брать инициативу на себя. Невыполнение операции «Крылья» могло обернуться самыми серьезными последствиями, Званцев это понимал.

– Итак, ситуация сложилась следующая, – начал он. – Где-то в окрестностях города, а может, в нем самом есть завод, изготавливающий крылья для нового немецкого реактивного самолета. Наша авиация готова уничтожить данное предприятие, но для этого надо знать его координаты, хотя бы приблизительно. Какие будут соображения по этому поводу?

Клапач сразу же взял слово:

– Я успел поговорить с двумя товарищами из депо. Мы когда-то вместе работали. Они сообщили мне, что составы с древесиной заходят в новый цех, своего рода пристройку к депо. Оттуда доносится визг пил. Машинисты – немцы. Разговаривать с ними на эту тему опасно.

– Вход в пристройку откуда? – спросил Званцев.

– С улицы через ворота.

– Странно. Не с территории депо?

– Можно и с территории, по железнодорожным путям. Но там есть свои ворота, которые открываются лишь тогда, когда подходит состав.

– Охрана?

– Железнодорожные пути и ворота охраняют эсэсовцы. Их рота расквартирована в казармах, находящихся на другом конце городка.

Званцев задумался.

«Изготавливать крылья самолета в пристройке? Почему так? Какой в этом смысл?».

– Каковы размеры нового цеха? – спросил он.

Ян чуть помялся и ответил:

– Точно не могу сказать, но меньше ремонтного цеха раза в полтора.

– А как велик тот?

– Метров сто пятьдесят в длину и семьдесят в ширину.

– На такой площади они изготавливают крылья. Не может быть! Сколько человек трудятся в этой пристройке, где визжат пилы?

– Не знаю.

– Надо узнать, причем как можно скорее.

– Что это даст?

– А вот что. Изготовление крыльев самолета – это не только визг пил, но и сложный технологический процесс, включающий очистку древесины, распилку, сушку, изготовление шпона и фанеры, сборку и склейку отдельных частей. А раз так, то в эту пристройку должны поступать емкости с формальдегидной смолой, клеем и другими реактивами. Но и это не все. Для удаления древесной пыли, опилок, стружки, паров смол и клея нужна мощная вентиляция, шум которой может заглушить визг пил. В итоге на таком производстве должно быть задействовано не менее двухсот человек. Уж я-то, авиационный инженер, хорошо это знаю.

Наступила тишина.

Званцев первым нарушил молчание:

– Насколько я понял, люди, работающие в новом цехе, заходят туда через одни-единственные ворота. Так?

– Так, – подтвердил Ян.

– Можно ли установить наблюдение за этими воротами?

– Я подумаю. Надо будет походить поблизости, посмотреть вокруг.

Тут в разговор вмешался Петр:

– Зачем? Быстрица – не Прага. Я хорошо знаю городок. Могу начертить расположение объектов, расположенных рядом с входом в пристройку. – Он быстро достал карандаш, лист бумаги и взялся за дело: – Вот депо, ремонтный цех, пристройка. Идем далее. – Петр провел на бумаге две линии. – Это улица Республики, широкая, но короткая. По обе ее стороны стоят жилые дома.

– Из них можно наблюдать за воротами? – спросил Игорь.

– Можно, но опасно. Да много и не увидишь. Дома сплошь невысокие, один или два этажа. Но ты не отчаивайся. Другим концом короткая улица Республики упирается… куда бы ты думал?

– Теряюсь в догадках.

– Она упирается в здание гимназии.

– Где директор Милена?

– Совершенно верно!

Званцев в эмоциональном порыве схватил Петра за руку и заявил:

– Слушай, так это же находка!

– Что ты задумал?

– Бинокль хороший достанешь?

– Достану. Догадываюсь, зачем он тебе нужен. Ты ведь хочешь выяснить, кто входит и выходит в ворота пристройки, да?

– Если мне найдется место на чердаке гимназии.

Петр улыбнулся и сказал:

– Зачем на чердаке? В гимназии есть другие места. Проведу тебя с черного хода, никто не увидит. Да после семи вечера в гимназии нет никого, кроме вахтера.

Званцев резко поднялся и заявил:

– Нет, не после семи вечера. Мне нужно сейчас.

Ян взглянул на него и добавил:

– Люди, которые входят в пристройку и выходят из нее, идут по улице Республики.

– Почему?

– Достаточно дойти до здания гимназии, повернуть, прошагать еще метров двести, и ты окажешься на центральной площади города.

– Вот видишь. – Игорь глянул на Петра. – Нужно немедленно начать отслеживать входящих и выходящих.

Петр задумался ненадолго и сказал:

– Днем нам с тобой идти опасно. За мной может быть слежка.

– У меня есть предложение, – вмешался в разговор Ян. – Ты, Петр, иди один. Даже если заметишь за собой хвост, шагай спокойно, заходи с главного входа. Ты идешь к Милене, своей будущей жене. Это не должно вызывать никаких подозрений. Ты открываешь дверь черного хода и ждешь нас. Я выведу Игоря проулками к тыльной стороне здания гимназии. Идет?

Петр утвердительно кивнул и глянул на Игоря.

Тот, весьма довольный, взглянул на брата и сказал: